помощь.
Решила не спорить, хотя вся моя суть противилась этому. Желая докопаться до истины.
— Что ж, если это поможет Алете… — с сомнением протянула.
— Непременно, — устало улыбнулся эльф, — и поспеши, неделя у тебя конечно есть, но не стоит испытывать наши чары на прочность.
Кивнув я нервно дернула плечиком. Оглядев себя, как будто впервые с недовольством отметила, что платье никуда не годится. Зелёный свет мягко окутал тело и уже спустя какую-то минуту на мне было летящее глубокого зелёного оттенка платье в пол с открытым вырезом лодочкой.
Как не хотелось мне сказать обратное, но в глазах мужа выглядеть оборванкой не желала. Совсем. Да и что уж таить, я снова хотела увидеть восхищение в его взгляде.
Волосы послушные моей воле мягкими волнами легли за спиной. Туфли на высоком каблуке придали ещё больше уверенности. Поймав же насмешливый взгляд Вика невольно смутилась.
— Что? — спросила угрожающе.
— Нет, ничего. Прекрасно выглядишь, Марго, — и этот… Эльф попытался скрыть улыбку за кубком на что я только недовольно фыркнула и расстворилась в темной дымке перехода.
После ухода Маргариты я невольно напрягся.
— Надеюсь они не поубивают друг друга, — тяжело вздохнул, как будто мало мне своих проблем. Ещё и в эти игры играть.
— Не волнуйся, такого не произойдёт, — открывая глаза спокойно ответил ребёнок. Хотя от взгляда в эти бездонные глаза холодные мурашки прошлись по позвоночнику. Никогда ему ещё не было так не по себе, а ведь видел он многое. Но не отпечаток вечности на казалось бы ребёнке.
— И что же ты видишь? — не смог сдержать любопытства её собеседник, задав казалось бы такой простой вопрос у сидящей на против него маленькой девочки, что беззаботно раскачивала ногами.
— Многое, но это тебе знать не обязательно, — на его недовольный взгляд она добавила, — кстати, как там Алев?
— Какая Алев? — не понял он её.
— М-м, видимо пока никакая, — улыбнувшись маленькая Алета загадочно прикрыла веки.
Вику оставалось только гадать, что она имела ввиду и надеяться, что всё пройдёт хорошо. И ему не придётся прятаться по мирам от мести Маргариты. А то, что она обязательно захочет его, как минимум придушить, он уже даже не сомневался.
А Алета, только ещё шире улыбнулась смотря на него. Пусть ей было только десять, но знала она гораздо больше, чем Вик мог представить. А уж его мысли и вовсе были для неё, как открытая книга.
Эльф нервно допил уже третий по счёту кубок с успокаивающим отваром и недовольно поморщился.
— Не волнуйся, всё будет хорошо.
— Охотно верю, — устало вздохнул мужчина.
Глава 10. Или горькая правда лучше сладкой лжи
Как-то не так я себе представляла сцену примирения с мужем… С другой стороны, ожидать после последней что-нибудь другое было бы глупо. Не успела я материализоваться в когда-то наших общих покоях, как в нос ударил запах алкогольных испарений.
Тяжёлые портьеры на высоких окнах были наглухо зашторены, но мне не требовался свет, чтобы видеть. И картина была та ещё. У изножья резной кровати из темного дерева сидел откинувшись Аластор. И судя по валявшимся уже пустым трем бутылкам светлого вина неплохо проводил время. Он сидел в той же самой одежде, что и на поляне, только без камзола и обуви. Сейчас, ненужные и забытые, они валялись бесформенной грудой на полу. Рубашка расстёгнута и открывает вид на развитые мышцы груди. Колени согнуты и он расслаблено держит бокал с вином. До той поры пока не заметил меня.
Хоть обычный алкоголь на нас не действовал, но конкретно это вино из особых экспериментальных сортов винограда Вика… Это да… Это действительно было убойным. И ему потребовалась минута замедленного осознания, кто к нему пришел.
— Муж алкоголик, какая прелесть, — не сумела сдержать язвительное замечание. Не смотря на затуманенный алкоголем организм его взгляд хищно сфокусировался на мне.
— Что, пришла позлорадствовать? То есть ты ещё не достаточно отомстила? Решила добить? — он издевательски улыбнулся и развел руки в стороны да так, что жидкость в бокале вылилась на белоснежный ковёр, — ну что же ты медлишь, давай, начинай.
— Аластор, — я сморщилась не зная, как начать разговор и стоит ли, в таком состоянии он вряд-ли сумеет хотя бы встать. Но в этот момент в нем что-то перемкнуло и я готова была забрать свои слова обратно, — Аластор? Аластор, стой! Не подходи!
Тот сумел подняться, но от резкого движения зашатался. Тем не менее уверенно начал надвигаться на меня до ужаса испугав той решимостью, что сияла в золотых хмурых глазах. Усилием воли заставила себя не отступать. Остановился, как тогда на поляне и нагнулся так, чтобы наши лица были напротив друг друга.
Его взгляд, полный боли и мой обречённый. Я знала, что глупа, но мне стало его так жаль. До щемящей нежности от которой казалось разрывается сердце. Ещё никогда я не видела столько муки в глазах мужа. И руки сами потянулись, чтобы обнять его за шею и прижаться к его голой груди.
Знаю, что возможно пожалею об этом порыве, но я так за ним тосковала. Во истину, прав был Вик. Я слишком зациклилась на пестовании обиды, а гордыня не давала сделать первый шаг на встречу применения.
— Я скучала, — прошептала вдыхая его цитрусовый аромат с привкусом костра.
С минуту ничего не происходило, я всё также продолжала обнимать мужчину, а он стоял словно статуя. Решила, что наверное заслужила такую отчуждённость и уже было собралась отстраняться, когда крепкие мужские руки обняли, казалось желая расстворить меня в себе.
— Глупый, глупый Маргошик, — прошептали его губы мне в макушку, — не смей больше уходить от меня.
— Не уйду, если пообещаешь мне одно, — также тихо прошептала я.
— Всё, что угодно, — настороженно, но без сомнения в голосе произнес муж.
Нехотя подняла голову так, чтобы видеть его взгляд. Глаза горели такой теплотой… И любовью. Что казалось она готова вырваться из под контроля и задушить меня от счастья. Мягкая, но грустная улыбка блуждала на его губах. И мне стало так стыдно от своих слов… Он меня любит. Любит так безмерно, всепоглощающе и искренне. А я тут начинаю торговаться.
Я хотела стребовать клятву. Обоюдную клятву которая не позволила бы усомниться в словах друг друга… Но замолчала всё также разглядывая своего мужа.
— Маргоша? — нахмурился он и я нежно пальчиками стала поглаживать хмурые морщинки между бровей. С нежной улыбкой произнесла:
— Не важно. Я останусь с тобой навеки, только постарайся больше доверять мне, — на это муж уткнулся лбом в
