модно, видите ли. Зато полезно.
С военной поры замки наручников не сильно изменились. Достав из волос длинную, сантиметров в пять, заколку, Антонина Ивановна изогнула острый кончик, как учила когда-то Шпилька, поковырялась в замке и через минуту была свободна. Теперь надо выбраться, не привлекая внимания. Бандиты в комнатах заняты поисками, но через длинный коридор не пройти: заметят. Она посмотрела в окно. Третий этаж, высоко, но на уровне второго, как раз под окном, козырек подъезда. Можно спрыгнуть. Не двадцать лет, но ноги крепкие, выдержат. Стараясь не шуметь, Шурова начала открывать шпингалеты. Хорошо еще, окно не заклеили на зиму, собирались сделать это в ближайшие выходные. Рамы двойные, внутренние открылись легко, почти без шума, с наружными пришлось повозиться. Верхний шпингалет туго, но поддался, а нижний перекосило, застрял. Глотая слезы, ломая ногти и срывая кожу на пальцах, Антонина Ивановна расшатывала запор. Наконец получилось, шпингалет нехотя выполз из паза. Она потянула за ручку оконной рамы, и в этот момент дверь на кухню открылась.
– Куда?! А ну стой! – Вытянув перед собой руки с растопыренными толстыми пальцами, на нее надвигался бывший спортсмен.
Позднее Шурова сама не могла понять, как у нее получилось. Наверное, усвоенный однажды урок крепко засел в голове. Выхватив из волос вторую заколку, Антонина Ивановна с силой воткнула острые концы в лицо бандиту, схватившему ее за плечи. Раздался жуткий рев, Шурова почувствовала, что свободна, рванула раму на себя и вывалилась в окно.
За два месяца до взрыва на станции Сортировочная.
Караганда, Казахская ССР
Вернувшись из тира, начальник высшей школы МВД Иосиф Абрамович Эпельбаум попросил ни с кем не соединять, закрылся в кабинете и бессильно опустился в кресло. То, что сообщил подполковник Калиев, было не просто неприятным. Без каких-либо тревожных предвестников ситуация внезапно вышла из-под контроля и грозила обернуться катастрофой. Не верить Калиеву или сомневаться в его информации оснований не было. Высококлассный, но неуживчивый оперативник засиделся в майорах. Так бы и досидел до пенсии, если бы Эпельбаум не продвинул его в управление на полковничью должность. Эпельбаум же одолжил своему протеже и деньги на кооперативную квартиру в Караганде. С возвратом долга не торопил, наоборот, продолжал периодически подкармливать. Надо же новоявленному сотруднику управления одевать и развлекать молодую жену. Постепенно втянул подполковника в свой теневой бизнес. И ни разу не пожалел. Вот и сейчас, если бы не опытный глаз Калиева, проморгали бы слежку. А слежка серьезная, не милицейская. Машины, преследовавшие подполковника, числились в пятой мехколонне. Этими машинами пользовалось Карагандинское управление Комитета государственной безопасности. Списать все на случайность – верх легкомыслия. Эпельбаум прекрасно знал о противостоянии в борьбе за власть между комитетом и Министерством внутренних дел на высшем руководящем уровне и понимал, какой козырь получит контора, если раскрутит казахский бизнес и московские связи. Последствия будут ужасными. Отставка без орденов и пенсии – самый оптимистичный прогноз. Гораздо более вероятен несчастный случай со смертельным исходом. Надо срочно принимать меры. Если еще не поздно. Первым делом поставить в известность Москву.
Эпельбаум потянулся к телефону. Рука на несколько секунд зависла над трубкой. Нет, звонить нельзя. Линия, конечно, закрытая. Только не для госбезопасности. Эпельбаум похолодел: что, если его уже давно слушают?!
Через два часа вечерним рейсом «Аэрофлота» в Москву вылетел специальный курьер с пакетом, адресованным первому заместителю министра внутренних дел СССР.
Тогда же, там же.
Из рапорта начальнику следственного отдела областного управления КГБ подполковнику Воронину И.И.
«Довожу до вашего сведения, что находящийся под скрытым наблюдением объект, оперативный псевдоним „Подполковник“, сегодня в семнадцать тридцать восемь встречался в тире высшей школы МВД с объектом под оперативным псевдонимом „Академик“. Встреча продолжалась пятнадцать минут. Условия места встречи не позволили сделать запись разговора.
После встречи Подполковник уехал на служебном автомобиле домой.
Академик вернулся в свой кабинет. До отъезда из высшей школы ни с кем не встречался, звонков по закрытой линии не совершал.
Старший следователь майор Ахметов А.С.»
6 октября 1979 г. Газета «Вечерний город»
«Несчастный случай.
Сегодня около часа дня упала с балкона пятого этажа закройщица дома быта Кировского района. В результате падения женщина получила несовместимые с жизнью травмы и скончалась до приезда «Скорой помощи». Как нам сообщили в районном отделении милиции, женщина развешивала на балконе белье. По-видимому, у погибшей закружилась голова, что и привело к трагическому падению».
Глава 9
Из Оксаниного сбивчивого объяснения Андрей понял главное: Антонина Ивановна жива и почти не пострадала, только вывих в голеностопном суставе. Сейчас она у подруги.
– У тети Маши, – сказала Оксана, – они с мамой давно дружат. Тетя Маша вместе с мамой в поликлинике работает.
– Переодевайся, – скомандовал Андрей, – я сдам смену, и поедем.
Доктор Широков уже пришел, так что передача дежурства не заняла много времени. Андрей попросил у старшего врача разрешения воспользоваться свободной машиной и помчался к выходу, где уже нервно расхаживала Оксана.
Водитель был знакомый, из кардиологических бригад, несколько раз работал с Сергеевым, когда машин на линии не хватало, и понял все с полуслова. На названный Оксаной адрес они прибыли с сиреной и мигалкой.
Антонина Ивановна держалась молодцом. Больше всего ее беспокоило, не потерял ли глаз бандит, которого она ткнула в лицо шпилькой.
– Забудьте об этом, – попросил Андрей, – если потерял, больше в чужие квартиры не полезет.
Оксана смотрела на Антонину Ивановну с изумлением: никак не могла поверить, что ее мирная и домашняя мама смогла освободиться от наручников, справиться с бандитом и выпрыгнуть в окно.
При приземлении на козырек подъезда Шурова подвернула ногу, но сама спустилась вниз. В этот момент к подъезду подошел сосед, танкист, подполковник в отставке. Танкист умел действовать быстро, и уже через несколько минут на место прибыл милицейский патруль, Антонина Ивановна была сопровождена к подруге. Тетя Маша наложила на вывихнутый сустав тугую повязку, напоила чаем и категорически запретила возвращаться домой.
Пришел участковый, принес Шуровой повестку на завтра: дать показания следователю. Тоже удивлялся и хвалил за находчивость. Рассказал, что двоим бандитам удалось скрыться, а одноглазого задержали в соседнем дворе. Он далеко убежать не смог, к нему даже «Скорую» вызвали.
Рассказ участкового Антонину Ивановну вконец расстроил. Тетя Маша достала бутылку водки, почти насильно влила в подругу полстакана и повела спать. Предложила и Оксане у нее переночевать. Оксана посмотрела на Андрея и отказалась. Договорились, что они с Андреем зайдут в квартиру, Оксана соберет вещи, закроет дверь и поедет в общежитие.
– Оксана! – позвала Антонина Ивановна из спальни. – Зайди, мне надо тебе что-то сказать.
