ее потомков до девятого колена.
— Сделка, Ваше Наипрекраснейшее Высочество! — торжественно произнесла Джилиана и приложила свою ладонь к холодной зеркальной поверхности.
Принц Вильмонтейльн с неестественно вспыхнувшими ядовито-зеленым цветом глазами, повторил движение ведьмы по ту сторону зеркального портала. Запястья их рук соединила кровавая нить, когда они одновременно произнесли заговор:
— Времени ход, иди наоборот задом наперед с заката на восход. Искомое мне верни, а не найдешь, умри. Как сказано, так и будет, чары ничто не разрушит.
Внезапно подул неизвестно откуда взявшийся в затхлой гостиной ветер. Пламя свечи погасло, и комната погрузилась во мрак.
Чиркнула спичка, и заалел кончик сигары, осветивший бледное лицо Джилианы, которая вымученно улыбнулась правнучке и выпустила в воздух клуб серого дыма.
— Итак, деточка, что ты знаешь о волшебных платьях волшебных принцев, живущих в волшебных мирах?
— Ничего, — растерянно призналась Шильда, беспомощно разведя руками.
— Как и я, — мрачно подтвердила Джилиана Ван Де Блейк, — и у нас есть ровно трое суток, чтобы во всем разобраться.
Глава 12
Кардинал Лестер Маккинли, известный в городке Локс в качестве нового шерифа, с нетерпением ждал в полицейском участке опекуна Шильды Ван Де Блейк.
Он подтвердил сведения ордена Желтой Галки, что Старуха Джил действительно умерла, ведь настоял на эксгумации тела и повторном вскрытии.
Не обнаружив никакого подвоха, а только вполне естественно разложившийся труп очень старой женщины с фиолетовыми волосами, кардинал Лестер решил удостовериться, что ее правнучка обычный человек, а не злодейское магическое существо, но не знал под каким предлогом навестить дом № 13 на Тенистой улице, как вдруг Господь Бог ниспослал ему анонимный звонок с сообщением, что чокнутое семейство Ван Де Блейков заминировало все соседские лужайки перед домом.
Признаться, в полицейском участке уже никто не воспринимал эти доносы всерьез, ведь если верить очевидцам, семейство Ван Де Блейк летает на метлах, готовит в котлах и вызывает демонов.
Кардинал Лестер Маккинли, несмотря на шутки коллег-полицейских, внимательно изучил все эти дела, ведь знал, что это правда, которую надобно до поры до времени скрывать, как свой духовный сан и принадлежность к ордену Желтой Галки.
— Старуха Джил мертва, — задумчиво вслух произнес Лестер, запрокинув ноги в черных лаковых ботинках на стол, заставленный кипами пожелтевших папок с делами, — и это очень странно, — он потер пульсирующие виски и тихо добавил, чтобы его никто не слышал, — ведь эта женщина жила веками и не сгорала даже на кострах инквизиции.
— Полагаешь, ее грохнула правнучка? — вмешался его коллега, толстяк Фил, аппетитно поедающий пончик с сахарной пудрой.
— Нет. Исключено, — отмахнулся Лестер, — странно, что эта почтенная дама так внезапно умерла, хотя, может быть, она до сих пор жива… — поспешно добавил он, вспомнив о подозрительной уборщице Ван Де Блейков, которая явно не могла быть Старой Джил хотя бы потому, что он собственноручно закопал ее тело после повторной экспертизы на кладбище, вбив в крышку гроба четыре освященных Папой Римским серебряных гвоздя.
— Лестер, не заморачивайся. Ты здесь новенький и не в курсе — старой ведьме лет сто было, не меньше. Все в Локсе каждое воскресенье молились в церкви о ее наискорейшей смерти. Она всех здесь достала, — произнес Джек Дункан, коротышка с очень длинными ресницами на выпученных голубых глазах.
— Боевая готовность! Всем занять свои места. Три минуты! — встрял в разговор Уолт Пирсон, не отрывая взгляда от окна и пожирая взглядом огненно-рыжее пятно, стремительным шагом приближающееся к зданию полицейского участка.
Внезапно Фил с глухим стоном втянул в себя живот. Пончик и стаканчик с кофе полетели в мусорку, а новая ослепительно белая рубашка вспорхнула, словно мотылек, и облекла плечи толстяка, а теперь — стройного парня, затянутого в выглаженную новенькую полицейскую форму.
Уолт Пирсон одним мощный сильным и непрерывным движением руки сгреб со стола все пыльные папки в выдвижной ящик шкафа, попутно крутясь в стуле и расчесывая свои длинные и спутанные волосы, которые из макаронного взрыва на фабрике превратились в стильную укладку прожженного мачо.
Уолт хищно прищурил глаза и расстегнул пуговки рубашки так, чтобы было видно, что он ходит в спортзал минимум три раза в неделю по понедельникам, средам и пятницам.
Джек Дункан, который никак не мог стать выше толстого Фила или бугристей Уолта, даже если залезет с ногами на стол и встанет в стойку Арнольда Шварценеггера, вкатил в свои глазницы огромные глаза, томно прикрыв их черными длинными ресницами, и принял расслабленную позу, поигрывая ключами от BMW M5 G-Power Hurricane, припаркованного на стоянке перед зданием полицейского участка.
Изумленный Лестер Маккинли стал свидетелем превращения без какого-либо колдовства трех провинциальных неудачников в искушенных донжуанов, с жадным нетерпением ожидающих появления дичи — Джульетты Ван Де Блейк, о которой ходили самые невероятные слухи: что она незаконнорожденная дочь шотландского миллиардера, тайный агент МИ-6 или русская балерина, скрывающаяся от правительства России за нетрадиционную сексуальную ориентацию.
Слухи эти, конечно же, породила женская молва, ведь Джульетта всегда выглядела безупречно, ругалась на иностранном языке и совсем не обращала внимания на мужчин.
Та, кого жители Локса знали под именем и образом Джульетты Ван Де Блейк, обвела хмурым взглядом присутствующих мужчин и скрестила руки на груди — великолепной упругой груди третьего размера, кокетливо выглядывающей из выреза строго черного офисного платья.
— Gwaehel van lesaro! Я пришла к вам, чтобы обратить в пепел ваши дома! — без обиняков начала она, а затем покачала головой. — Я имела в виду, что рада вас видеть, милостивые судари. Меня пригласили посетить следственную управу, чтобы засвидетельствовать свое почтение господину Лестеру. Нет! Что я несу?! — рыжеволосая красавица тряхнула львиной гривой и исправилась:
— Я Джульетта Ван Де Блейк, кузина и опекун Шильды Ван Де Блейк, — и решительно пожала руку оторопевшему Лестеру Маккинли, вытащив ручку из нагрудного кармана его рубашки и что-то написав прямо на его груди.
— Это номер моего телефона. Я свободна каждый день с 22:00 до 04:00 кроме летнего и зимнего солнцестояния и весеннего и осеннего равноденствия. До свидания, шериф. Мальчики, было приятно вас увидеть, но мне пора — я очень спешу, — протараторила красавица и пулей вылетела из участка, оставив мужчин в восторженном недоумении.
— Что это было? — с мутным взглядом спросил Лестер, который всегда носил освященное папой римским распятие, которое защищало его от чар волшебного народа.
— Явление Богини! — потрясенно ответил Джек Дункан, перестав, наконец, крутить брелок с ключами на пальце. — Я люблю ее!
— Я тоже, — вторил ему расплывшийся в глупой улыбке Уолт Пирсон.
— А я хочу жениться на ней, чтобы у нас родилось пять
