Читаем без скачивания Сийм-Силач - Эмэ Бээкман

Прямо из колхозной конторы направил Сийм свои стопы к кооперативной лавке. И долго стоял там, разглядывал товары. Он хотел выбрать подарок жене, чтобы порадовать ее. Ходил, ходил Сийм меж пестрых тканей, пробовал их на ощупь. Но не нашел ни бархата, ни парчи, достойных царской дочки, его любимой Эллу.

Ну, да ладно, почесал Сийм-Силач в затылке и заглянул в другие отделы. Там-то увидел он предмет, при одном взгляде на который сердце его громко забилось. У стены стоял блестящий красный мотоцикл. Машина прямо-таки ошеломила Сийма своей красотой. Он не мог отвести от нее глаз, потерял дар речи, а по коже пошел озноб. Толстые пальцы Силача вцепились в бороду, узел развязался, и борода упала на грудь. Сийм подумал, что денег у него не меньше, чем волос в бороде, и ему ничего не стоит купить мотоцикл.

Выложил он бумажник на прилавок и заплатил за мотоцикл. Не беда, что денег после этого осталось мало — по силе котенку на хвосте унести. Радостно вздыхая, Сийм-Силач представил себе, в каком восторге будет Эллу, как захлопает в ладоши от радости. Ведь у дочки грибного царя никогда не было такой нарядной красной машины!

На улице опять моросил дождь, дорогу развезло. Чтобы не пачкать колес новенького мотоцикла, Силач взвалил обновку на спину и зашагал к дому. Задубевшие пятки с наслаждением отмеряли километры. Дождь хлестал по голым щиколоткам. Но настроение Сийма от этого не ухудшилось. Подумаешь, дождь! Зато ноги будут чистыми, не надо из колодца воду таскать.

Эллу не поверила собственным глазам, увидев мужа с мотоциклом на спине. Долго не могла она вымолвить ни слова. От счастья, конечно, думал улыбающийся, довольный собою Сийм.

Ну, да ладно, в тот же вечер упаковала Эллу необходимые вещи. Выкатила во двор тележку, погрузила но нее весь скарб, а сверху поставила корзину с индюками.

Сийм приладил на прежнее место дверь, снятую весной с петель, и они тронулись в путь. Время поджимало. Вперемешку с дождем падал мокрый снег. Зима вступала в свои права.

Молодожены отправились зимовать в палаты царя Сморчка.

Новехонький мотоцикл Сийм поставил на печку, там он должен был ожидать весны и возвращения семейства Силачей.

Сийм и Эллу знали, что стоит им добраться к царю Сморчку, все их заботы и печали как рукой снимет. Известное дело, отцу дети не в тягость, а в радость.

ЗНАМЕНАТЕЛЬНОЕ СОБЫТИЕ В СЕМЕЙСТВЕ СИЛАЧА

Как только в лесу зацвели подснежники, Сийм-Силач и Эллу вернулись домой.

За зиму в сморчковых палатах Сийм здорово раздобрел, а Эллу налилась как красное яблочко. Каждый день Киллу приносила из подвала и ставила на стол лучшие яства. А сам Сморчок позаботился, чтобы его дочка Эллу и зять Сийм не ходили оборванцами, и купил им новую одежду. Эллу подарили новое платье. Оно было не в белую крапинку, как прежнее, а в белую полоску. Старательная молодуха украсила его синими заплатами. Чтобы наряды Эллу и ее мужа были выдержаны в одном стиле, ему купили полосатые штаны. И громадина Сийм ходил в них, как какой-нибудь английский лорд. Той весной в сельском кооперативе обуви было хоть отбавляй, и Сийм выбрал себе желтые ботинки на шнурках. Он счи-тал, что будет прекрасно смотреться в них рядом со своим мотоциклом, ожидающим его дома на печи.

Долгой холодной зимой молодожены не скучали. Заботливая Киллу вечерами читала им сказки или рассказывала о том, что творится на белом свете. Царь грибов Сморчок бранил морозы и судил да рядил о будущих рыночных ценах.

Эллу и Сийм жили припеваючи. В ясные морозные дни, захватив подаренные ходики с кукушкой, выходили они на крыльцо и ждали, когда часы начнут бить. Над сверкающими и заснеженными полями разносилось кукование кукушки, и Эллу и Сийм умилялись до слез.

Но теперь гудела весна, в ольшанике клубились туманы, в огороде Трийну пахло вешней землей.

Ну, да ладно, пошли молодожены осматривать свое хозяйство. Во дворе желтели одуванчики, и Сийм с Эллу не могли налюбоваться их буйным цветением.

Однажды утром Сийм и Эллу заметили, что на лозе ломоноса, которую они посадили у крылечка, лопнули почки.

Муж с женой расплылись в радостной улыбке. Им казалось, что так рано зазеленевшие листочки предвещают что-то очень хорошее. И подумать только, в тот же вечер в доме Силачей произошло знаменательное событие.

У Эллу и Сийма родились двойняшки. Девочка и мальчик.

Соседка Трийну первой услыхала, как заливаются малютки, и скоро кумушки со всей деревни сбежались поглядеть на первенцев Силача.

Все в один голос твердили, что таких удивительных детей они сроду не видали. И еще люди говорили, что двойняшки — вылитые отец и мать.

Больше всех ликовала Смышленая Трийну. Она сказала, что будет детям вместо родной бабки, и когда родители согласились, заиграла на гармошке. Со двора понеслись задорные звуки польки, потом новоиспеченная бабушка забренчала на гитаре модные популярные песенки. На радостях Смышленая Трийну начисто забыла про все прошлогодние грехи Сийма. Даже груженные камнями сани, все еще стоявшие посреди двора, больше не раздражали ее. Трийну решила, что более прекрасного места для игры в прятки и не придумаешь.

Деревенские кумушки не ошиблись — таких малышей, какие родились у Сийма с Эллу, и впрямь еще свет не видывал. Прошло совсем немного времени, и двойняшки так поумнели, что не раз ставили в тупик отца и мать. Девочка ни за что не хотела лежать в люльке, садилась и требовала, чтобы индюков пустили в комнату. Она дразнила неуклюжих птиц, заставляла их летать. Ожиревшие индюки надувались от злости, сердито клекотали: им не нравилось, что девочка смеется над их неумением летать. Известное дело, правда глаза колет.

Мальчик потребовал, чтобы принесли очки, и все время читал, уткнув нос в книги и газеты. Сийм еле успевал бегать по деревне, раздобывая ему книги. Стоило карапузу получить новую книгу, он напяливал на нос очки, засовывал соску в рот, закидывал ногу на ногу и, лежа в люльке, читал.

Незадолго до летнего солнцеворота дочке Силачей прискучило сидеть в люльке. Недолго думая выдавила она днище и слезла на пол. Только ее и видели!

Малышка пулей вылетела из избы и заюлила по двору. В два счета догнала она неповоротливых индюков, вскочила одному на спину и гикнула так, что эхо прокатилось по всей округе.

Счастливые родители улыбаясь наблюдали за проделками дочки и в один голос закричали: «Вот юла!»

Малышка обернулась — значит, признала свое имя.

Братец оказался под стать сестренке. Скоро и он выбрался из люльки. Встревоженные родители обыскали все углы, прочесали высокую траву во дворе, заглянули даже в трубу ядоварни.

«Вот и угадай-ка, где он!» — причитала расстроенная Эллу.

Нашли они своего карапуза на чердаке, где он преспокойно почитывал старинные были-небылицы. Родители решили, что пришла пора и его как-нибудь назвать.

«Угадайка!» — воскликнули они в один голос.

Мальчик вздрогнул и выронил книгу.

Видно, имя пришлось ему по нраву.

Ну, да ладно, подумал Сийм, имена ребятишкам дали, пора заняться их воспитанием.

Для начала Силач вывел Юлу и Угадайку во двор на солнышко. А так как с самой весны у Эллу руки не доходили до иголки с ниткой, оба малыша были голенькие, как морковки.

Сийм велел двойняшкам лечь животами на одуванчики и загорать. Когда спинки у малышей так накалились, что стали потрескивать, он разрешил им перевернуться. Точно так же загорели они и спереди. Мама Эллу подошла поближе, чтобы полюбоваться на маленьких коричневых Силачей. Пока Сийм детей воспитывал, у него и у самого шея стала бронзовой.

Гордый своей предприимчивостью, глава семейства заявил, что теперь на все лето у них отпали хлопоты с баней. Ведь сколько трудов надо приложить, чтобы шею вымыть, а под загаром грязь не заметна.

После этого Сийм-Силач приступил к трудовому воспитанию детей. Все втроем — Сийм впереди, за ним ребятишки — усердно шагали по двору, вытаптывая крапиву и чертополох. Шагали они долго-долго, так что крапива исчезла, будто ее и не было, да и цепкий чертополох не выдержал, сник. У малышей так задубели подошвы, что можно было впредь не бояться ни осколков стекла, ни гвоздей. Кроме того, Сийм считал, что детям полезно до самого снега бегать босиком, только так вырастут они настоящими могучими силачами.

До захода солнца неугомонный отец провел с детьми еще один опыт. Он подсадил двойняшек на крышу и велел им бегать по самому гребню кровли. Молодое поколение Силачей не подкачало и здесь. Высоты они не испугались, и голова у них не закружилась. Знай носились они взад и вперед по гребню, пока не стемнело и не пришло время ложиться спать.

А Сийм стоял во дворе и, глядя на них снизу вверх, ухмылялся: после такой закалки малыши нигде не пропадут!

Но когда Эллу стала укладывать детей в постель, в сердце Сийма закралась тревога. Вдруг двойняшки неловко повернутся во сне, упадут с кровати и поломают себе руки-ноги?! Заботливый отец приказал Эллу уложить ребят на полу. Он слыхал, что спать на жестких досках очень полезно, от этого спина выпрямляется и осанка делается красивая.