— Нужно уходить, Лесь, — подняв руку, мужчина проходится костяшками пальцев по моей щеке, и мне едва удаётся подавить в себе желание прикрыть глаза и прижаться к его ладони. — Мы и так задержались. Полиция в любой момент может пронюхать про это место. Я не могу сесть, ты же знаешь. Я должен докопаться до истины, чего бы мне это ни стоило, и посадить виновного в убийстве тренера.
Конечно, я понимаю, что Рома прав. Он мог и не объяснять мне ничего из этого.
Тяжело вздохнув, кладу голову ему на плечо. Он сам придвигает меня ближе, обняв и прижав к себе.
Глубоко вдыхаю уже такой родной аромат мускуса и цитруса. Скорее всего, я больше никогда не увижу этого мужчину, и хочу, чтобы со мной остался хотя бы его запах.
Решение, которое мелькает в моей голове в то же мгновение, может показаться кому-то сумасбродным, глупым и необдуманным. Но в данный момент я понимаю, что ни в чём раньше не была уверена настолько твёрдо.
Рядом с этим мужчиной я не чувствую привычного дискомфорта. Мне хорошо.
Сейчас я окончательно понимаю, что дело вовсе не в хижине, а в человеке, находившемся рядом со мной всё это время. И я хочу помнить его не только мысленно, но и чтобы моё тело знало, какого это, быть с ним рядом.
— Ром, — приподняв голову, заглядываю в его глаза цвета крепкого чая. — Поцелуй меня, пожалуйста.
14 глава Молот
Моя рука застывает на плече Леси, и пальцы впиваются в нежную кожу. Опускаю взгляд на маленькую. Она прижимается ко мне плотнее, доверчиво заглядывая в глаза.
— Лесь… — выдыхаю, стараясь сохранять самообладание. — Не стоит нам этого делать. Ты же понимаешь, что продолжения у нас с тобой не будет.
Убеждаю её, а у самого крышу рвёт от её близости, запаха, мягкой бархатной кожи. Одному чёрту известно, насколько тяжело держать себя в руках, когда она рядом. Никогда ещё ни одна женщина не действовала на меня так. Никого я ещё так не хотел на всех возможных уровнях. Хотя в моём распоряжении их было не мало. Красивых, эффектных, холёных баб. Но всё одноразовое какое-то было, пластмассовое, ненастоящее. Внутри ничего не ёкало.
И сейчас, прижимая к себе Лесю, такую простую, тёплую, домашнюю и родную, я в первый раз чувствую желание обладать не только физически. И именно поэтому я не могу с ней так поступить. Завтра наши пути разойдутся. Мне придётся её отпустить, как бы сильно ни хотелось остаться рядом. А Леся не из тех девушек, с которыми спят, а наутро исчезают.
— Лучше нам остановиться прямо сейчас, малыш, — говорю как можно мягче. — Я не хочу, чтобы ты потом жалела.
Леся приподнимается на локтях, несмело тянет ко мне руку и дотрагивается до лица. Дрожащими пальцами ведёт к губам, и не в силах сдержаться, я целую мягкие подушечки.
— Я буду жалеть, если мы этого не сделаем, Ром, — шепчет, придвигаясь ко мне ближе.
От волнения Леся дышит тяжело и часто. Мой взгляд скользит по её лицу. Она чуть приоткрывает рот и облизывает пухлые губы.
И это лёгкое, невинное движение действует на меня как триггер. Последние предохранители слетают и, схватив её за затылок, я прижимаю малышку к себе, жадно впиваясь в её губы.
Она такая сладкая, что мне просто разрывает башню. Едва слышно стонет мне в рот, и моё тело тут же реагирует.
Обхватив Лесю за талию, резко переворачиваю, подмяв под себя. Она охает от неожиданности, но не пытается оттолкнуть. Это хорошо, потому что я, чёрт возьми, уже не представляю как остановиться.
— Подними руки, малыш, — хриплю, вперив в девушку горящий взгляд. Леся послушно вытягивает вверх руки. Веду ладонью по гладкой шёлковой коже, сминая пальцами её футболку, и стягиваю через голову.
— Ром… — тяжело дыша, смотрит на меня своими огромными карими глазами, в которых я почему- то замечаю тень страха.
— Что-то не так?
— Нет, — быстро мотает головой. — Нет, всё хорошо. Просто… понимаешь… я должна тебя предупредить кое о чём.
Леся явно нервничает и мне это не нравится.
— Малыш, если ты передумала, то просто скажи. Не надо бояться.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Я скорее боюсь, что это ты можешь передумать.
— Почему? — непонимающе смотрю на неё. Что она имеет ввиду? С чего я вдруг должен передумать?
— Сначала скажи, что не изменишь своего решения, — твердит упрямо. — Обещай мне.
— Я обещаю.
— Просто, — судорожно вдохнув, девушка закрывает глаза и выпаливает на выдохе — У меня никогда ещё не было мужчины.
Озадаченно смотрю на Лесю. Она продолжает жмуриться, пальцами шкрябая мои плечи, в попытке успокоить нервы.
— Ты же сказала, тебе двадцать пять. Как ты умудрилась ни разу…
— Так и умудрилась, — Леся резко распахивает глаза, и я замечаю собравшуюся в их уголках влагу. — У меня никогда не было серьёзных отношений. Каждый претендент в ухажёры сливался, как только узнавал о моих прибабахах с повторением адреса и комментированием действий. Никто не хочет иметь дело с сумасшедшей.
Тыльной стороной ладони касаюсь Лесиной щеки и веду пальцы вниз, к шее и дальше по плечам и рёбрам, ловя нереальный приход от того, как она вздрагивает.
— Ты не сумасшедшая малыш, — шепчу, прижимаясь губами к её ключицам. — Это они идиоты.
Леся облегчённо выдыхает. Обвивает мою шею руками, вплетая пальцы в мои волосы. А я как чёртов пещерный человек готов бить себе в грудь и орать во всю глотку «Моё». Мне просто мозг взрывает и по венам растекается горячий чистый кайф от осознания, что Леся девственница. Моя малышка. Только я и только со мной.
Опускаюсь на неё, наши тела соприкасаются. Лёд и пламя, жёсткость и мягкость.
Как что-то из двух разных миров. Параллельные прямые, которые по всем законам никогда не должны были пересечься, но вопреки всем доводам разума это случилось. И это ощущается так естественно и так чертовски правильно.
— Всё хорошо? — спрашиваю, когда на определённом моменте Леся сжимается и начинает дышать тяжелее.
Замираю на месте, стараясь дать ей привыкнуть. Она царапает мне спину, рвано дышит через нос, а я целую мокрые от слёз щёки.
— Всё… всё хорошо, — отвечает через некоторое время, уже гораздо спокойнее.
В какой-то момент тон её стонов действительно меняется, и она неуверенно подаётся мне навстречу. Я чувствую её каждой клеткой тела. И это, мать твою, охренительно. Опустившись на спину, притягиваю Лесю к себе. Она засыпает моментально, а я ещё долго не могу уснуть. Утыкаюсь лицом в её волосы, вдыхаю запах. А в башке вертится одна единственная мысль — И как ты её теперь отпустишь, Молот?
15 глава Леся
Я просыпаюсь от громкого воя сирен. В первые несколько мгновений после пробуждения, мне отчаянно хочется попросить выключить этот жуткий звук, и дать нам с Ромой поспать. Сегодня у меня была самая потрясающая ночь в моей жизни, и меньше всего я хочу, чтобы эта ночь закончилась, наступило утро на пару с суровой реальностью, в которой мне придется пойти с Ромой разными дорогами. И, скорее всего, мы с ним никогда не увидимся больше.
Лишь спустя минуту, когда Рома резко вскакивает с постели и бежит к окну, я понимаю, что случилось самое худшее. Это хуже, чем пойти разными дорогами.
Ведь если бы Рома просто ушел и продолжал скрываться, я бы знала, что, возможно, где-то там он нашел выход из своей ситуации. А теперь у него не будет даже шанса его найти.
Нас обнаружила полиция. И судя по звукам многочисленных сирен, звучащих со всех сторон, они нас окружили. А выход у хижины только один, да и окошко единственное рядом с дверью. Не выбраться. Не убежать. Ничего нельзя сделать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Рома… — шепчу, отчаянно всхлипнув и натянув одеяло по самое горло. — Это полиция. Тебя поймают… Господи, что же делать?!
— Лесь, одевайся! — командует мой здоровяк, медленно отходя от окна. — Если что, ты ничего не знаешь. Все отрицай. Не пытайся меня спасти или защитить. Я тебя похитил. Ты — жертва. Не давай им повода втянуть тебя в это дело.
