Отряд возвращался по узким тропам среди домов в полном молчании и строгом порядке. Им еще предстояло пересечь открытое пространство, прежде чем они доберутся до лодок.
— Не уверяйте меня, что в тех домах никого не было, — пропыхтел Джимми, перекладывая ящик с бомбами с одного плеча на другое. — Один раз я слышал, как хныкал ребенок.
— Мальчик! Его шлепнула мамаша. Это я тоже слышал.
Дрискол, почувствовавший некоторое облегчение, опустил руку, до сих пор сжимавшую рукоятку револьвера.
— Верить этому или нет, — сказал он, бросив взгляд назад, — но нас никто не преследует, и, если не сказать больше, это так же неожиданно, как и приятно.
Денхам и Энглехорн спешно догнали отряд.
— Я надеюсь, — рассмеялась Анна, обращаясь к ним и Дрисколу, что вы знаете меня достаточно хорошо, чтобы понять, что я не любительница войн, но и подарком я не хочу быть ни за какие деньги.
Она подтвердила свои слова энергичным кивком и начала с чувством гордости расчесывать волосы, которые были просто восхитительны.
Дрискол посмотрел на нее с раздражением, за которым не могло скрыться его восхищение ее мужеством.
— Тебе ничего не грозит, — пообещал Денхам.
Энглехорн откусил кусок жевательного табака и махнул в сторону лодок.
— Завтра, — сказал он, — мы разберем наши вещи. Я думаю, мистер Денхам, несколько презентов для этого шамана немного охладит его пыл.
Глава восьмая
Когда они собрались в каюте шкипера, Денхам поднял вопрос, который был в голове у каждого во время их похода на остров. Денхам был угрюм, как и все присутствующие. Радость, которую почувствовали путешественники, добравшись до шлюпок, уже прошла. С тех пор у них было достаточно времени взвесить ту опасность, которой им удалось избежать… Но собрались они, чтобы обсудить не это.
— Хотел бы я знать, — сказал он, — кто этот Конг, о котором постоянно болтали вождь и шаман.
— Быть может, это тоже вождь? — высказала свою мысль Анна.
— Нет, — объявил Энглехорн. — Ты видела, как была напугана молодая туземка. Она не была бы так напугана, во всяком случае не так сильно, если бы предназначалась вождю. Скорее наоборот, она была бы счастлива. Выйти замуж за вождя большая удача. Но она была бесспорно напугана.
— Я думаю, разгадка кроется в тех обезьяноподобных туземцах, — сказал Дрискол.
— Почему? — спросил Денхам, недоверчиво глядя на своего помощника.
— Это просто догадка. Мне кажется, они изображали реальное действие в постели новобрачных. Над этими гигантскими воротами висит огромный металлический барабан. Возле него я видел туземца, готового ударить по барабану. И я готов биться об заклад, что в тот момент, когда вождь заметил нас и остановил церемонию, он должен был приказать открыть ворота.
— Я думаю, ты близок к истине, — сказал Денхам.
— Зато я ничего не понимаю, — возмутилась Анна.
— Вождь, — медленно объяснил Дрискол, — собирался послать девушку к тому, кто находится позади ворот. А теперь подумаем о том, что это может быть? Деревня защищена сттеной. За стеной может не быт ничего, кроме диких джунглей и той опасности, от которой туземцы выстроили эту перегородку.
— Вождь собирался открыть ворота и отдать девушку тому, кто обитает в джунглях. Он готовил невесту для Конга. Удар в барабан должен был позвать Конга, чтобы он забрал девушку.
Денхам кивнул.
— Мне кажется, — проворчал Энглехорн, — сегодняшняя девушка, по всей видимости, не первая невеста, предназначенная для Конга.
— Вы имеете в виду… — Анна неожиданно почувствовала тошноту.
— Он имеет в виду, — грубо вмешался Дрискол, — что эта девушка была жертвой. И через какое-то время происходит очередное жертвоприношение… в каждое полнолуние или еще что-нибудь в этом роде.
— Даже если ваши догадки и верны, — недоумевал Энглехорн, — я лично до сих пор не имею понятия, что это за Конг.
— Я имею, — убежденно сказал Денхам. — Эта стена была построена не против низкорослых врагов. Жениха изображала дюжина туземцев потому, что только в таком количестве они могли приблизительно изобразить размеры того, кому предназначалась жертва. А эти шкуры горилл, в которые были облачены танцоры, означали, что Конг есть ничто иное, как горилла. Если он действительно существует, то он настолько огромен, что обычную гориллу он мог бы использовать в качестве мячика.
— Но таких тварей никогда не существовало! — недоверчиво засмеялась Анна. — По крайней мере, в исторические времена.
Денхам повернулся к ней.
— Святой Максрел! — прошептал он. — Интересно, как бы ты там выглядела?
— Вздор! — взорвался Дрискол.
Энглехорн покачал головой, словно не веря своим ушам.
— Не надо быть таким ни во что не верящим, — убеждал Денхам, им снова овладело возбуждение, как при появлении острова. — Помните? Вы оба сомневались в том, что существует остров. Но он есть. — А почему бы в этом богом забытом местечке не могло сохраниться существо, жившее в доисторические времена? Его глаза засияли. — Святой Максрел! Если бы мы нашли его, какая бы была картина!
Эти слова словно выбили почву из-под ног у Дрискола.
— А какова роль Анны в подобной картине? — требовательно спросил он.
Денхам поднялся, раздраженный этим вызывающим вопросом. Но почти сразу же рассмеялся.
— Джек, — сказал он примирительно, — не мог бы ты дать мне возможность делать сценарий по-своему? Мне кажется тебе нужно успокоиться. К тому же, Анна сама может решать. Но не думайте, что я откажусь от картины, если мы действительно обнаружим нечто, сохранившееся с доисторических времен.
Он задумчиво почесал за ухом.
— И потом, я не знаю, что предстоит испытать каждому из нас. Теперь ничего нельзя предсказать.
— М-да!.. — согласился Энглехорн.
— На этом и закончим! — решил Денхам. — Продолжим разговор после ужина. К тому времени у меня, возможно, появится дальнейший план действий.
— И все-таки, — сказал Энглехорн, — не помешает выставить вооруженных дозорных, мистер Дрискол. Этот дряхлый колдун еще себя покажет: барабаны снова забили.
Пока эти четверо разговаривали, барабанный бой, действительно, возобновился. Его звучание было теперь другим: это было низкое гудение, будто люди размышляют вслух, а звуки предназначены для того, чтобы чей-то мозг лучше соображал.
Выставив охрану, Дрискол, вернулся к Энглехорну и посмотрел на небо.
— Облака закроют луну, — предсказал он, — ночь будет темной. А это нам не на руку.
— Мистер Денхам прав, — пошутил шкипер миролюбиво, — Анна размягчила тебя. В темной ночи нет ничего страшного. Мы слишком далеко от берега, чтобы туземцы могли устроить нам сюрприз.
