Я боялся, что один не справлюсь. Поэтому попросил её сопровождать меня. Получив отказ, мне следовало бы просто честно рассказать о своих страхах. Но я… — Он помолчал, наблюдая, как лучи солнца отражаются в пустом хрустальном бокале. — Я слишком заигрался во всемогущего правителя. Без проблем, страхов и сомнений. Поэтому просто настоял на своём. — Видимо, на лице Чарли все же отразилось неодобрение, поэтому князь поспешил добавить: — Я не горжусь этим. Но тогда мне казалось, что другого выхода нет. Тогда я думал, раз я смог побороть свою ненависть, то и она сможет.
— Но она не смогла…
— Да, — кивнул он. — С того момента она перестала со мной разговаривать. Отказалась знакомиться не то, что с рейнтцами, даже с зареченцами, переехавшими в Рейнт. Я пытался как-то её задобрить. Но она оставалась непреклонной. Однако, хуже всего было не столько её молчание, сколько избегание меня.
— Почему ты просто не дал ей вернуться? — недоумевающе спросила Чарли.
Плечи Леопольда опустились, взгляд затянула темная пелена.
— Признаться, даже такое её присутствие рядом придавало мне сил. Я боялся, что как только она уедет, сдамся и я.
Детектив чувствовала, как внутри неё сочувствие борется с осуждением. Но старалась, чтобы ни та, ни другая эмоция не прорывалась наружу.
— Ты пытался найти утешение на стороне?
Она старалась, чтобы её вопрос прозвучал осторожно, даже участливо. Однако князь резко выпрямился, будто слова были для него равносильны пощёчине.
— Я всегда был ей верен, — твёрдо проговорил он.
— Но те женщины… — не удержалась Чарли.
— Газеты преувеличивали, — мрачно ответил он. — У меня никогда не было серьёзных романов. Все заканчивалось безобидным флиртом и обменом любезностями. Да, иногда меня сопровождали девушки из эскорта. Но лишь потому, что того требовал рейнтский этикет. И чем больше я вливался в общество, тем требовательнее оно ко мне становилось.
— А как же та актриса? И статься в «Рейнт сегодня»?
— Джессика? — князь скрестил руки на груди и прикрыл глаза. — С ней было немного сложнее. — Пару мгновений он молчал, а затем, снова обратив взор к горизонту, продолжил: — Я действительно ей покровительствовал. Она бесспорно талантлива. Но, сама подумай, у нас такая огромная разница в возрасте. Мог ли я испытывать к ней что-то кроме отческих чувств?
На этих словах Чарли неловко кашлянула. Сделав вид, что не заметил этого, Леопольд продолжил:
— В ту злополучную ночь она много выпила, много плакала. Ей отказали в роли. Я не мог оставить её в таком состоянии, поэтому отвёз домой. Как только мы вышли из машины она стала уговаривать меня зайти. Но я отказался. Тогда она призналась мне в любви…. В довольно… требовательной форме.
— А ты?
— А что я? Сказал, что юность и алкоголь — не самые здравые советчики в таких вопросах, и ушёл.
— А почему домой ты вернулся только утром? — продолжила задавать вопросы Чарли.
— Мне нужно было о многом подумать.
Леопольд говорил прямо, без утайки.
— Но оказалось, — Он невесело улыбнулся. — Что возле дома Джессики нас ждал репортер. Поле отказала на студии, она решила устроить сенсацию, привлечь к себе внимание. — В ответ на удивленный взгляд детектива он с горькой усмешкой добавил: — Джессика сама мне в этом призналась.
— Что ж, картина становится яснее, — подытожила Чарли. — Утренний выпуск попал в руки княгини. Она, после ночных поисков по городу, сложила в голове два плюс два и решила, что это последняя капля.
— Все так, — кивнул Леопольд и опустил глаза. — Я сожалею, что все так вышло.
— Как бы то ни было, — Чарли положила руку ему на плечо. — Хорошо, что все кончилось так, как кончилось. А не хуже. И хорошо, что ты смог многое переосмыслить.
Князь слабо улыбнулся, глядя на детектива.
— Надеюсь, то, что я сотворил, не станет преградой для нашей дружбы?
— Не станет. — Чарли улыбнулась в ответ. — Все мы не идеальны. Все делаем ошибки. К тому же, — Она похлопала его по плечу. — Кто я такая, чтобы тебя судить?
— Кстати, — перевёл тему Леопольд, — как твоя протеже? Та девочка из публичного дома.
— Пока всё сложно, — Чарли вздохнула, обнимая себя за плечи, — Я пристроила её помогать Никору в его цирке. Она не глупая, но с трудом вливается в общество. В конце концов за свои пятнадцать лет она не видела ничего кроме борделей.
— Если тебе будет интересно, княгиня Марана собирается открывать пансионат как раз для таких, как твоя протеже.
— Нурия. Её настоящее имя Нурия, — поправила детектив.
— Как раз для таких как Нурия, — с улыбкой исправился Леопольд.
Снизу раздался тихий рокот двигателя. По длинной аллее к резиденции подъезжал черный кадиллак.
Дверь открылась, и на балкон впорхнула княгиня. В нежно-голубом платье она выглядела словно фея из сказок.
— Простите, что потревожила ваше уединение, — добродушно проговорила она. От голоса жены князь расслабился и улыбнулся самой счастливой своей улыбкой. — Но приехал Дмитрий. Надобно его встретить.
— Уже идём, — отозвался Леопольд.
Пропустив Чарли вперед, он обнял жену и вышел с ней в гостиную.
Примечания
1
Зеркало Гезелла — стекло, выглядящее как зеркало с одной стороны и как затемнённое стекло — с противоположной.
2
Вечная Мать — богиня-создательница и покровительница вампиров
