думают? — устало спрашивает Вилма, не имеющая ни малейшего желания пересекаться, например, с Флорой.
Которая та еще стерва, что известно каждому горожанину.
Чарли (или Генри?) недовольно сопит. И толкает брата в плечо.
— Мама считает, что мы врем.
— А старший брат говорит, что не видит никакой разницы.
— Но мы-то видим!
Вилма тоже не видит разницы. Да и никто не увидит, ведь эти двое, если где-то и появляются, то исключительно вместе. Больше Вилма о них ничего и не знает, чтобы делать какие-то выводы.
Вот только так получается, что даже ее помощники заняты фиксацией заявлений от других горожан. В управлении становится слишком многолюдно.
— Вам это как-то мешает? — спрашивает Вилма.
Она более чем уверена в том, что близнецы просто притащились над ней поиздеваться. В городе такой хаос, который им как раз только на руку. Даже удивительно, что они — первые дети, которые додумались как-то подшутить.
— Вообще-то!.. — чуть не захлебываясь словами начинает Генри (или Чарли?). — Вообще-то мне не нравится, вообще-то, у меня есть эта… Своя жизнь, вот!
— А у меня как-будто нет? — напускается на него Чарли (или все-таки Генри). — Ты…
Мальчишки начинают переругиваться друг с другом. И пихаться, явно пытаясь перевернуть склоку в драку. Вилма же ничего не может с ними сделать. Даже в камере их не закрыть, потому что в противном случае ей точно придется столкнуться с гневом Флоры. Которой плевать будет на то, что у нее растут такие дети.
Совершенно несносные.
Дверь управления открывается, пропуская внутрь Закари Блэка. Вилма машет ему рукой.
— Мистер Блэк, нужна ваша консультация, — преувеличенно формально произносит Вилма. — Требуется ваш профессиональный взгляд. Эти молодые люди утверждают, что поменялись телами. Что скажете?
Закари наклоняется к подросткам, прищуривается, всматриваясь. Чарли и Генри притихают.
Блэк усмехается.
— Скажу, что у молодых людей интересные способности, никак не связанные с обрушившейся на город стихией.
Ясно. Значит, если мальчишки и поменялись телами, то исключительно по собственной воле и за счет собственных же способностей.
И пришли дурить ей голову.
— Шли бы вы отсюда, — мрачно произносит Вилма, строго глядя на подростков. — Пока я не дошла до вашей мамы.
Она не дойдет. Но угроза все-таки срабатывает. Мальчишек из управления как ветром сносит.
* * *
Вилма присвистывает, когда Закари показывает ей какой-то совершенно невменяемый арсенал оружия в амбаре на ферме, выкупленной его семьей за бесценок. На этой же ферме вместе с братьями он организует собственный тир, где пострелять можно не только по бутылкам, но и по выстроенным деревянным мишеням.
Ни черта это Вилме не нравится. Потому что она прекрасно понимает, что ждать добра от такого количества оружия в городе не придется. Даже если стоить оно будет дорого и не каждый горожанин сможет потянуть. Это все равно опасная ситуация.
Но в то же время арсенал действительно впечатляет и притягивает.
— Хочешь пострелять? — спрашивает Закари, подхватывая новенькое ружье из этой своей «коллекции».
— Спрашиваешь, — отзывается Вилма.
Само собой, она хочет пострелять. Кто бы на ее месте не захотел. Ей не так часто удается применять оружие в городе. Ну, вот выстрелила один раз в церкви, успокоила местных жителей, а так…
Она невольно вспоминает, как еще будучи совсем юной утащила у отца ружье. И повела Соломона с собой в прерии, стрелять по бутылкам. Соломон не выказывал никакого энтузиазма по этому поводу. Но все равно пошел с ней. Вилма до сих пор помнит, как сильно отдача тогда ударила ее в плечо. Она увалилась на землю, потянула за собой Соломона, почему-то долго хохотала.
Соломону тогда тоже было смешно. А вот плечо еще долго болело. Отец же пропажи ружья совсем не заметил.
Закари перехватывает ружье поудобнее и кивает Вилме на выход из амбара. Вдвоем они направляются к стрельбищу.
Вилма протягивает руку за оружием. Затем приставляет приклад к плечу. Прицеливается в одну из мишеней. Сначала снимает ту, что поближе, чтобы пристреляться. Потом — с ходу самую дальнюю.
— Ого, — произносит Блэк. — Интересная ты женщина, шериф Кармак.
— Слюни-то подбери. Отдача очень слабая.
— Да, — кивает Зак. — Потому что ружье слегка… усовершенствовано.
— Магией?
Блэк неоднозначно поводит плечами. Ну, здорово. То есть он планирует еще и зачарованные стволы продавать в городе, а не самые обыкновенные. Вот это точно неприятное мероприятие.
— Зак, мне это все откровенно не нравится, — честно признается Вилма. — У нас не тот город, которому это… требовалось бы.
— Это пока не тот. Я слышал, вашими краями заинтересовались некоторые меценаты. Знаешь, промышленники, сбывающие магические ресурсы.
Вилма вопросительно поднимает брови. Это еще что за новости. Магия не используется в открытую, чтобы какие-то промышленники могли ею промышлять. Во всяком случае, ей так кажется.
— Город оживет, Вилма, — Блэк улыбается. — И заживет.
— И так неплохо жили, — ворчит Вилма.
Ни к чему ей эти перестройки. Особенно после торнадо, которое ударило буквально по всему.
Включая ее чертов дом.
— Хотя, это место, как я посмотрю, уже привлекло некоторых интересных личностей.
— Я-то здесь выросла, — произносит Вилма. — Так что не похоже, что бы ты так флиртовал. О ком ты?
— Да встретил давеча одну старую знакомую. Одну непростую знакомую. Лет пятнадцать, кажется, ее не видел. Знавал ее еще совсем юнцом. Джезбел Берджесс, слышала о такой?
— Кто же не знает городскую сумасшедшую.
Закари усмехается.
— Слегка безумной она была всегда, — произносит он. — Сумасшедшей же? Нет, только не она. Я бы на твоем месте присмотрелся к ней. Она, знаешь ли, тоже кое-что умеет.
А вот эта информация Вилме совсем не нравится. Потому что по-настоящему на Джезбел внимание она никогда не обращала.
Может, и зря.
* * *
От Зака Блэка Вилма возвращается в город под ночь. Решает, что домой к Соломону точно не станет заглядывать. Да и к себе не пойдет, потому что не понятно, насколько сильно разрослось ее черное нечто. Это всегда успеется. Не поглотит же оно весь дом.
Поэтому Вилма просто направляется в сторону управления шерифа. Она знает, что застанет там разве что Хесуса, который обычно берет на себя любые дежурства. Не очень ясно, впрочем, почему, если лишних монет ему за энтузиазм все равно не перепадает. Главное, конечно, что работает. В отличие от Бернадетт, которая сбегает из управления, едва заканчивается рабочий день. Тряпками своими занимается, праздно шатается.
Вилма думает, что со всеми городскими событиями точно нужно будет нанимать кого-то еще. Да только это придется согласовывать с федеральным маршалом, лишний раз морочиться… Из местных, к тому же, вряд ли кто-то пойдет. Значит, навяжут какого-нибудь совсем пропащего доходягу. А то и вовсе преступника в розыске.
