— Знаете, что это?
Наташа присмотрелась.
— Если бы кольцо было надето на другой палец, сказала бы, что это обручальное.
— Именно.
— Подожди… ты хочешь сказать…
— Да. Мы обручены.
— Но… — Наташа схватилась за голову и с силой протерла виски. — А сколько тебе лет?
— Мы помолвлены, а не женаты.
— А-а-а… Так, стоп, я совсем запуталась. А как ты оказалась рядом с моим сыном?
— Случайно. Проходила через двор в магазин и увидела, как Костю прижала четверка хулиганов. Пришлось вмешаться. Но вот когда он назвал вашу фамилию… честно говоря, меня это немного шокировало. Не думала, что такое бывает. Город наш, конечно, не самый крупный, но ведь и не деревня.
— И это не Юра… не Юрий Петрович просил тебя поговорить со мной?
— Я знала только ваше имя. Вы в самом деле думаете, что он мог бы попросить кого-нибудь решить его проблемы? У вас о нем сложилось такое мнение?
— Нет-нет, конечно же. Просто это так… неожиданно.
Ленайра пожала плечами.
— В жизни бывают вещи и неожиданней. Наша встреча с Лешей, например. По всем законам жизни она была в принципе невозможна.
— О… — Наташа с интересом поглядела на сидящую напротив девушку. — История Золушки и принца?
Вопреки ее ожиданиям, девушка не улыбнулась и даже не кивнула в ответ. Как-то грустно вздохнула, отвернулась.
— Тут весь вопрос в том, кого считать Золушкой, а кого… принцем. Но я ведь с вами не о себе говорить хотела. Скажите, вы действительно не можете простить Юрия Петровича? Вы так сердитесь, что он вам сразу ничего не сказал?
— Кого считать Золушкой? Так, стоп, ты меня совсем запутала. Ты хочешь, чтобы я встречалась с… Юрием Петровичем?
Ленайра кивнула.
— Но… а какой тут твой интерес?
— Хочу, чтобы он был счастлив. Он любит вас, это сразу видно.
— Любит? Видно?
— Я знаю его с семи лет, именно тогда я встретила его сына. Поверьте, я успела прекрасно узнать обоих. Так получилось, что я попала к ним сразу после смерти его жены и могла наблюдать за Юрием Петровичем все это время. О вас он говорит так же, как когда вспоминает мать Алеши.
— Но тогда…
— … почему не сказал о том, кто он есть? А сами как думаете? Вы же понимаете, что богатство — это не только возможность тратить любые деньги на развлечения, но и ответственность. И плохо кончает тот, кто не понимает этой простой истины. Достаточно посмотреть на судьбы нуворишей. Только тот остался наверху, кто осознал это. Но ведь рядом с деньгами, а особенно крупными деньгами, всегда отыщутся те, кто готов помочь ближнему своему расстаться с этим бременем, и конкурентов такие люди рядом не терпят. Он хотел быть с вами рядом, но и не хотел впутывать во все это.
— Тогда почему он все же признался, раз ты утверждаешь, что он молчал только из-за заботы обо мне?
— По той же причине, по которой он вообще к вам подошел. Думаете, Юрий Петрович завел бы с вами знакомство, если бы не хотел его развить? Он мне говорил, что любит вас давно… где-то увидел, узнавал. Но подойти решил только в этом году.
— Вот как? — Наташа поджала губы. — И что же его заставило раскрыться… если ты говоришь правду.
Ленайра снова подняла руку, демонстрируя кольцо на пальце.
— Вот это.
— Не понимаю.
— У него только один сын.
— Все равно не понимаю.
Девушка чуть прикрыла глаза.
— Вы говорили про Золушку и принца, а я сказала…
— … что еще вопрос, кто тут Золушка… Подожди, ты хочешь сказать…
— Я не гражданка России. Более того, в моей… стране моя семья занимает очень высокое положение… когда я говорила вашему сыну про принцессу, я была очень недалека от истины.
— Но ты говорила, что твои родители погибли…
— Вы считаете, что аристократия защищена от… несчастных случаев?
— Нет, конечно… но…
— Мой дед выбор одобряет. Тут вопросов нет. А Юрий Петрович… он слишком любит своего сына, чтобы вставать у него на пути. Что бы вы там ни думали, но наша помолвка заключена при полном нашем согласии и желании. Но одновременно это означает, что единственный сын Юрия Петровича Коршунова не сможет наследовать его состояние. Точнее, наследовать может, но зачем оно ему без того дела, которое и приносит доход?
— И тогда он нашел меня, чтобы я… — с горечью заговорила Наташа, но Ленайра резко ее оборвала.
— То, о чем вы говорите с таким пренебрежением, — это и МОЙ долг! И лучше жить с тем, кто любим и кто любит тебя, чем по-другому. Нет? Вы готовы отказаться от любви?
— И влезть в эту банку с пауками?
— Давайте я вам кое-что скажу… Мои родители погибли не в результате несчастного случая. Их убили. Не надо так смотреть. Убили на моих глазах. Более того, ситуация в моей стране сейчас такая, что и я сама могу погибнуть просто потому, что мой род стоит на пути заговорщиков. Вы говорите про пауков в банке в окружении Коршунова? Вы не видели настоящих пауков, когда драка идет не за деньги, а за власть. И именно туда я и пойду. И потащу туда Алексея. Думаете, мне хочется этого? Или, вы полагаете, Алексей не понимает, куда идет? Счастливый брак принца и принцессы только в сказке бывает, а в жизни за счастье приходится бороться. И мы с Алексеем решили быть вместе. Можем ли мы погибнуть? Вполне. Но я за свое счастье буду драться зубами, руками и ногами. А вы можете думать про опасность, про пауков, жалеть себя, осуждать выдуманное предательство Юрия Петровича. Либо начать борьбу за свою любовь, если вы действительно любите.
— Уже не уверена…
— Значит, не любили его никогда.
— Да что ты понимаешь?..
— Лучше вас! — отрубила Ленайра. — Я сама была в такой же ситуации. Или вы полагаете, я сразу призналась в том, какое положение занимаю дома? Мое имя отнюдь не Снежана. Это Алексей мне его дал. Мое настоящее имя Ленайра Геррая. Леша хорошо знает меня как Снежану, но он совершенно не знает Ленайру Герраю, ту, которую дома зовут Ледяной Принцессой. Как вы полагаете, по какой причине меня так прозвали? — Ленайра вдруг изменилась, словно по мановению волшебной палочки. Наталья Игоревна вздрогнула, с испугом глядя на ставшую какой-то незнакомой девушку. Полный арктического льда взгляд, идеальная осанка, от нее словно волны холода исходили, казалось, даже температура в комнате упала. Наташа поежилась, непроизвольно поднялась, ибо сидеть в присутствии королевы ей казалось просто невозможным. Даже смотреть в лицо этой незнакомки невозможно, только в пол.
Давление пропало так же неожиданно, как возникло. Наташа чуть ли не рухнула обратно на стул, вытерла пот со лба и осторожно глянула на девушку. Лед из ее глаз исчез, теперь она снова стала той, кем была раньше.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
