— Нахрена?!
— Проверить радиационную обстановку, сэр!
— Давай! «Р-1», ко мне!
Спустя пять минут группа бойцов в главе с темнокожим сержантом, шагала вверх по склону. Рядом, урча, карабкалась БРДМ.
— Командира обидели, — удрученно сказал Тенгиз. — Это плохо! Хороший человек.
— Да ладно, забей, — усмехнулся Сергей, — Крайтон не любит пустозвонов, зато любит дельных людей. Ты ведь дельный человек! Профессор по механике!
— Надоел мне этот малохольный индюк! — зло сказал боец по имени Керим, руки которого были изрисованы блатными наколками. — Я за свои слова отвечу! Из-за одного заблудившегося @@@ака так обделался! Да ведь нет там ничего! Ну, сейчас доберемся до этих домиков, ну найдем там одного, ну двух спятивших чудаков! А понту-то! Да что мы пешком идем, как бараны! Эй, водила, тормозни! Начальник, сядем на броню, да и доедем, как белые люди?!
— А чем белые люди лучше черных? Может, объяснишь приятель?!
Внезапно что-то цокнуло о броню машины, высекло искру и врезалось в землю. Потом люди услышали сразу два выстрела, и один из солдат схватился за плечо:
— Ай, @@@, подстрелили меня?!
— Всем лечь! — заорал Джерри. — Вы двое, раненого вниз, к колонне!
Бойцы рухнули на землю, как подкошенные. На плече у раненого расплывалось темное пятно. А затем вдруг раздался взрыв в двадцати метрах. Полетели камни.
— Вот и прогулялись к вершине! — выругался Джерри. — Лежать всем, не вставать! Отвечать огнем!
Но кто и откуда обстреливает бойцов, не было ясно. Огонь открыли наугад, в сторону неизвестных строений. А тем временем невидимые недоброжелатели продолжали стрелять.
Раздался еще один взрыв, — на это раз, метрах в тридцати. Внизу у дороги колонна пришла в движение, готовясь отражать нападение.
— Доложи обстановку, Джерри! — требовала рация.
— Ведем бой, сэр! — крикнул в ответ сержант. — Просим поддержки огнем!
По просьбе Джерри одна из «восьмидесяток» изрыгнула порцию смерти в сторону строений. Заговорили пулеметы БРДМ. Бойцы сгрудились за корпусом бронемашины и, время от времени постреливая, медленно начали продвигаться в прежнем направлении. Но следующий взрыв, швырнувший в броню машины пару небольших камушков, по полцентнера каждый, охладили пыл наступающих.
— Все! Хватит! — заорал Джерри. — Так и людей, и технику потеряем! Пусть танки своим огнем разнесут эти долбаные сараи! Отходим!
— А снарядов не жалко?! — возразил Сергей.
— А людей?! Надо было брать машину для разминирования! — проорал Джерри
— Она у нас одна, и та на ладан дышит! — сообщил Тенгиз.
— А если танками тупо в лоб? — спросил Керим.
— Если у них есть гранатометы, или остались еще мины на склоне, потеряем танки! — возразил Джерри.
— А если объехать их и зайти с восточной стороны на танке? — предложил Сергей. — Судя по количеству выстрелов там не так много стрелков! Да и уничтожать они нас не могут, или не хотят. Походу, просто не хотят подпускать.
— Если и там заминировано?!
— Есть идея! — Сергей заговорщицки подмигнул темнокожему американцу. — Проси у Крайтона танк!
Джерри, недоверчиво поглядывая на Сергея, вызвал по рации Крайтона, и что-то долго ему втолковывал. Потом схватил Сергея за рукав:
— Пошли! Ты, Гиз, ты, «белый человек», и вы оба! Всем остальным держать огонь! — проорал сержант. Старший — ты! Ратиани, слышал? Ты — старший!
Он, Тенгиз, Сергей, Керим, и еще двое бойцов ринулись к танку мимо злого, как тысяча чертей, Крайтона. К незадачливым грузинам подошла помощь, их прикрыл американский бронетранспортер. Крайтон медлил, не обрушивая на противника всю мощь. Да и выстрелы с той стороны прекратились.
Сергей еле успел схватиться за скобу на башне. Танк ухнул, дернулся и пошел по шоссе, набирая скорость. Джерри встал за рычаги пулемета, болтающегося на башне, и, время от времени посылал короткие очереди по завалам.
На дороге бессильной кучей хлама застыл мертвый «Форд Фокус». Дорогая когда-то была машина. «Восьмидесятка», не снижая скорости, шарахнула «Фокус» так, что ржавый автомобиль полетел в придорожный кювет, будто спичечный коробок. Проехав около двухсот метров, танк свернул с дороги и принялся месить гусеницами придорожные заросли.
— А теперь, — сказал Сергей, — пусть танкисты шарахнут из орудия вон туда, по ближайшему завалу! Только скорость не снижать!
Джерри понимающе кивнул, прокричал что-то в рацию по-английски. Орудие танка извергло гром и огонь, взрыв поднял в воздух массу земли и камней. Сергею показалось, что земля перевернулась, в ушах зазвенело. Джерри очередями из «Владимирова» принялся перепахивать землю перед собой. Американские танкисты поняли затею Сергея, и второй снаряд они положили уже без посторонних подсказок. Люди на броне танка молились о том, чтобы пронесло и чтобы какая-нибудь шельма не пальнула в борт из «Мухи». Сергей и Тенгиз выстрелили по разу из подствольника, надеясь, что взрывы гранат разбудят мины, таящиеся в земле на пути танка. «Восьмидесятка» жахнула в третий раз, и видно, зацепило что-то, так как взрыв на склоне был гораздо сильнее. В воздухе повисли клубы пыли, сквозь которые пробивались линейки солнечных лучей.
Перемахнув через земляной вал, бойцы увидели, как по направлению к строениям улепетывают в темпе несколько человеческих фигурок. Сергей успел заметить несколько сараев, сложенных черт-те-как, невысокий каменный дом, и проволочные изгороди вдоль аккуратных грядок и делянок. Похоже на ферму.
— С брони долой! — Джерри первым спрыгнул с танка. Сергей подобным героизмом не отличался и сигать вниз на скорости почти тридцать километров в час ему не очень хотелось. Но Бог услышал его молитвы и что-то втолковал танкистам. Могучая машина замедлила ход, поворачивая орудие в сторону силосной башни, построенной здесь еще во времена царя Гороха. Танкисты удачно укрыли машину за одним из каменных завалов, так, что подбить ее из гранатомета, не попав на линию американского огня, было невозможно.
А к танку шел, подняв руки, мужчина в крестьянской одежде. Первый местный житель. В руке он держал за цевье снайперскую винтовку Драгунова стволом вверх.
— Стой! — крикнул ему Джерри, прицеливаясь. — Брось оружие, иначе умрешь! Руки за голову, встать на колени, ноги скрестить!
Человек повиновался. Это был старик с почти детскими, блестящими глазами, оспинками на впалых желтых щеках, сильными жилистыми руками. Одет он был в старые крестьянские штаны, посеревшую льняную рубаху и изодранный армейский разгрузочный жилет, измазанный землей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
