теперь пока ей сто лет не исполнится, прямо стыдно о новом яйце заговаривать. Совсем ведь малышка по-драконьему…
- То есть, как это? - возмутилась Аля, - мне что, теперь сто лет ждать, пока вы согласитесь…
- ОМ-м-м, Шу-у-у, - загудели, зашумели хором мужья, а потом дракон Эйрика виновато тыкнул ее носом, - Алюшка, ты теперь думай, что и с кем так громко думать! Ведь рядом дети, ты уверена, что им не рано про такое слушать? Теперь тебе надо научиться думать правильно, так, чтобы только кто-то определенный услышал, а не все вокруг.
Белый дракон поднял голову и кивнул Але. Та прислушалась и услышала сдавленные смешки где-то неподалеку. И вдруг в голове послышались другие голоса драконов, которые сразу стали уверять, что они не подслушивают, просто думы у нее слишком громкие… Аля смутилась и попыталась вообще не думать, но, похоже, получилось еще хуже, потому что смешков стало больше. Хорошо, что они звучали мягко, без злорадности. Белый дракон опять распустил крылья, прикрывая всех, и заодно вылизал Алину мордочку в попытке успокоить.
- Ну что ты, не волнуйся, мы все взрослые, ну, кроме наших детей, - Эйрик попытался донести до жены главную мысль, - теперь тебе надо учиться управлять своим новым телом. И, главное, научиться контролировать свои мысли. А ты кричишь в эфир, как новорожденный дракончик.
- Я что, теперь все время буду драконом? - даже немного испугалась Аля.
- Нет, - Ангор обернулся мужчиной и погладил красную драконочку по мордочке, - это первый оборот самый непредсказуемый и, как правило, внезапный. А сейчас мы будем учиться оборачиваться из одной формы в другую. Дети, покажите маме, как вы это делаете. Молодцы, а теперь брысь в беседку. Будем объяснять маме, как стать обратно человеком.
Тяжкие драконьи будни
Первое время Аля уставала, как раб на плантации. Оказывается, контролировать себя, а главное, свои мысли, было очень тяжело. Это не как рот закрыть и думай, что хочешь, а думать, так сказать, в несколько слоев, было действительно тяжело. Одни мысли для всех, как речь, а другие мысли, как тюль за шторами, тихо, тонко и едва-едва. Слышать чужие разговоры было интересно, но очень утомительно. Это как перекрикивать громко разговаривающее радио. Ангор и Эйрик учили не слышать, или слушать выборочно кого-то и как определять, кого именно ты хочешь слышать, а кого нет. От такого постоянного усилия Аля быстро уставала и засыпала, как новорожденный дракончик, с периодичностью в несколько часов.
А еще было неожиданное драконье тело. Хвост оказался как индикатор настроения и самочувствия. Он мог радостно раскачиваться, нервно щелкать или тянуться усталой тряпочкой за спиной. Ангор уверял, что когда она привыкнет к новому телу и излишку конечностей, то она сможет управлять им, и потом он обязательно даже научит им драться. Не то, что ей потребуется такая возможность, но мало ли… ведь жизнь впереди длинная. Она ведь теперь дракон, а драконы живут долго. Уж намного дольше людей, и надо быть готовым к неожиданностям.
А вот крылья... Крылья вообще оказались сущим наказанием. Они, казалось, жили своей собственной жизнью и не подчинялись командам Али, ну хоть плачь. И если с хвостом можно было хоть как-то разобраться, то крылья оказались настоящим ребусом. А еще, они чесались и тянули, и болели, ну совсем как подживающая ранка. И Ангор, и Эйрик уверяли, что это все из-за того, что они росли и формировались, и это прекрасно, что они чешутся и зудят. Это значит, они растут, у Али будут полноценные крылья и она сможет летать! Ради этого она была готова потерпеть, хотя стоило отвлечься, и она начинала почесываться, как шелудивый кот, потираясь о дверные косяки и углы, а еще подставляя спину мужьям, стоило только им оказаться поблизости. А уж когда их начинали почесывать или оглаживать, то впадала в настоящую нирвану! Какой там секс! Вот почесать крылья, как зудящую ранку – вот это кайф!
*
- Я дракон! Я лечу! Ёху-у-у!!
Аля стояла на спине Ангора и, расправив крылышки, ловила ветер. Да, о самостоятельных полетах можно было пока только мечтать, но сейчас Ангор плавно скользил над облаками, едва шевеля крыльями, и слушал восторженные вопли жены.
Оказывается, именно так драконы учили своих драконышей летать. Вначале на собственных спинах, объясняя на личном примере, как ловить ветер, как взбираться на восходящих потоках выше и выше, как избегать воздушных ям, перепадов давления в небесах. Оказывается, было много нюансов, как именно надо летать над горами и долинами и какие ловушки могли возникать, когда летишь над ровным, в принципе, морем.
Но все это было потом, а сейчас только ветер в нос и дрожащие от натуги молодые крылья. Мало того, что они были маловаты, чтобы удержать в небе ее тело, так еще и силенок было чуть-чуть. У Али уже сейчас было состояние, будто она пешком на десятый этаж залезла и все внутри дрожит от напряжения. Но все равно, это восхитительное чувство полета того стоило!
Ангор стал спускаться, сегодня детей вывезли к озеру ловить ящериц, и пришлось пролететь сквозь несколько облачков, хоть и легких на взгляд, но мокрых, а на большой скорости так еще и колючих. Как будто душ шарко, да прямо в лицо, ну, то есть в морду… Аля не успела закрыть пасть и поэтому наглоталась ледяных капель, благо, как уверяли мужья, драконы не болеют, как люди, их магия бережет. Но все равно неприятно…
Ангор заложил аккуратный вираж и стал снижаться, попутно суфлируя свои действия: как крылья подворачивать и на что обращать внимание при приземлении, так, чтобы носом «не клюнуть» лужайку, и как держать лапы, подобрать и напружинить, чтобы не отбить их об землю, и еще что-то про хвост, но Але от переизбытка информации казалось, что у нее в ушах вата, а еще вопли малышей, которые орали ментально, охотясь на ящериц. Ангор опустился на краю полянки, где резвились дети, и лег на брюхо, опустив крыло, чтобы Але было удобнее с него спуститься.
У нее от напряжения все дрожало, как будто она марафон пробежала, но все равно она была счастлива просто бесконечно! Далеко она не ушла, свернулась как кошка и прикрыла нос хвостом, стремительно засыпая. Ангор успокоил Эйрика и позволил ему лечь рядом, укрыв жену крылом, и осторожно слизывать дождевые капельки с красной лаковой спинки. А самому Ангору пришлось стать арбитром вместо жены
