Фадж в ярости повернулся и впился взглядом в Дамблдора. Фаджу было необходимо кого-то арестовать. Иначе могло показаться, что он бессилен.
- Альбус, я этого так не оставлю. Если произошло преступление, то моя обязанность …
- Преступление действительно было совершено, министр, - снова прервал его Поттер, гневно сверкая глазами. Пресса не переставая, фотографировала и делала заметки. - В течение ста лет Уинтерленд просил помощи у Министерства Магии, но министерство игнорировало эти просьбы. Если это не преступление, то я не знаю тогда, что считать преступлением.
Люциус понятия не имел, что имеет в виду Поттер, но видя выражение лица министра, у него появились некоторые подозрения. Фадж мог быть плохим лидером, но он был опытным политиком. Он понял, что присутствие прессы больше не идет ему на пользу.
- Я не знаю, что здесь происходит, но я требую, чтобы мы все обсудили сегодня вечером и разобрались со всеми недоразумениями. Альбус, мы можем воспользоваться вашим кабинетом, чтобы поговорить с этими людьми? - Фадж показал жестом на Поттера и младшего Брэнда и кивнул аврорам, чтобы они избавились от прессы.
Увидев, что сенсация исчезает прямо на глазах, группа репортеров хлынула вперед, фотовспышки начали вспыхивать в два раза быстрее, а прыткопишущие перья двигаться с огромной скоростью.
- Мистер Поттер! - закричали все как один, а потом начали выкрикивать вопрос за вопросом. Северус, Люпин и викинг немедленно вышли вперед, закрывая мальчика, а преподаватели подошли, чтобы оттеснить репортеров.
Люциус, стоя в отдалении от прессы и ее добычи, наблюдал всю сцену, словно умело отрежиссированный спектакль. Дамблдор хорошо обучил своих людей. В то время как штат школы и три опекуна Поттера выгоняли прессу с помощью авроров, Уизли окружили Поттера, и мальчик оказался посреди группы гриффиндорцев. Ни у кого не осталось ни малейшего шанса приблизиться к мальчику.
За исключением мадам Боунс, которая была членом Визенгамота, всех кандидатов в министры так же вывели из зала. Люциус сомневался, что они надолго задержатся в Хогвартсе, вероятнее всего - отправятся в Хогсмид, устраивать собственные пресс-конференции.
Люциус продолжал стоять в отдалении, стараясь быть как можно более незаметным. Когда, Фадж и остальные начали двигаться к выходу из Большого зала, направляясь в кабинет Дамблдора, Люциус осторожно последовал за ними, не сводя глаз с Поттера, поскольку тот шел позади остальных. К сожалению, в дверях его остановила МакГонагалл, одарив взглядом, способным иссушить камень.
- Мистер Малфой, - фыркнула она. - Куда Вы направляетесь?
- Ну как же, Минерва, - он холодно улыбнулся. - Как член Совета попечителей я хочу удостовериться, что студенты Хогвартса хорошо защищены. И я имею право узнать, что случилось с мистером Поттером.
Но МакГонагалл была непреклонна.
- Как Вы слышали, не было никакого похищения, поэтому нет никакой нужды во вмешательстве Совета попечителей. Я уверена, что Вы узнаете обо всем позже. Но пока я должна попросить Вас покинуть помещение.
- Конечно, Вы не откажете мне в праве поговорить с сыном? - спросил Люциус. - Я уверен, что он сильно шокирован этими событиями.
Минерва холодно приподняла одну бровь.
- Как Вам будет угодно, - ответила она и указала в противоположном направлении. - Слизеринская гостиная находится там, если Вы не забыли, или мне позвать студента, чтобы он показал Вам путь?
- В этом нет необходимости, - отступил Люциус, задаваясь вопросом, как эта женщина заставила его чувствовать себя настырным ребенком. Он развернулся и зашагал по освещенному факелами коридору.
Возможно, стоит спуститься в комнаты Северуса и подождать «старого друга»? Или все же пойти в Слизеринскую гостиную, чтобы узнать у Драко что-нибудь еще или хотя бы спросить, что значил обмен взглядами с мальчишкой Уизли - он не мог допустить, чтобы это зашло слишком далеко.
В любом случае он не собирался возвращаться домой или к Вольдеморту, имея на руках лишь скудную информацию о случившемся, которая вызовет много вопросов. Не знать ответов на заданные Вольдемортом было чревато серьезными неприятностями.
Примечания автора:
Вероятно, вы задаетесь вопросом, зачем я потратила целую главу на размышления и поведение Люциуса Малфоя. Хорошо, пока я работала над следующим кусочком, Малфой кое-что заметил и решил бросить приносящую боль работу - его сторона не строит никаких планов по захвату власти, и я решила воспользоваться этим. Надеюсь, Вы поняли мою подсказку, и да - это будет касаться Драко.
Примечания беты: * Адвокат дьявола - в современном понимании: термин употребляется для обозначения людей, которые защищают позицию, которой сами не придерживаются. Иногда они делают это просто для того, чтобы поспорить, иногда для того, чтобы выявить возможные логические недочёты собственной позиции или попытаться доказать свою позицию «от противного».
Глава 38. Политика.
Северус сделал знак Минерве, в то время как Гарри отправился для разговора с Фаджем в кабинет, предоставленный Дамблдором. Женщина моментально отреагировала, остановившись в дверях, чтобы не дать Люциусу Малфою последовать за ними. От Северуса не укрылось то, какие взгляды бросал Люциус на Гарри - и он не собирался допускать, чтобы Малфой предпринял что-либо в отношении мальчика.
Когда Фадж и мадам Боунс расположились в креслах, предложенных Дамблдором, Молли Уизли разожгла огонь в огромном камине. Северус стал свидетелем того, как его сестра встретилась с мужем. Быстрое объятие и обмен взглядами - вот и все, что они позволили себе, но он понял глубину чувств, скрываемых за этим сдержанным приветствием. Диана действительно допускала, что может больше не увидеть Элрика, и сейчас на её лице читалось явное облегчение.
Остальная часть клана Уизли, Гермиона Грейнджер и несколько преподавателей Хогвартса также собрались здесь. Все улыбались, глядя, как Гарри исчез в медвежьих объятиях Хагрида. Даже аврор Старк ухмыльнулся, когда Гарри похлопал полугиганта по спине, пытаясь убедить его, что с ним все в порядке, и выбраться из его сокрушающего захвата. Минерва дождалась, когда все войдут в комнату, и плотно прикрыла за собой дверь. Северус ощутил несколько заглушающих заклинаний, чтобы журналисты, оставшиеся позади, не могли что-либо услышать.
Удивительно, но именно Гарри начал разговор, неожиданно повернувшись к министру, после того, как высвободился из объятий Хагрида.
- Сто пятьдесят лет назад министерство побывало в Уинтерленде и открыло Колодец отчаянья, чтобы начать собирать дементоров для Азкабана. Почему его не запечатали снова? Почему запрос Уинтерленда о помощи был проигнорирован?
