Пейнтер взял конверт, вытряхнул из него две фотографии и несколько вырезок из иностранных газет с прикрепленным к ним, отпечатанным на машинке переводом.
— Работа, которую дал тебе Декстер? На следующий уикэнд?
— Да, но что ты думаешь об этом? — нетерпеливо спросил Слейтер.
Пейнтер вздохнул.
— Ты хочешь, чтобы я все это прочел?
— Да уж, критика для проформы мне не нужна! — с обиженным видом воскликнул Слейтер. — Ничего себе! Оказывается, здесь сидит совершенно посторонний тебе человек и умоляет уделить ему десять минут времени!
— Хорошо, — покорно ответил Пейнтер и принялся читать содержимое конверта. Поначалу он никак не мог уловить смысл, но потом начал вникать. — Ну, по крайней мере, это не та работа, которой мы занимаемся обычно.
— Это вообще не работа, как я ее понимаю! — фыркнул Слейтер. — Это детская работа, получение денег за ничегонеделанье, что-то, что можно поручить умненькому, ясноглазому сопляку, который радостно воскликнет: «Ух, ты, здорово! Это же мое первое задание!»
— Деньги сами плывут в руки. — Пейнтер пожал плечами. — И ты получишь свои двадцать пять процентов. Это немало! К чему, в таком случае, весь этот шум? Эй, если не хочешь заниматься этим делом, отдай его мне!
Слейтер хмуро посмотрел на приятеля и спросил:
— Ты ухватил суть?
Пейнтер снова проглядел бумаги.
— Что? По-моему, да. Псих, надо полагать. Фу! Ну, точно псих.
Слейтер кивнул.
— Если не считать того, что это в точности то, о чем говорил Декстер — способ на время убрать меня с глаз долой — это выглядит странно. Не то чтобы я не знаю, с какого бока подойти. Просто, если я займусь этим делом, то буду чувствовать себя таким же спятившим, как старушенция, которая платит за это.
Пейнтер вынужден был согласиться, что дело странное, однако прилагаемый чек впечатлял. Он нахмурился.
— Пытаюсь понять, где тут собака зарыта.
— Вот. — Слейтер достал большой лист бумаги. — Вот тут самое основное.
Пейнтер уставился на испятнанную пивом страницу.
(1) Встречи с целью проведения ролевой игры: Милан, Берн, Реймс.
(2) Сын синьоры Минателли, Антонио, восемнадцати лет, присутствует во время уик-энда на встрече в Милане (Италия) и, вернувшись, рассказывает, что немецкий почетный гость Ганс Гутмейер исчез из своего номера вечером в субботу (17 или 18 июля). Антонио в сильной досаде; Гутмейер на следующий день должен был принять участие в важнейшей игре против итальянской команды в борьбе за мировое первенство. Итальянские фанаты посчитали, что он струсил и ночью сбежал в Германию.
(3) Две недели спустя Антонио отправляется на встречу в Берн (Швейцария). Синьора Минателли ожидает его возвращения домой поздно вечером в воскресенье или рано утром в понедельник. Однако он не появляется. В конце концов, она звонит в отель в Берне; ей говорят, что счет не оплачен и автомобиль все еще на парковке отеля, но никаких признаков самого Антонио.
(4) Тем временем приходит новость, что Ганс Гутмейер во Франкфурт не вернулся, и выясняется, что, исчезнув из отеля в Милане, он оставил в номере все свои вещи, включая немецкие марки и обратный билет на поезд. Подгоняемая заинтересованными сторонами (прежде всего, синьорой Минателли), немецкая, итальянская и швейцарская полиции объединяют свои усилия, но не обнаруживают никаких зацепок. Ну, исчезли двое молодых парней в иностранных государствах — и что? Это происходит постоянно. Туристы, в особенности во Франции и Италии, пропадают с точностью работы часового механизма. Рутинная полицейская работа, вот и все; и следователи не торопятся.
(5) С. Минателли — настоящая итальянская мамаша, горячо любящая своего сына — вступает в контакт с Сюрте[23] по поводу предстоящей встречи в Реймсе, которая должна иметь место на третьей неделе августа. Она уже все вычислила: маньяк, разъезжающий по городам, где происходят встречи, и убивающий участников. Очаровательная теория, однако в ней имеется масса пробелов. Типа, где тела? Тем не менее Сюрте благодарит ее за подсказку и уверяет, что они сделают все, что могут — что, по тому, как оборачивается дело, равняется нулю. Никто во время собрания в Реймсе не исчезает, но… С. Минателли не испытывает удовлетворения, а ее сына по-прежнему нет как нет. Она достает список участников французской встречи, проводит свое расследование и выясняет, что некоторые из них хиппи, не имеющие постоянного местожительства. Значит, один из них (или даже несколько) вполне могли исчезнуть, и никто этого не заметил бы.
(6) К настоящему времени, однако, у С. Минателли родилась вторая теория: возможно, ее сын влюбился в девушку схожих устремлений (слово «устремления» кажется очень подходящим) и теперь вместе с ней разъезжает по встречам. По-видимому, он мимоходом упоминал, что познакомился с этой девушкой в Милане. Мать Тони начисто игнорирует тот факт, что его имени в списке Реймса нет, и что практически синхронно с ним исчез Ганс Гутмейер. Короче, теперь она хватается за соломинку.
(7) Она связывается с Интерполом, с Отделом уголовного розыска, со Скотланд-Ярдом и передает им всю информацию, все вырезки, связанные с исчезновением, фотографии сына и т. д. Может, кто-нибудь будет столь любезен поискать его на предстоящей в середине сентября встрече в Лондоне? То есть во время следующего уик-энда. Нетрудно представить себе, что Интерпол, Отдел уголовного розыска и Скотланд-Ярд думают обо всем этом. Тем не менее, они говорят «хорошо» и обещают, что кто-нибудь будет заскакивать через равные промежутки времени на встречу в Лондоне и поищет в толпе Антонио Минателли.
(8) По-прежнему не испытывая удовлетворения, она вступает в контакт с Декстером, и он дает эту работу мне.
— Вопрос, — сказал Пейнтер, возвращая бумаги Слейтеру. — Что такое ролевая игра?
— Игроки разыгрывают роли под руководством судьи. Когда возникает необходимость принимать решения или воспользоваться обходными маршрутами, выбор делается путем бросания костей. Или, может, это остается на усмотрение судьи, «ведущего». Понимаешь, существует много альтернатив. По-видимому, тут играет роль опыт. Нужно знать теорию игры: книги, на которых она основана, навыки, необходимые для победы, сценарий. — Слейтер вгляделся в ничего не выражающее лицо Пейнтера. — Въезжаешь?
Пейнтер кивнул.
— По-моему, да. Что-то вроде военной игры?
— Ну да. Сценарии Стар Трек[24] — это, как правило, и есть военная игра, только перенесенная в космос. Однако категорически высказываться я не берусь, поскольку не очень-то осведомлен обо всем этом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
