осилить одержимого демоном колдуна?
Решение предложил один из слуг.
– Нет, мы не станем караулить у бреши, – сказал он решительно. – Мы пойдём с вами.
Остальные слуги выразили согласие кивками или нечленораздельными возгласами.
Теперь пришёл черёд воинов переглядываться. Возразить, однако, никто из них ничего не смог. По-другому, по-видимому, уговорить слуг не нападать не удастся.
– Ладно, пошли, – передал Григорий слугам.
И воины и слуги вместе двинулись в глубину замка.
Не желая сдерживать себя, Кир отбросил шар в сторону. Тот, хоть и был сделан из хрусталя, не разбился, просто откатился к стене. Прозрение было болезненным. Допустив этих двоих под свою крышу, Кир сам себя загнал в ловушку. Они всё спланировали заранее, а он и не понял. Что последует дальше, думать не хотелось. Судьба Викториана не оставляла сомнений на этот счёт. Тогда против них был большой отряд, не то что сейчас, и тем не менее он погиб. И тут он увидел то, что убедительнее всяких слов подтвердило правоту Маргариты: вот они, его слуги, идут в компании с его заклятыми врагами, вместо того, чтобы убить их всех там, у бреши.
Кир взмахнул рукой, намереваясь метнуть молнию. Но мощь его, подпитываемая присутствием демона, сошла на нет. Молния не получилась. Остаётся только одно. Кир вынул из кармана горсть зачарованой пыли и, замахнувшись, с силой бросил себе под ноги. Пыльное облако скрыло его от взглядов всех присутствующих. Этот неожиданный ход на мгновение сбил с толку. Заколдованная пыль не оседала и не развеивалась, пока Кир не завершил ритуал межпространственного перехода. Затем просто осела на пол, как самая обычная не заколдованная пыль. Да, собственно так оно и было. Зачарованная пыль чаще всего рассчитана на одноразовое применение.
Когда пыль осела, стало ясно, что Кир не сторонник гордой и величественной гибели. И в плен сдаваться не собирается. Он предпочёл тактическое отступление. В комнате его не было.
И маги и не маги переглянулись между собой. Вдруг слуги все как один закричали: «Ура!», потрясая оружием. Они считали, что навсегда избавились от тирана. Остальные не проявляли признаков радости. Кир сбежал. Кто знает теперь, где он вынырнет? И что будет делать?
– Надо его искать, – убеждённо проговорил Владелин. – Подозреваю, что этот тип мстителен. Как бы потом нам не заполучить крупные неприятности.
Но искать не пришлось. Громкий крик ужаса раздался во дворе замка. Все кинулись к окнам. Дарг держал Кира зубами за одежду. Тот нелепо размахивал руками и ногами, беспомощно болтаясь в воздухе. Дракон в межпространстве чувствовал себя намного увереннее, чем человек, да к тому же ещё никогда раньше не совершавший переход самостоятельно. Ему даже не пришлось полностью уходить из этого мира. Он только высунул голову, и этого оказалось достаточно, чтобы перехватить беглеца и вернуть обратно. При виде такой картины слуги разразились хохотом. Это был смех полный злой иронии. Это была месть за всё то время, что они жили в страхе, терпя дурное обращение и скверный характер властителя.
Дарг поставил Кира на землю. Маргарита, Владелин, Григорий, Иосиф, Зорий, Устинья, Бажен, Всемила и четверо воинов собрались около дракона. Слуги продолжали наблюдать за событиями из окон. Кир стоял, еле держась на ногах. Многое приходится переживать властителям: и горечь поражения, и жестокость предательства, забвение и изгнание. Но нет более тяжкой участи для того, кто только что был на вершине мира, как стать посмешищем. Те, кто бледнел при одном имени его, теперь тыкали в него пальцами, зубоскалили, отпускали грубые шутки. Теперь ни смерть, ни мучения, и даже месть демонов не пугали его. А они, эти проклятые маги, стоят кругом и обсуждают его дальнейшую судьбу. Пусть. Они не смогут уязвить его больше, чем уже это сделали. Кир стоял опустив голову. Щёки его пылали, в сердце горела ненависть. Ничего, это ещё не конец. Придёт время, и он заставит их заплатить.
Вершить чью-то жизнь невесёлое занятие. Владелин знал это лучше прочих. Его бывший друг Викториан был великим властителем. Сейчас этот Кир… Да и многие другие тоже. Они пытались властвовать. Власть доставляла им наслаждение. Но Владелин знал: управлять одним – часто может быть удовольствием, управлять отрядом – иногда бывает приятно, управлять многими – тяжкий труд. Да, чаше всего люди хотят, чтобы кто-то ими руководил, но они ожидают безупречного руководства и не прощают ошибок. Однако рано или поздно ошибается каждый. Владелину было жаль стоящего перед ним человека.
Да, в мире существуют не только властители. Есть и другие, обычные люди. И те, кто как могут, оберегают жизнь обычных людей от зла и несправедливости. И тех и других необходимо по возможности ограждать от козней мстительных властителей, способных без содрогания принести их в жертву своему тщеславию. С Викторианом всё было просто, хотя тогда казалось совершенно иначе. Теперь же… вот настоящая задача. Уничтожить бывшего властителя абсолютно – слишком жестоко. Он, конечно, наделал много бед и человек он не очень хороший, но всё-таки такое наказание чересчур радикально. Ему надо дать возможность поразмыслить. Как знать, может быть когда-нибудь что-нибудь изменится. Для этого он должен проводить досуг в тишине и покое. Но при этом его нельзя запереть в замкнутом пространстве. Безделье и одиночество ничему хорошему не научат. Владелин нахмурился. Есть одна идея, вполне выполнимая. Надо только обсудить её и, если они согласятся, хорошо подготовиться.
Владелин повернулся к друзьям и подробно объяснил пришедшую ему в голову мысль.
– Проблема лишь в том, что нам нужно место, которое никто не потревожит и спустя тысячу лет.
– Есть такое, – ответил дракон, поразмыслив. – Только не в этом мире.
– Значит, ты и доставишь его туда. Я позабочусь об остальном. Ну а вы…
Договорить он не успел. Прочертив в небе яркий след, нечто пролетело по воздуху и упало неподалёку. Оно постепенно приближалось и скоро стало ясно, что это дракон. Через несколько секунд уже можно было разглядеть на его спине двух человек. Один сидел, точнее, стоял на коленях, стараясь не напороться на острые шипы пластин. Другой лежал лицом вверх, безвольно свешиваясь по обе стороны драконьей шеи. Он не падал, вероятно, только потому, что одежда его, порванная во многих местах, зацепилась за те самые шипы, прикосновения которых избегал сидящий. На его счастье на шее они на много короче, чем на спине и не могли нанести серьёзного вреда. Сам дракон, в сравнении с Даргом, был мал и, без сомнения, молод.
Дракон опустился на землю в центре полукруга, образованного молчаливыми зрителями. Человек, тот что стоял на коленях,
