и вдавил между рёбрами. Мёртвая плоть поддавалась с трудом, но в конце концов монета заняла положенное ей место в центре мёртвого сердца. Со вторым артефактом было сложнее. Он должен был находиться внутри мозга. Я не хотел давать явных подсказок, а потому сначала завёл монету в рот, а потом уже через носоглотку продолбился к мозгам.
Удостоверившись, что всё сделано правильно, я закрыл дверь и проследил, как она исчезает, сливаясь со стеной. Пока ещё рунические круги не были активированы, но я мог сделать это в любой момент всего лишь взмахнув волшебной палочкой. Дальше я вернулся в лес, снял заклинание невидимости и проследовал в замок. Призрак Уизли встретил меня сразу на входе. Он находился в состоянии невидимости, но я уже наловчился вычленять характерные признаки магической активности.
Пока я не стал ничего предпринимать, так как хотел без помех завершить приготовления ко второму этапу мести. Для этого на следующем уроке зельеварения совместном с Хаффпафом я опять встал в пару с Лонгботомом. На этот раз зелье варилось почти час, и в конце мне пришлось самому кинуть в котёл подходящий ингредиент, чтобы испоганить результат. Я же не хотел, чтобы кто-то случайно хлебнул этого варева. Снейп только мрачно посмотрел на меня, и даже не стал назначать отработок или написания эссе.
Наконец, в субботу 30 января я привёл свой план в исполнение. Утром, когда семейство Уизли вылезло в гостиную Гриффиндора, я активировал рунические круги в трупе Джорджа Уизли. В этот момент я находился в спальне и наставлял Поттера, так что даже не был свидетелем последовавших за этим событий. А события были весьма интересными. Призрак мёртвого близнеца неожиданно выплыл из стены, затрясся, как в эпилептическом припадке, и заорал потусторонним голосом, наполненным бесконечной мукой. И этот вопль всё не смолкал и не смолкал. Привидение вопило, будто находясь под действием Круциатуса, и не было способно даже сдвинуться с места.
От такого зрелища Фред Уизли поседел ещё больше. Перси попытался как-то успокоить или убрать призрака, но все его усилия пропали зря. Заслышав вой, все ученики факультета высыпали в гостиную и смогли насладиться видом нового призрака Хогвартса. Правда, большинство оценило это зрелище отрицательно, так как его завывания отдавались в черепе, вызывая мигрень.
Спустя пять минут в гостиной появилась Макгонагал. Она в ступоре пялилась на призрака не меньше минуты, а потом побежала за директором. Тот тоже выглядел шокированным первую пару минут. Он пытался заговорить с призраком, заглушить его, переместить и даже сжечь, но не добился ни малейших успехов. Наконец, в гостиной появился сам Кровавый Барон в сопровождении Почти Безголового Ника и Толстого Монаха. Совместными усилиями они смогли схватить призрачную тушку Уизли и уволокли её в подвалы подальше от глаз учеников.
Директор недобро косился на меня, но претензий предъявлять не стал. Фред Уизли попробовал было наехать, но хватило одного лишь моего взгляда, чтобы он заткнулся и свалил подальше. Или, возможно, дело было в том, что в этот момент ко мне подошла Гермиона с Тузиком на руках.
Во время завтрака школа стояла на ушах, обсуждая появление безумного призрака Джорджа Уизли. А во время обеда с рыжими приключилась ещё одна напасть. «Кто-то» подлил всем троим зелье, из-за которого… у них усохли и отвалились половые члены. Рон Уизли так перепугался, что при всём честном народе сорвал с себя штаны и взял в руки… сморщенный стручок, выпавший из трусов. А на месте усохшего органа осталась только дырка мочевого канала и чистая белая кожа.
Этот стриптиз школа обсуждала ещё неделю. Троих Уизли выпустили из лазарета уже на следующий день, но судя по смурному виду всех троих и по их новой привычке ходить в душ отдельно, член им так и не вернули. Впрочем, этот эффект пока что был временным. Через пару месяцев зелье должно было прекратить действие, и тогда орган можно было бы восстановить с помощью магии и довольно дорогих зелий регенерации. Не знаю, откуда рыжие возьмут на это деньги, но если они не поторопятся, то через полгода эффект станет постоянным, и тогда эти трое никогда не смогут иметь детей. Да и женщин иметь тоже не смогут.
Показательная порка Уизли дала нужный эффект. За мной теперь никто не шпионил. Рыжие сторонились меня как чёрт ладана, да и вообще вели себя ниже травы. Но я не расслаблялся и всеми возможными способами контролировал своих подопечных, следя, чтобы их не опоили зельями и не оболванили какими заклинаниями.
Весь следующий месяц я мог наслаждаться спокойной учёбой. Обучение Грейнджер и Поттера основам магии тоже сдвинулось с мёртвой точки. Теперь они могли не просто пережить сдвиг по стихии и остаться в своём уме, но и сами были в состоянии менять своё состояние, настраивая сознание на выбранную стихию и возвращаясь к общечеловеческой норме. Я тоже не сидел без дела, разбираясь с руническими формулами и заучивая уже готовые заклинания. С Макгонагал у нас установились нормальные рабочие отношения. Я медленно, но верно прорабатывал примитивные формулы трансфигурации, двигая вперёд труп магической науки.
Труп, потому что по сути, только мои статьи в журнале «Трансфигурация Сегодня» обладали хоть какой-то научной ценностью. А остальное было больше похоже на пересказ бородатых анекдотов. Любые исследования в мире магии находились в стагнации из-за откровенно невысокого уровня интеллекта исследователей. Иначе я не могу объяснить выбор тем этих с позволения сказать научных работ. Вот кому интересны шестьдесят четыре способа превращения лягушки в шляпу? Можно подумать, что, когда читатель журнала будет тонуть в болоте, он сможет взять ближайшую лягушку и утонуть не просто так, а со шляпой на голове. Честно говоря, прочитав несколько выпусков этого журнала я разочаровался в нём и подумывал о том, чтобы прекратить публикацию своих работ в этом откровенно позорном издании.
Февраль проскочил за один миг, а вот в марте опять начались непонятные шевеления. Для начала «проснулся» Волдеморт в башке у Квиррелла. Он начал активно сканировать меня и Поттера во время уроков ЗОТИ. Сам профессор со времени своего «чудесного воскрешения» чувствовал себя прекрасно, а тут опять начал разлагаться буквально на глазах, скрывая вонь гниющего мяса за вонью чеснока.
Но больше всего меня удивил неожиданный визит непонятного посетителя в кабинет Дамблдора. Произошло это во время урока зельеварения. На занятиях Снейпа мне скучать не
