Стихи о хане Батые
А все-таки ошибся старикан!Не рассчитал всего впервые в жизни.Великий хан, победоносный хан,такой мудрец и — надо же! — ошибся…Текла, ревя и радуясь, орда.Ее от крови било и качало.Разбросанно горели города,и не хватало стрел в тугих колчанах.Белели трупы недругов босых,распахивал огонь любые двери.Дразнил мороз,смешил чужой язык,и сабли от работы не ржавели.И пахло дымом, потом и навозом…
Все, что еще могло гореть, спалив,к тяжелым пропылившимся повозкампришельцы гнали пленников своих.Они добычею в пути менялисьи, сутолоку в лагерь принося,всех ставили к колесам.И смеялись:смерть, если ты был выше колеса!У воина рука не задрожит.Великий хан все обусловил четко…
Везло лишь детям.Оставались житьславянские мальчишки и девчонки.Возвышенные, как на образах,что происходит,понимали слабо.Но ненависть в заплаканных глазахуже тогданедетскаяпылала!..Они молчали. Ветер утихал.Звенел над головами рыжий полдень…А все-таки ошибся мудрый хан!Ошибся хан!И ничего не понял…Они еще построятся в полки!Уже грядет, уже маячит битва!..
Колеса были слишком высоки.А дети подрастают очень быстро.
Игра в «Замри!»
Ю. Овсянникову.
Игра в «Замри!» — веселая игра…Ребята с пропыленного двора,вы помните!С утра и до заризвенело во дворе: «Замри!», «Замри!»Порой из дому выйдешь на беду, —«Замри!!» —и застываешь на бегув нелепой позе посреди двора…
Игра в «Замри!», далекая игра, —зачем ты снова стала мне нужна?Вдали от детства посреди землипопробовала женщинаодна сказать мне позабытое: «Замри!»Она сказала:«Будь неумолим.Замри и ничего не говори…Замри! — она сказала, —Будь моим.Моим, и всё!А для других — замри!Замри для обжигающей зари!Замри для совести!Для смелости замри!Замри, не горячась и не скорбя.Замри!Я буду миром для тебя…»
На нас глядели звездные миры,и ветер трогал жесткую траву…А я не вспомнил правила игры.А я ушел.Не замер.Так живу.
Николай Рыленков
«Не кори, что стою безмолвный…»
Не кори, что стою безмолвный.Жаждой полдня до края полный.Так молчит, благодарный грозам,Луг, притихший перед покосом.
Дышит так, горячо и жадно,Поле, где поспевает жатва.Так в тиши созревает лето.Слушай сердцем молчанье это!
«Скирдами огороженные, рано…»
Скирдами огороженные, раноТемнеют августовские поля.Выходим на пригорок из тумана,Росой по жнивью жесткому пыля.
А за рекой костер мигает поздний,О юности бессонной говоря,И свет электростанции колхознойГорит, как негасимая заря.
«Вокруг тебя леса и воды…»
Вокруг тебя леса и воды,Цветенье трав, налив хлебов,Но выше всех щедрот природыТвоя забота и любовь.
И будешь, сколько б ты ни прожил.Считать счастливым тот из дней,Когда хоть чем-нибудь умножилТы сам красу земли своей!
Юрий Ряшенцев
В зоопарке
Полыхает фазан.И на теле тигрином, упругом,мгла и солнце сошлись.Чье-то перышко вьется над прудом,там, где белые лебеди,из побуждений арийских,бьют двух черных, печальных,двух обреченных, двух австралийских…
Дождь шуршит. Ярко вспыхнул фазан,точно птица-реклама.Подымают орлы воротникна своих на мохнатых регланах.И сова размышляет сквозь сон:мгла пройдет, мгла обманет,уж не прав лижираф,когда к солнышку шею он тянет?Размышляет сова: в чем секрет обаянья фазана…Обаянье фазана! Оно — в одеянье фазана…
Волк ворчит.Где-то, метрах в трехстах,слон тихонько вздыхает.А фазан полыхает… Волк умолк…А фазан полыхает…Как он должен владеть собой — слон —в час слоновьей печали,чтобы вздохов егони враги, ни друзья не слыхали!..
Зебра каждому мило киваеткрасивой головкой,как стиляга, еще не замученная перековкой.Грызуны скалят зубы,скрывая врожденную вредность.И внезапнодоносится крик: в нем и вздорность и ревность.Это в птичьем вольере, соседей пугая,в предвечерней истерике бьется жена попугая…
Веселые мокрые люди
Налево — болото.Направо — болото.Вперед — страшновато.Назад — неохота.
Нас заяц осудит, лиса нас осудит.Но лес им с рожденья знаком.Мы — люди.Всего только мокрые люди,которые ходят гуськом,
которые теплые ценят постели,с домашним проверенным сном,но, видимо, просто еще не успелизабыть обо всем остальном:о птицахне жареных, а поющих,о рыбах,в озерах и реках снующих,о селах,которым не более года,о водах,не знающих водопровода,о встречах нечаянныхв крошечных чайных,куда иногдапопадаешь случайно…Дорожные ветры!Их целая рота,и каждый с собой увлекает кого-то.Одни отправляются к морю,лечиться, и мы обнимаем их.Другие спешат посмотреть заграницу,и мы понимаем их.И третьи помчатся куда-нибудь,будерасщедрится чуткий местком…А мы!Мы — веселые мокрые люди,которые ходят гуськом…
Налево — болото.Направо — болото.Вперед — страшновато.Назад — неохота…
«Ветер сильней становится…»
Ветер сильней становится, — а кажется, будто люди.Воздух свежей становится, — а кажется, будто люди.Звезды ярче становятся, — а кажется, будто люди.А может быть, и не кажется.Ну, что тут странного, милая,что в наших натурах скажетсялюбое движение мира!
Неграмотная звезда моя,ведь это же так понятно:влияниемирозданияна нас, людей, — и обратно:люди теплей становятся, — а кажется, будто ветер,люди чище становятся, — а кажется, будто воздух,люди ближе становятся, — а кажется, будто звезды…
Михаил Светлов
Охотничий домик
Я листаю стихов своих томик,Все привычно, знакомо давно.Юность! Ты как охотничий домик.До сих пор в нем не гаснет окно.Вот в гуманность охоты поверив,Веря в честность и совесть мою,Подошли добродушные звери.Никого я из них не убью!Не существованье, а драка!Друг мой, гончая прожитых лет,Исцарапанная собака,Заходи-ка ты в мой кабинет.Сколько прожил я, жизнь сосчитает.И какая мне помощь нужна?Может, бабочки мне не хватает,Может, мне не хватает слона?Нелегка моей жизни дорога.Сколько я километров прошел!..И зайчишку и носорогаПригласил я на письменный стол.Старость — роскошь, а не отрепье,Старость — юность усталых людей,Поседевшее великолепьеНаших радостей, наших идей.Может, руки мои не напишутОчень нужные людям слова.Все равно, пусть вселенная дышит.Пусть деревья растут и трава.Жизнь моя! Стал солидным я разве?У тебя как мальчишка учусь.Здравствуй, общества разнообразие,Здравствуй, разнообразие чувств!
В больнице
