Он закатывает глаза.
– Ага, поэтому он пьет и курит травку с Джейсом – чтобы пережить ваше расставание?
– Он не виделся с Джейсом. Он был в Англии. – Он ведь на самом деле ездил в Англию?
– Он был у Джейса как раз прошлой ночью, а оттуда поехал ко мне.
– Правда? – Вот уж не думала, что Хардин станет снова общаться с Джейсом.
– Это кажется немного странным: его бесит одна мысль о том, что я нахожусь с тобой рядом, и тем не менее он спокойно встречается с Джейсом, который сыграл не последнюю роль в том, что случилось.
– Да… как и ты, – напоминаю я.
– Но только не в том, чтобы рассказать об этом при всех и опозорить тебя. Все это подстроили Молли и Джейс – Хардин об этом знает, не зря же он избил Джейса. А я все порывался открыть тебе глаза, Тесса, ведь для меня это было нечто больше, чем просто спор. Но не для него. Иначе он не стал бы показывать нам простыни.
Я тут же теряю аппетит и чувствую тошноту.
– Я не хочу больше об этом говорить.
Зед согласно кивает.
– Ты права. Извини, что завел об этом разговор. Я просто хочу, чтобы ты дала мне хотя бы половину тех шансов, что достались ему. На месте Хардина я никогда не стал бы общаться с Джейсом, тем более у него там постоянно куча девушек…
– Я поняла, – обрываю я его.
Не могу больше слушать про Джейса и про его квартиру, полную девушек.
– Давай поговорим о чем-нибудь другом. Прости, если обидел. Прости меня. Просто я не понимаю. Он тебя недостоин, а ты постоянно даешь ему еще один шанс. Но я не стану больше упоминать об этом, если ты сама не захочешь.
Он протягивает руку и кладет ее на мою.
– Ничего, все в порядке, – отвечаю я.
Но я все же не могу поверить, что Хардин виделся с Джейсом после того, как они тогда подрались. Уж к нему он бы точно не пошел.
Зед поднимается и идет к двери.
– Пошли, я кое-что тебе покажу. – Я тоже встаю и иду за ним. – Жди здесь, – говорит он, когда мы доходим до середины комнаты.
Он выключает свет, и я ожидаю, что сейчас окажусь в полной темноте. Но когда я открываю глаза, то вижу зеленый, розовый, оранжевый и красный неоновый свет. Каждый ряд цветов светится определенным оттенком, и некоторые из них кажутся ярче других.
– Ого… – почти шепотом говорю я.
– Классно, да? – спрашивает он.
– Очень здорово. – Я медленно прохожу вдоль цветов, рассматривая их.
– Мы практически сами создали их, а затем изменили семена так, чтобы они светились. – Вдруг он становится позади меня. – Смотри-ка.
Он берет меня за руку и подносит мои пальцы к лепестку цветка, светящегося розовым. Его мерцание не такое яркое, как у остальных растений, но когда я касаюсь цветка, тот будто оживает. Удивленно отдергиваю руку и слышу, как Зед смеется.
– Как такое вообще возможно? – в изумлении спрашиваю я.
Я люблю цветы и в особенности лилии, а эти искусственно созданные бутоны так похожи на них – теперь они будут моими любимыми.
– С помощью науки возможно все, – говорит он.
Его лицо освещает мерцание цветов, и он радостно улыбается.
– Ну ты и ботан! – шучу я, и он смеется.
– Уж кто бы говорил, – подкалывает он меня.
– Действительно. – Я снова касаюсь цветка и смотрю, как он становится ярче. – Просто невероятно.
– Я так и думал, что тебе понравится. Мы хотим попробовать сделать то же самое с деревом, но проблема в том, что цветок вырастить быстрее. Хотя деревья и живут дольше: цветы такие хрупкие. Если за ними не ухаживать, они увядают.
Его голос звучит спокойно, и я не могу не сравнить саму себя с цветком. Кажется, он думает о том же.
– Вот бы деревья были такими же красивыми, как и цветы, – говорю я.
Он подходит ближе и становится прямо передо мной.
– Кто-нибудь мог бы это сделать. Мы превратили самые простые цветы в такие необычные, и с деревом можно сделать то же самое. Если за ним внимательно наблюдать и ухаживать, оно станет светиться, как и эти цветы, только не будет таким хрупким. – Он проводит пальцем по моей щеке, но я молчу. – Ты заслуживаешь такого внимания. Ты заслуживаешь быть с кем-то, кто заставит тебя светиться, а не сгорать изнутри.
И Зед наклоняется, чтобы поцеловать меня.
Я отступаю назад и врезаюсь в горшки с цветами – к счастью, ни один из них не упал.
– Прости, я не могу.
– Что не можешь? – Он слегка повышает голос. – Не можешь дать мне шанс сделать тебя счастливой?
– Нет… я не могу поцеловать тебя, не сейчас. Я не могу метаться между вами двумя. Ночью я спала в твоей кровати, а утром целовалась с Хардином, и вот теперь…
– Ты целовалась с ним? – удивленно спрашивает он.
Хорошо, что единственный источник света в этой комнате – мерцание цветов.
– Ну, это он меня поцеловал, но я не сразу его оттолкнула, – объясняю я. – Я запуталась, и пока я не пойму, что мне делать, я не могу целовать всех подряд. Это неправильно.
Он ничего не отвечает.
– Прости, если я морочу тебе голову или заставляю думать, что…
– Все в порядке, – говорит Зед.
– Нет, не в порядке. Не стоило втягивать тебя, пока я сама во всем не разберусь.
– Ты не виновата. Это я постоянно появляюсь в твоей жизни. Я не против, чтобы ты морочила мне голову, если ты позволишь быть рядом с тобой. Я уверен, что нам было бы хорошо вместе, и я готов ждать сколько угодно, пока ты тоже это поймешь.
Он отходит, чтобы включить свет.
Как он может всегда быть таким понимающим?
– Я не обижусь, если ты возненавидишь меня за это, – говорю я, перекидывая сумку через плечо.
– Этого никогда не случится, – отвечает он, и я улыбаюсь.
– Спасибо, что показал мне это потрясающее зрелище.
– Спасибо, что пришла. Можно, я хотя бы провожу тебя до аудитории? – с улыбкой предлагает он.
Переодевшись и схватив коврик, захожу в зал для йоги всего за пять минут до начала. Мое место в самом первому ряду заняла какая-то высокая брюнетка, и мне приходится расположиться в самом конце, у двери. Я хотела сказать Зеду, что никогда не смогу почувствовать к нему то же, что я чувствую к Хардину, что мне не следовало целовать его и что мы можем быть только друзьями, но он все время говорил такие правильные вещи. К тому же меня застала врасплох новость, что прошлой ночью Хардин был у Джейса.
Я всегда думаю, что знаю, как поступить, пока Зед не начинает что-то говорить мне. Его приятный голос и добрый взгляд очаровывают меня, путают.
Когда я вернусь домой к Лэндону, надо позвонить Хардину, рассказать о моем ланче с Зедом и спросить, почему он был у Джейса… Интересно, что Хардин делает сейчас? Он хоть пошел сегодня на занятия?
Занятие йогой оказалось именно тем, что помогает проветрить голову. После него чувствую себя намного лучше. Я складываю коврик, выхожу из зала и иду к раздевалке, как вдруг слышу:
