Глупо спрашивать себя, что было бы, если… но она каждый раз задавала этот вопрос. Что, если бы она не поехала в кузню? Что, если бы не встретила то… существо?
Вампирша до сих пор помнила отчаянье, в котором буквально утонула. Тогда она поняла — не будет сказки. Для неё не будет. Не будет счастья, не будет множества детей, ползающих по просторным замковым коридорам, не будет семейных размолвок и пылких примирений, не будет ни-че-го. Потому что её сказка закончилась, едва успев начаться.
Когда тиски древнего опасного колдовства сковали её разум, Вилора осознала — её ждет только отчаяние. О… она и сейчас помнила, как Он колдовал. Помнила взгляд. Цвет Его глаз. Жестокую улыбку. Удовольствие на хищном лице. Она была беззащитна. Он смеялся. Нет, конечно, это был не Тирэн. Этот появился позже. В тот же самый день, но позже.
Боевое безумие… Тирэн лишь спустя время открыл ей название этого заклинания и объяснил, что снять его может лишь тот, кто наложил. Он все объяснил. Кроме одного: почему. От рассказа демона не стало легче. Что такое рассказ? Он не идет ни в какое сравнение с тем, что ты чувствуешь в действительности. Никакими словами не опишешь, как заходилась от отчаяния и бешенства скованная темной магией человеческая часть её естества. Не опишешь, что это такое, когда звериное в тебе берет верх и получает власть над происходящим.
Как кричала Вилора-женщина, когда ворота опустились, и, улыбнувшись клыкастой улыбкой, Вилора-вампир вошла в замок. Никто не слышал криков человека, запертого рабом в собственном теле. Челядь кланялась госпоже и про себя недоумевала, почему она приняла истинный облик?
В тот вечер в гербовом зале собралась вся огромная семья, представители обоих кланов. Они беседовали, сдержанно смеялись и, конечно, чувствовали себя несколько напряженно. Как она любила их! Всех. Родителей, сестер, мужа. Как хотела предупредить об опасности! Их смех и негромкие голоса до сих пор звучали у неё в ушах.
Несчастная вцепилась зубами в простыню, заглушая крик. Ее не успели остановить. Потому что не успели распознать опасность. Хищник в ней все рассчитал правильно — подобраться к мужу (короткий взмах меча и все кончено), метнуть нож в отца (он начал вставать со своего места, но рухнул обратно с помертвевшим лицом), сразить свекра (старый вампир успел вскочить, но не успел защититься). Сложнее всего оказалось добить бросившихся врассыпную женщин. С ними пришлось повозиться, но Вилорой владела магия и никто не мог превзойти её в битве. И только когда все закончилось, а гербовый зал — место страшного побоища, был до потолка забрызган кровью, только после этого некогда счастливая жена и мать направилась к сидевшему на высоком стульчике маленькому сыну.
Еле слышный стон все же вырвался из ее груди, когда она вспомнила страх в широко распахнутых детских глазах. Откуда-то послышался тихий хлопок крыльев, и вампиршу отшвырнуло прочь. Тирэн. Она не ведала, почему он прилетел тогда. Она даже не сразу его узнала, а когда узнала, не сразу вспомнила. По большому счету ей было плевать на демона. Единственное, что ее волновало — этот чужак помеха на пути к ее цели. К последнему, кто еще жив.
— Я сильнее. Стой.
Его слова проникали в сознание, но не отрезвляли.
И Вилора раз за разом яростно кидалась на чужака, все больше его раззадоривая. Противник забавлялся, видя жалкие попытки одолеть его… а потом эти попытки стали его распалять.
Ногти разорвали простыню и впились в матрас.
Тиру было плевать, что всего в нескольких шагах лежал ее мертвый муж, а за спиной захлебывался плачем сын. Она заинтересовала его, и ей вполне доходчиво было объяснено, чем это чревато… Но ни его яростный натиск, ни унижение, ни боль, которые он причинил своей жертве не шли ни в какое сравнение с чувством благодарности, которое испытывал запертый глубоко в теле вампира человек. Он спас ее сына. Спас от нее самой.
Разорванное тело не слушалось. Безумие отступало медленно и неохотно. Она пыталась подняться на ноги, скользя в луже собственной крови, а демон тем временем забрал Криса и унес туда, где родная мать не могла его достать. Он называл это место Кастэлом… И что это было такое оставалось только гадать.
Несколько часов Ви лежала на полу, дожидаясь, пока затянутся нанесенные Загонщиком раны, и все это время неотрывно смотрела на застывшее мертвое лицо Хильта. Когда-то вампирша сказала Кэсс, что мужа убили у нее на глазах, только не уточнила, что убивала она сама и умолчала о том, что каждый раз, видя сына, не может сдержать боевое безумие, и кидается на него с одним желанием — убить.
— Почему? — хриплым голосом спрашивала девушка пустоту. Спрашивала и не слышала ответа.
А потом Тирэн вернулся. Придвинул себе забрызганный кровью стул, сел и принялся наблюдать за ее попытками подняться. Она оскальзывалась на мокром полу, падала, снова поднималась и, наконец, встала в полный рост. Сделала несколько неуверенных шагов к проклятому чужаку. О, как она ударила его! Но в прозрачных насмешливых глазах вновь вспыхнул азарт. Игра… Тогда она еще не знала, что это такое. Демон позволил ей выйти из себя, два раза кинуться на него. А на третий кинулся сам. Эта игра возобновлялась каждый раз, когда он возвращался в ее мир и показывал сына. Каждый раз. Загонщик. Да, он загонял ее два года, подталкивал в нужном направлении, давил на самые больные точки и гнал, гнал, гнал туда, куда считал нужным. Ви знала, у всех претенденток был свой толчок, и знала, что толкал ВСЕГДА Тир, только с другими девушками он действовал, как правило, незаметно. Лишь она стала исключением. Мало того, мучитель предложил ей сделку, на которую несчастная мать согласилась ради сына. Ради мести. Чтобы каждый раз, когда она закрывала глаза, мертвое лицо мужа не стояло перед ее взором.
Медленно пальцы, сжимавшие простыню, разжались. Вампирша уснула тяжелым сном, полным горьких образов. Сном, который не нес облегчения.
* * *
— Просыпайся.
Кэсс зарылась лицом в подушку и натянула одеяло до самых ушей. Если делать вид, что она не слышит, возможно, он отстанет. Ей и нужно-то всего лишь минуту… Как бы не так! Расслабленную соню вздернули с кровати, и поставили на ноги.
— Пора есть.
У-у-ух, как же она злилась на него в такие минуты! Ну что за демон такой! Он рассмеялся, как обычно прочитав ее мысли.
— Откроешь глаза — сделаю подарок, — вкрадчиво пообещал Амон.
И ниида — доверчивая простушка — мгновенно сделала, как он просил. Квардинг усмехнулся. Ребенок. Наивная девчонка. Кассандра оглядела все вокруг и разочарованно нахмурилась.
— Ты обманул?
— Я разбаловал тебя за эти три дня.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
