*
Эдмунд был предоставлен сам себе. Он был практически один во всем поместье. Омега пару часов провел в библиотеке, сидя перед камином и читая книгу. Рядом с ним спал Ма Шер. Иногда огромные черные лапы смешно дрыгались во сне, будто зверь бежал. Изредка он поднимал голову, смотрел на хозяина расфокусированным взглядом, а потом снова засыпал.
Огонь танцевал на сухих поленьях, притягивал взгляд и завораживал, уговаривая смотреть вечно. От пламени исходил приятный сухой жар, от которого загоралось лицо. А за окном повалил снег, подвывал ветер. Эдмунду было тепло и уютно. Иногда глаза слипались, книга медленно выскальзывала из рук, и омега погружался в сладкую дрему. Было спокойно-спокойно, а от того радостно на душе.
Проснулся Эдмунд от угрожающего рычания Ма Шера. Зверь смотрел на дверь, откуда доносились приглушенные крики, и утробно ворчал. Его вообще чертовски раздражали громкие звуки. Эдмунд рассеянно погладил животное по голове и вышел из библиотеки. Он пошел на звук незнакомых голосов, видимо спорили где-то внизу.
- Что же делать? Он же опозорит ее, девку опозорит! Он ее прямо с площади… все видели…
Посреди холла стояли две девушки. Обе в коричневых платьях и шерстяных накидках, на которые комьями налип снег. Волосы свисали мокрыми плетьми на плечи и спину. Напротив них стоял слуга-бета. Губы его были неодобрительно поджаты, глаза поблескивали от зажженных свечей.
- Что вы сюда пришли? - сухо осведомился он. - Пойти что ль больше некуда? Идите, откуда пожаловали. Нечего тут околачиваться.
- Так как же? Да не к кому больше, - тоненько проговорила та девушка, что стояла справа. - Они же боятся все. А он… он ее… Говорит, раз не хочешь по-хорошему, то будешь так. И увез…
- И чья это проблема? Моя? Или господ наших? У вас в деревне свои мужики есть. Вот пускай они и разбираются. Идите отсюда, пока взашей не выгнал.
- Но…
- Позвольте, что тут происходит? - холодно осведомился Эдмунд, спускаясь с лестницы в сопровождении Ма Шера. Гостьи синхронно попятились назад, не спуская глаз с хищника. Тот оскалился. - Нельзя, Ма Шер, - осадил его Эдмунд, и зверь сразу успокоился. - В чем дело? - обратился парень к бете.
- Ничего, мой господин. Эти девушки уже уходят, - слегка склонил голову слуга. - Прошу прощения за шум, больше этого не повторится.
- Зачем вы пришли? - спросил Эдмунд.
- Мы? - несколько оторопело переспросила та девушка, что слева. - Мы… мы помощи пришли просить, Ваше Благородие. То есть Ваша Светлость. То есть… - она совсем стушевалась и опустила взгляд.
- Мой господин, - сквозь зубы прошипел бета.
- Мой господин, мы пришли к вам… то есть к вашему супругу, чтобы просить…
- Что просить? - спокойно спросил Эдмунд. Ему вдруг стало очень жаль этих девушек. На улице холодно, снежно, а они пришли к нему пешком из деревни. Ради ерунды так нормальные люди не делают. - Говорите, я слушаю. Мерсье, - обратился омега к бете, - вы не могли бы распорядиться насчет чего-нибудь согревающего. Буду очень вам признателен.
- Разумеется, мой господин.
Бета ушел, а Эдмунд пригласил девушек в малую гостиную. Она была совсем маленькой, но довольно опрятной. Гостьи окончательно стушевались, боялись даже дышать. Айви принесла травяной отвар и вышла.
- Мой господин… мы пришли к вам не по глупости, вы не подумайте, - начала одна из девушек. - Мы никогда не пришли бы к вам, если бы не… Меня Мари зовут, ее - она кивнула на подругу, - Кристина. А подругу нашу - Дейзи. Дейзи… она красивая очень, за ней пол деревни ходит. Знаете, на весеннем празднике с ней танцевало двадцать человек, даже драка была и…
- Не о том рассказываешь, - прервала ее Кристина. - Дейзи красивая, это правда. Но дело не в этом, хотя и в этом тоже. Сын наместника короля… Он на нее глаз положил, - тут девушка замолчала, следя за реакцией Эдмунда. Но видя, что он не проявляет никаких признаков раздражения, продолжила, - А она ни в какую. Все же знают, что Пирсон настоящая скотина. Ой… то есть..
- Продолжайте, - кивнул омега.
- Ну так вот, - подхватила Мари. - А он не привык к отказам. И утром сегодня… на рыночной площади… Он верхом был. А Дейзи… Он сказал, что раз не хочет она к нему сама пойти, то он ее больше спрашивать не станет. Перевалил через седло и…
- И увез, - закончила Кристина.
- Как это увез? Куда? - поднял брови Эдмунд.
- К себе в дом. У него там вечно пирушки с утра до ночи. И девки всякие. Мы боимся, что он с Дейзи… он…
- Минуточку, - спокойно прервал зарождающуюся истерику Эдмунд. - Альфа увез девушку против ее воли посреди рынка и никто не вмешался?
- Так все боятся. Работы же нет, -тихо пояснила Мари. - Раньше мы работали на здешних полях. Они все прежним хозяевам дома принадлежали. А потом они уехали, дом с молотка ушел и земля вместе с ним. Ее купил Арагон, наместник Его Величества. И теперь у него все работают. А он платит мало, судит нечестно.
- А в городе тоже работы нет, - поддакнула Кристина, - все ремесленники ему платят, чтоб не мешал. Никому деревенские там не нужны. Вот все и боятся… Какого это, зимой без работы? С голоду можно опухнуть. И летом негде работать будет.
- И поэтому вы набрались смелости прийти ко мне, - кивнул Эдмунд. - Потому то я не завишу от капризов Арагона и его сына. Понятно. Пирсон Дейзи забрал утром?
- Да.
Значит с девушкой могло произойти уже все, что угодно. Изнасилуй ее этот негодяй, ему ничего не будет. Потому что его отец - наместник короля. А против него не пойти, делу не дадут дойти до суда.
Эдмунд почувствовал, как в нем начинает вскипать давно позабытая ярость. То же самое он чувствовал, когда Трэвис позволял себе играючи напугать незнакомого симпатичного омегу или женщину, отпустить на их счет похабную шуточку, от которой краской заливало шею и лицо. Эдмунд тогда просто боялся думать, что его брат мог сделать еще. Он и сейчас предпочитал об этом не задумываться. Потому что тогда даже Эдмунда начинало трясти от ярости и отвращения к близнецу.
Но тогда он ничего не мог сделать, только наблюдать. Но сейчас… У него есть сила и определенная власть. Так почему бы не решить проблему раз и навсегда?
- Где живет этот Пирсон? - осведомился Эдмунд, вставая с кресла.
*
Эдмунд собирался около часа. Он взял с собой оружие на всякий случай, хотя понимал, что в случае потасовки оно вряд ли его спасет, если будет несколько противников. Но все же с кинжалами за поясом стало немного спокойнее. Так же парень решил взять с собой Ма Шера. Больше никого.
Нельзя, чтоб альфа заподозрил, зачем к нему пришел Эдмунд. Пускай в начале это будет скорее как дружеский визит. Не за чем сразу давать мужчине понять, кто и зачем попросил омегу прийти.
Дом Арагона и его сына находился на отшибе, в трех часах езды от поместья Чезаре. Особняк наместника был не таким большим, но роскошным. Издалека он сиял всеми огнями, будто светился в темноте бури. Эдмунд спешился, его никто не встретил. Омега привязал Боанергоса к крыльцу особняка, постучал латунной ручкой со львиной головой об дубовую дверь.
Открыли ему далеко не сразу, пришлось стучать два раза. На пороге появился слуга, явно недовольный, что пришлось открывать дверь.
- Чего вам надо? - нелюбезно спросил он, не пропуская внутрь Эдмунда.
- Хочу засвидетельствовать свое почтение Арагону и его сыну, - спокойно ответил омега.
- А сами вы кто будете?
- Эдмунд Даунхерст. Большой друг Ричарда Валентайна, кузена Его Величества.
- Проходите, мой господин. Простите мне мою нерасторопность, - сразу сменил тон слуга, пропуская Эдмунда внутрь. Тут из темноты в холл шагнул Ма Шер, и мужчина отшатнулся, - Он… с вами, мой господин?
- Да. Он никого не тронет, не беспокойтесь.
- Разумеется. Боюсь, что господина Арагона нет сейчас дома… Возможно, вы пожелаете поговорить с его сыном?
- С превеликим удовольствием, - кивнул Эдмунд, внутренне обрадовавшись, что не придется объясняться с наместником.
