– Не вижу! – прокричал он, заметив суетящихся на столбе Романа и Лавру, и стал раскачивать каменное сооружение.
Коливин не удержался и повис на краешке обрыва. Кривовцов был бы рад помочь ему, да сам находился в беспомощном состоянии после поединка с русалкой. Лавра между тем подобрала каменный обломок и запустила его в голову Ламбранта. Тот на мгновенье сорвался с колонны, но взмахнул крыльями и поднялся к зелёному потолку.
– Моя жертва, – проревел он, нависая над русалкой. – Пришёл твой черёд отправиться в преисподнюю!
Павлов ударил крыльями по столбу, рассекая его на две части. Трещина между колонной и стеной достигла своего апогея, отчего каменная постройка повалилась вбок. Лавра попыталась включить «ДМ-14», но аппарат уже не реагировал на приказы хозяйки. Он издал протяжный умирающий звук и тут же заглох.
– Чёрт, – только и успела прошептать Гербер, а потом вместе с колонной полетела на дно пещеры.
Куда делись Коливин и Кривовцов, её уже не заботило. После стольких разрушений водоём в главном зале заполнился обломками ярусов и столбов, так что падать в него было небезопасно. Лавра изогнулась в полёте, дабы не задеть головой неровную стену, и устремилась в свободное пространство перед грудой зелёных камней. Она не прогадала. В этом месте озеро ещё было глубоким, что и спасло ей жизнь. Однако расслабляться пока рано.
После обрушения люциферит не успокоился. Он опустился к основаниям разрушенных колонн, выискивая в грязной воде окаянную русалку. Лавра видела его чудовищный силуэт, спрятавшись за большим фрагментом столба. Путь к каналу, через который она попала в пещеру Дорта, был сейчас завален камнями. Тут и там торчали обломки стен. Кое-где плавали мёртвые тела бесов и чертей. Кто-то ещё был жив, пытаясь выбраться на берег. Однако Ламбрант быстро находил уцелевших и доводил дело до конца, окрашивая воду очередной порцией крови. Деваться было некуда, он контролировал весь полуразрушенный зал.
Находиться в пещерном озере теперь было неприятно. Пыль и донный мусор заметно ухудшили видимость. Более того, дышать в такой воде стало затруднительно. Лавра вновь схватилась за грудь, в которой не переставало дёргаться сердце. Она понимала, что так её организм реагирует на присутствие люциферита. Иван Пантелеевич перед выстрелом тоже чувствовал себя плохо. Скорее всего, подобные симптомы возникали у любого, кто не являлся бесом или чёртом. Ламбрант оказывал самое дурное влияние, а теперь, преобразившись в крылатого монстра с пронзёнными глазами, он был просто неуправляем.
Пытаться убить его бесполезно. Если уж длинные шумерские экспонаты не смогли лишить его жизни, то Лавра тем более не добьется в этом никаких успехов. Вместе с тем дожидаться, пока Павлов сам разыщет её и уничтожит, она тоже не собиралась. Надо было выбираться из пещеры и бежать куда подальше от озлобленного люциферита. А для этого, как ни крути, предстояло столкнуться с ним.
Обогнув падающие камни, Лавра поплыла к остальным колоннам, у которых распрощалась с катранами. Там было намного темнее и свободнее. Ламбрант, заметив движение под водой, ринулся следом за русалкой и попытался подцепить её когтистой лапой. Нимфа опустилась поглубже к основаниям столбов и замерла, разглядывая Павлова. Тот покружил над поверхностью и приземлился на вершину ближайшей колонны. Его хриплый голос разнёсся по всей пещере. Он был взбешён прыткостью Гербер и судорожно замахал могучими крыльями. Каким образом он мог видеть её, Лавра смела лишь предполагать. Возможно, «Глаза Дьявола» усилили его чувства. Если так, то рассчитывать на слепоту демона не стоило. Правда, в голову Лавры закралась одна дельная мысль. А что, если выдернуть шумерские звёзды из повреждённых глаз Ламбранта? Сможет ли он тогда так же безропотно нападать на всё и вся?
Идея была просто замечательная. Сложность же вызывало её воплощение. Как добраться до лица люциферита да так, чтобы вырвать «Глаза Дьявола»? Он уж точно не подпустит к себе никого и на пушечный выстрел.
Внезапно что-то огромное погрузилось в воду, угрожая задавить Лавру. Она едва успела увернуться от столкновения, как следом на голову повалился второй снаряд. Огромные острые камни летели в неё один за другим. Русалка переплывала от столба к столбу, чувствуя, что и Ламбрант прыгает по ним следом за ней.
– Умри! – верещал он на всю пещеру, круша оставшиеся колонны.
Прижавшись к одной из них, Лавра опять попыталась включить «ДМ-14». Но аппарат лишь издал рокочущий звук и не желал двигаться. Ламбрант скинул в озеро очередной здоровенный камень, из-за чего Лавре пришлось вновь плыть дальше. До угла пещеры оставались три колонны. Где она будет прятаться потом, Гербер даже боялась представить. Выхода отсюда не было. Вокруг торчали груды булыжников и окровавленные тела. Если не дать демону отпор, ей грозила такая же незавидная участь. Вдобавок ко всему продолжало беспокоить сердце. Уж лучше бы оно разорвалось внутри неё. Это куда проще, чем перспектива быть разодранной на мелкие кусочки лапами Павлова.
Улучив момент, русалка всплыла на поверхность и забросила в люциферита обломок зрительского балкона. Ламбрант прикрылся правым крылом, что позволило Лавре отплыть к следующей колонне. Монстр в ту же секунду перелетел следом за ней и кинул очередной большой камень. Волны грязной воды омыли ближайшие стены.
Прячась от нового снаряда, нимфа вспомнила про растущие на потолке каменные сосульки. Вот бы пронзить ими тело кровожадного монстра! Вернувшись на дно, она стянула с плеч «ДМ-14» и принялась тормошить его. Недовольный рокот вылетал из трёх его трубок и быстро исчезал. Лавра попеременно нажимала на треснувшие пульты, попутно посматривая на Ламбранта, которые метался над озером. С каждым разом аппарат хрипел всё больше, что давало надежду на его работу.
– Ну же, давай! – прорычала русалка, плывя к последней колонне. Дальше скрываться было просто некуда.
И в этот самый момент рука с чёрными когтями подцепила Лавру за волосы и вытянула из воды. Люциферит жадно раскрыл клыкастый рот, рассчитывая откусить от неё хвост. Лавра встретилась взглядом с его окровавленными металлическими глазами и отчаянно схватилась за бронзовую звёздочку. Правый бок что-то сильно обожгло. Рука дрогнула, но не отпустила шумерский артефакт, крепко сидящий в глазнице Ламбранта. Одно мгновенье, и «Глаз Дьявола» вырвался из развороченного века Павлова.
Демон истошно закричал, отбросив Лавру обратно в воду. Спина ударилась об острый камень, лежащий почти у самой поверхности. Позвонки громко хрустнули, погружая русалку в невыносимую боль. Кровь потоком хлынула с лица Ламбранта. Лавра только успела заметить, насколько оно обезображено после казни, и лихорадочно запустила в чудовище неработающий «ДМ-14». Аппарат со звоном ударился в грудь люциферита и вдруг издал протяжный гул. Огонь вырвался из его погнутых трубок, и Ламбрант понёсся куда-то вверх.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
