не видя ничего. Он лишь пил, наполнялся силой и жизнью, и даже когда его инстинкт самосохранения перестал кричать, что нужно немедленно поесть, даже тогда он не пришел в себя.
— Отойди от неё!
После этого крика вампир вдруг отпустил Еву. Но это было грубо, её просто откинули, но позже стало понятно, почему: ледяной меч торчал в его спине, а Йеон поднялся, роняя драгоценные капли крови, что он не успел сглотнуть. Обернулся, и увидел дышащего ненавистью Винсента, у которого будто волосы встали дыбом от готовности к броску. В руках было лишь самодельное копьё, но он готов был биться и им.
Однако битвы не произошло. Прекратив неустанно пить, Йеон будто пришел в себя. Сначала прекратились хрипы зверя, который будто бы пытался рычать. После он выпрямился. А когда он с болью взглянул на Еву, обернулся уже на неё своими обычными глазами. Он всё понимал. Он всё видел, что натворил и, судя по его смирению, будто бы был готов к этому.
С его губ ничего не сорвалось, а он просто превратился в дым.
— Стоять! — рявкнул Винсент, подбегая к улетающему дыму. — Я этого так не оставлю!
Но он его не догнал.
— Йеон, — одними губами позвала Ева, вытягивая руку в сторону черного дыма. Все должно было быть не так. Почему он это сделал? Просто напал на нее, ничего не сказал и сбежал. Разве это был профессор Ридмус, которого она знала? Которого любила?
Схватившись вытянутой рукой за шею, из маленьких ранок на которой все ещё немного шла кровь, Ева попыталась встать, сделала шаг, но не удержалась на ногах, падая в руки взбешенного Винса. Хуже придумать было нельзя. Теперь Йеону не скрыть этого. И если Ева хотела бы сначала поговорить с ним, то Винсент ей этого не позволит. Он и так был настроен против него, а после увиденного никакие уговоры не смогут заставить подождать. Его родители здесь, родители Евы, он им расскажет, а она просто не сможет ему возразить, не сможет снова предать. Закусив губу, она спрятала навернувшиеся вдруг слезы. Но как бы обидно ей ни было, как бы ни хотелось защитить Йеона, она понимала, что, не появись сейчас Винс, ее бы не стало. Слова, магия — ничего не сработало против голодного вампира. Она и правда могла умереть.
— Спасибо, — тихо шепнула она, обнимая Винсента за шею. Пережитый страх, осознание близкой смерти — все это вылилось горячими слезами из глаз. — Боги, спасибо, что ты пришел, нашел… Я думала… Думала…
Ее голос потонул во всхлипах, которые тоже стали совсем слабыми. Сил держаться почти не осталось, а разум отказывался принимать, что некогда… все ещё любимый профессор Ридмус хотел ее убить. Сознание, защищая себя, просто оставляло ее.
— Всё хорошо, дорогая. — Винсент обнял Еву, его голос тоже дрожал, но лишь из-за пережитого за нее страха. — Постарайся выпустить знак, слылишь? Это важно, не вздумай сейчас строить из себя спасителя мира!
И пусть дрожал, но он не превращался в маленького мальчика — сначало дела, потом чувства. И Еве нужно было срочно восполнить кровь — она была холодна, она побледнела, да еще и эти игры сказались. Не говоря уже о том, что это был повод наконец-то раскрыть всем правду о вампире.
Да и… Мага с его одногрупницей так никто и не забрал. У Евы не было выбора, как выпустить стрелу, обозначающую о том, что она не прошла игру. Значило ли это поражение для всей команды или нет — Винс не знал, но ему и плевать на это было. Он взял Еву на руки и опустился с ней на землю, гладя по голове одной рукой и второй пытаясь заткнуть рану на шее.
— Ты молодец, — шептал он. — Потерпи еще немного, сейчас придет помощь.
Ему-то и в голову не могло прийти, что Ева сейчас могла как-то переживать за Ридмуса. И… лучше бы он сейчас об этом и не знал.
Несколько искр сорвалось с пальцев Евы, и они устремились в небо, указывая, где требуется помощь. Она пребывала в таком шоке, что без пререканий выполняла все, что просил Винсент. Да и понимала, что не в состоянии продолжать и не хочет. Могла бы предложить Винсу продолжить испытание без нее, но со всей оставшейся силой в руках вцепилась в его костюм. Оставаться одной сейчас было слишком страшно, а тихий голос Винсента успокаивал, поэтому она решила побыть эгоисткой и не отпускать его. А вдруг Йеон вернётся?
Ее всю трясло от страха и холода, она жалась к Винсу, стараясь оставаться в сознании. Нельзя было уходить, пока не придет помощь. И почему ее нет так долго?!
— Это же участок Йеона. Где он? — послышался голос Симонса. Профессор подбежал к своему ученику и с ужасом увидел кровь и Еву. — Боги, что здесь произошло? Давай ее сюда. Сам не пострадал?
Из специального предмета он выпустил ещё две искры, чтобы сюда пришел кто-нибудь ещё на подмогу к другой группе. Поначалу он даже решил, что две команды подрались, но вторая пара пострадавших отключилась из-за его игл. Подняв Еву на руки, он побежал на выход из лабиринта, где уже дежурили целители на такой случай. А Винсу приказал следовать за ним. Они должны были все ему рассказать, потому что происходило что-то странное на этом испытании.
31. Настоящие испытания никогда не заканчиваются
Игры были немедленно прекращены, и не только из-за того, что на девушку напал вампир — по ране Магисса всё поняла. Но дело было и в пропаже — четверо жрецов и три фехтовальщика просто пропали! Не было ни следов на снегу, ни запаха, ничего! И когда Магиссе помимо Евы доставили ту самую пару, пришедший в себя маг рассказал, что их друг пропал еще в пещере. Кто-то пропал в лесу, а кто-то в самом лабиринте, учитывая, что за детьми следили, не позволяя попасть в опасную для жизни среду, Магисса дальше тянуть не стала — все ученики без объяснений были переправлены в замок в холл, где и должны были дожидаться решения директора. А она не могла ничего решить! Симонса не было! Если еще и этот здоровяк пропал, то Магисса просто не знала, что и думать. Вторая не менее важная проблема — вампир. Винсент сразу указал на виновника — профессор Ридмус. Вот только так просто Магисса поверить в эти слова не могла, и вновь, пока эти двое были в лазарете, она ходила
