Малый хирд гномов, тот, что наступал по правую руку от большого, с разгону, словно льдина, влекомая паводком, зацепил не успевшую закончить манёвр манипулу. Длинные копья ударили все разом; в ответ полетели пилумы, но поздно, строй манипулы сломался, бывалые воины успели сбить «черепаху», прикрывая спины товарищей, однако едва ли не половина отряда полегла в считанные мгновения. Копья гномов, длинные, отлично заточенные, с гладкими тонкими наконечниками, чтобы ни в коем случае не застряли в телах, били наверняка.
Однако большой хирд не увлекся погоней за расступающимися легионерами. Воинственные кличи гномов внезапно сменились резкой тишиной; Алмазный Меч засверкал яростным и нестерпимым для глаз светом; воители Подгорного Племени, дружно забыв о жалких хумансах, так и так обречённых, повернули навстречу старинному врагу.
– Похоже, они таки решили сперва разобраться между собой, – повернулся к Фессу Император.
Часть манипул левого крыла откатилась к самому лесу – малый хирд последовал за большим, не обращая внимания на прячущихся хумансов. Другой отряд, тот, что сцепился было с легионерами, тоже двинулся следом за своими. И вот уже легионы начинают смыкать строй, затягивая прореху; кое-кто из самых бывалых или самых азартных уже принялся биться об заклад – сколько времени потребуется гномам, чтобы втоптать этих безумцев Дану в пыль.
Тридцать тысяч в рядах имперской армии. Четыре с небольшим тысячи гномов. Полторы сотни Дану. Ясно как день, что магия Алмазного и Деревянного Мечей взаимно ослабит, а то и вовсе истребит друг друга, после чего легионерам останется только подобрать трофеи.
Простое дело. Эх, кабы вот так да всегда воевать!
Легионы стояли, не трогаясь с места. Кое-кто из ветеранов даже уселся на брошенные щиты, словно на представлении бродячего цирка. Зрелище и впрямь обещало быть интересным.
Однако, когда все три отряда гномов нависли, точно медведи над сжавшимся в комок перед последним прыжком хорьком – полутора сотнями Дану, смертельный разгон хирда неожиданно приостановился. Все три армии застыли.
Легионеры видели, как из рядов Дану вышел воин со странным тёмно-коричневым клинком в руках. Высоко поднял оружие и что-то крикнул – снег и расстояние поглотили голос, – указывая при этом на бездействующее имперское войско.
Немного погодя шест с Алмазным Мечом опустился, и навстречу Дану вышел невысокий коренастый гном. В опущенной руке ярко блистал Драгнир.
Несколько мгновений Дану и гном стояли друг против друга. Говорили ли они, нет – легионеры не знали. Однако в некий миг Деревянный и Алмазный Мечи внезапно скрестились, столкнулись, разлетелись – и опустились. Предводители молча отсалютовали друг другу. А отряд Дану и все три хирда гномов как ни в чём не бывало дружно повернулись лицом к строю имперцев.
Фесс видел, как сжались пальцы Императора на оголовке эфеса. Случилось худшее. Враги договорились.
– Ты можешь что-нибудь сделать, Фесс? – хладнокровно спросил Император.
Воин отрицательно покачал головой. Искажающий Камень, случайная добыча, был сейчас подобен песчинке перед исполинской скалой. Древняя сила Мечей, так и не превзойдённая искусством Радуги, не оставляла выбора.
– Ну что ж… – Император задумчиво взглянул на белую перчатку. – До тех пор, пока я воюю против Семицветья, она меня подвести не должна. Клавдий! Командуй общую атаку. Я сам возглавлю её.
Длинный изгиб имперского строя петлей охватывал малочисленных врагов. Уже летели стрелы – арбалетчики Суллы с усердием отрабатывали двойное жалованье. Манипулы окружали гномов со всех сторон, не обращая внимания на немногочисленных стрелков, бивших из глубины хирда. А уж смять Дану казалось вообще секундным делом.
Вольные взяли Императора в кольцо. Им предстоит проложить дорогу сквозь смертное поле – пока подаренная магия не довершит дело.
Левая кисть тяжелела, наливаясь кровью, точно понимая, что сейчас произойдёт.
Армии сшиблись. Панцирники Тарвуса первыми вступили в бой, крестя перед собой тяжёлыми мечами. И первыми, умывшись кровью, беспорядочно отхлынули назад, врезавшись в строй следовавшей за ними манипулы. Тонкие мечи Дану разили наповал, казалось, для них не существует преград, им нипочём щиты, панцири и шлемы. Тяжёлые клинки людей ломались точно соломенные, сталкиваясь с высеребренными лезвиями мечей Дану. За считанные секунды полегло не меньше сотни солдат; остальные в панике повернули назад, продолжая гибнуть от летящих в спину стрел. Подражая гномам, Дану бились квадратной баталией, однако лишённый защиты длинных копий строй, который панцирная пехота должна была раздавить первым же натиском, не только выстоял, но и обратил врага в бегство.
Легионеры не рвались в рукопашную. Летели недлинные, специально утяжелённые пилумы, но враг словно бы не ощущал их тяжести в собственных щитах. Опытные мастера боя промахивались с десяти шагов и, не успев броситься «в мечи», гибли от неправдоподобно метких стрел Дану, вонзавшихся в лицо или на миг открывшуюся шею.
– Повелитель! – выкрикнул Фесс, указывая вперёд. Там, опрокинутые большим хирдом, бежали растрёпанные когорты Восьмого легиона. Шестой пока держался, но и он, теснимый двумя малыми баталиями гномов, пятился, оставляя на снегу целые груды солдатских тел.
Император ничего не ответил, что есть силы хлестнув коня.
Они вынеслись на открытое пространство. Имперцы повсюду отхлынули от внезапно обретших непобедимость врагов. Теперь стрелы летели уже в Императора – но тут магия Иммельсторна отчего-то сплоховала, Фесс играючи жёг чёрные древки в полёте.
Император осадил коня. Поднял левую руку, поддерживая её правой – точно неживое, отдельное от его тела оружие.
О, они были щедры, неведомые дарители. Их подарок был лишен обычного свойства подобных магических вещей – владелец не развоплощался, не обращался в чудовище или во что-то ещё хуже; достаточно было и того, что он ведётправильнуювойну.
Правильную войну. Магия Северного Мира могла остановить пришельцев – и они находят способ уничтожить её изнутри. Алмазный Меч и Деревянный Меч – древние символы, даже пребывая вне мира, они помогают – но если их уничтожить…
– Нет, повелитель! – в отчаянии выкрикнул Фесс, едва не повиснув на Императоре.
Тот взглянул на него белыми от бешенства глазами:
– Измена?!.
– Нет! Нет, мой Император! Надо по-иному…
Несколько минут спустя все до единой сигнальные трубы заиграли «отход».
* * *
Сидри было ясно, что они выиграют этот бой. Однако он не ожидал, что настолько быстро. Они бились едва ли полчаса, а бесчисленные имперские отряды уже в панике бежали, рассеиваясь по окрестным лесам, бросая и щиты, и доспехи, спасая свои жалкие жизни… Они не стали биться насмерть – но ничего, до этого мы тоже дойдем. Передавим поодиночке.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
