— На участке наступления,— повторил генерал,— а на смежных участках?
— Этот вопрос не рассматривался.
— Почему?
— Полк сосредоточил все усилия на удержании насыпи, чтобы обеспечить контроль барановского перекрестка.
Майор Соловьев, по просьбе генерала, охарактеризовал группировку частей противника, их тактику.
Стали излагать свои соображения по организации наступления старшие командиры-пехотинцы. Генерал и все, кто участвовал в обсуждении вопроса, пришли к выводу: численность артиллерийской группировки, учитывая соотношение сил и характер местности, недостаточна.
— Главная задача артиллерии... подавить огневые точки противника на фронте от барановской дороги до озера. Как артиллеристы собираются ее выполнять? — спросил генерал.
Начальник артиллерии сообщил, что подготовка батарей дивизионной артиллерии закончится не ранее 6.30.
— Прежде, чем начать пристрелку, нужно провести разведку целей. Когда? До начала наступления остается менее двух часов, а работы...
— Что вы предлагаете? — прервал генерал.
— Предлагаю рассматривать положение реально... Обоим моим дивизионам необходимо от шести до восьми часов, как минимум.
— Корпусной артполк тут воевал, знает расположение пулеметов, других огневых точек... поможет в таком деле.
— Товарищ генерал, от корпусного артиллерийского полка польза невелика...стреляющий должен собственными глазами видеть цель.
— Мы должны перейти в наступление. Командующий пятой армией приказал выбить противника из Малина... Я надеюсь на вас, артиллеристы...— генерал отодвинул карту.— Как, Соловьев, пушкари не подкачают?
— Товарищ генерал, мои командиры батарей не жалели сил и снарядов для поддержки вашей храброй пехоты. Двести тридцать первый корпусной артиллерийский полк честно выполнял свои обязанности перед сорок пятой стрелковой дивизией.
— Да... с первых часов вместе... благодарю вас, мои командиры не жаловались,— согласился генерал,— дело трудное тут... постарайтесь, Соловьев. Как у вас со снарядами?
— Два с половиной БК на орудие.
— Артиллеристы, договаривайтесь между собой. Капитан, поторопите штаб с планированием, увяжите все вопросы в срок,— генерал повернулся,— как там наши батальоны, я хочу встретиться с командирами...
На востоке, куда тянулись покрытые ржавчиной рельсы, розовел горизонт. В безмолвии стояли недалекие дома северной окраины Малина. Над пустырем поднималась легкая предутренняя дымка.
— Товарищ генерал,— нарушил общее молчание командир 10-го СП,— местность не оборудована, время дневное... опасно.
— Вы правы,— невесело отвечал генерал,— но ничего не попишешь. Им наступать днем,— жестом указал он в сторону пустыря,— вернее, вам, мне, всем нам вместе,— и шагнул выходу.
Словно по команде вскочили храпевшие в ячейке телефонистов адъютанты с автоматами. Вслед за генералом прошли подполковник-пехотинец — начальник штаба дивизии, капитан, выполнявший обязанности начальника артиллерии, майор Соловьев, командир 253-го СП полковник Васильков, командир 61-го СП подполковник Антонов, майор — командир 10-го СП. Более десяти человек.
Группа направилась в долину к мостовой трубе, вышла на южную сторону насыпи. Взвыли мины.
Противник начал огневой налет. Спустя три-четыре минуты обстрел закончился. Генерал и сопровождавшие его командиры продолжали путь.
Минометчики возобновили обстрел. Со стороны огородов доносились приглушенные удары, будто свертком газет в стенку. Звуки, которыми сопровождался выстрел миномета. Осталось только слушать. У нас не существовало никаких способов воздействия на минометы, исключая стрельбу по району вероятного расположения их позиций.
Минометчики вешали на траектории по целой дюжине мин. Отчетливо слышен ноющий разноголосый вой. Мины вылетают из трубы с интервалом в пять, семь секунд и ложатся кучно, одна возле другой, с малым рассеиванием. Метеорологические условия не влияют на их полет.
Сегодня минометы стрельбу начали раньше, чем обычно. Немцы, по-видимому, заметили пехоту, бродит группами и в одиночку в расположении 4-го дивизиона.
Прошел час- или около. Разведчик обнаружил людей. Двигались по-пластунски в направлении мостовой трубы. Я стал наблюдать. Группа генерала. Кажется, попала в поле зрения и немецких наблюдателей. Послышались минометные выстрелы. Строчил пулемет.
До насыпи три сотни шагов. Разрывы мин заставили группу остановиться. Нет, два-три человека продолжали двигаться.
— Ориентир шесть... вправо двадцать... пулемет,— выкрикнул разведчик-наблюдатель.
В линзах моей стереотрубы появилась кирпичная стена, наполовину разрушенная вчера прямым попаданием снаряда. Вправо двадцать, левый угол дощатого забора. Сектор 6-й батареи.
— «Феникс-один», внимание, по местам... по пулемету... цель номер восемь, левее ноль десять, батареей один снаряд... огонь!
Телефонист принял с ОП: «Выстрел». Снаряды 6-й батареи еще были на траектории, когда крыша медленно приподнялась над стеной и тут же исчезла в дыму. Звуки четырех выстрелов и разрывов одновременно достигли моей ячейки. Дым заволок здание, огород. Кто же опередил 6-ю батарею, 4-я или 5-я?
— «Феникс-один», стой!
Звенит рельс, уцелевший после вчерашнего обстрела самоходных орудий. Немецкие минометы перешли на беглую стрельбу. Воют снаряды. Открыли огонь 105-мм батареи, одна, другая.
Долина в своем начале, на подступах к мостовой трубе, скрылась в дыму разрывов. Свистят осколки, разорвалась очередь бризантных снарядов.
— Товарищ лейтенант, с КП командира дивизиона передают,— торопливо выкрикивал телефонист из ячейки рядом,— «Феникс», ИЗО «Буйвол», восемь снарядов... беглый огонь!
Расстояние, отделяющее НП 6-й батареи от первого рубежа НЗО «Буйвол» — 7 километров. Что там произошло?
10 минут спустя грохот орудийных выстрелов в тылу затих. Под насыпью кричал раненый.
Дозор доложил о появлении старших начальников. НП 6-й батареи готов был к встрече, но генерал, не останавливаясь, прошел мимо. Среди сопровождавших находились новые лица — артиллеристы — подполковник и капитан.
Майор Соловьев зашел на НП. Его интересовало положение на рубеже НЗО «Буйвол». Есть изменения в секторе 6-й батареи? Загнутый рельс убрать при первой возможности, если еще не поздно и противник не использовал его для пристрелки мостовой трубы, а, возможно, для стрельбы по целям, скрытым за насыпью.
В юго-восточных секторах завязался бой. Батареи 2-го дивизиона произвели три стрельбы по исходному рубежу НЗО «Буйвол». С НП командира дивизиона поступило сообщение о том, что противник внезапно вышел на участке восточнее озера на железнодорожную насыпь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
