Как менеджер ведущий должен увидеть управленческие промахи слушателей и, давая самому себе задание как сценаристу и режиссеру, повлиять на развитие событий таким образом, чтобы:
• сделать очевидными слабые стороны управленческой деятельности слушателей, придав им необходимую наглядность, зрелищность;
• продемонстрировать самим развитием событий на сцене отрицательные последствия этих недостатков;
• предоставить возможность слушателям апробировать варианты управленческого поведения, которые они не решились бы реализовать в жизни, и увидеть их последствия;
• сделать наглядными удачные управленческие ходы слушателей, повернув сюжет так, чтобы развитие событий превратило потенциальный успех в действительный.
Ведущий может короткими репликами подсказывать предпочтительные ходы (например: «Приблизься к оленю!», «Покажи дорогу к жизни!», «Занимай незанятое!» и т. д.).
Поскольку все три свои функции ведущий выполняет одновременно с ходом пьесы, ему приходится работать в режиме реального времени. Он должен и смотреть параспектакль, и творить его одновременно, что требует изрядного напряжения.
Дело несколько облегчает опыт и наличие «домашних заготовок» – используемых в Школе, но не известных данному контингенту слушателей фабул парапьес. Каждый ведущий имеет набор фабул, обогащенный опытом их проигрывания.
Приведем пример.
Забастовка
Рабочие, обслуживающие линию, производящую мужскую обувь, намерены отказаться продолжать работу: клей некачественный, много брака, из-за чего заработки низкие. Администрация объясняет, что запасы клея еще велики, но, несмотря на это, готовится новый заказ на новый клей, что скоро ситуация выправится.
Но рабочие многолетними обещаниями администрации по разным поводам сыты по горло…
Роли:
• бригадир, рабочий – зачинщик забастовки, рабочий – недоброжелатель зачинщика, рабочие, молодой мастер, начальник цеха, директор, жены рабочих.
Возможные сцены:
• стихийное собрание бригады;
• диалог начальника цеха с молодым мастером;
• диалог в очереди между женами;
• совещание в кабинете директора с участием мастера, бригадира и недоброжелателя зачинщика;
• домашнее чаепитие в доме зачинщика с участием бригадира и рабочих, поддерживающих забастовку (без недоброжелателя зачинщика);
• диалог зачинщика с женой после ухода гостей;
• стихийное собрание бригады, организованное недоброжелателем зачинщика в отсутствие последнего;
• продолжение собрания после прихода зачинщика;
• и т. д.
Возможный ход событий:
• забастовка;
• отказ от забастовки;
• вынужденное увольнение зачинщика;
• изгнание из бригады недоброжелателя зачинщика;
• массовый уход членов бригады с фабрики;
• и т. д.
Практика проведения «ПАРАТЕАТРа» показала его незаменимость другими технологиями с точки зрения наглядности и убедительности для участников их собственных ошибок.
Однажды пришлось наблюдать «просветление», произошедшее с одной из участниц, которая до этого с некоторым легкомыслием относилась и к учебе на бизнес-курсе (за нее заплатили), и к «ПАРАТЕАТРу» в частности.
Она играла жену одного из преуспевающих топ-менеджеров, и в этой роли тоже легкомысленно отнеслась к просьбе мужа передать его слова президенту фирмы: передала эти слова приблизительно, а не точно, даже не пытаясь вникнуть в их, в общем-то нехитрый, смысл.
Она была потрясена, когда к концу парапьесы до нее дошло, что именно из-за ее ленивой небрежности события стали разворачиваться таким образом, что ее мужа (а значит, и ее, если она не хочет его потерять!) отправили возглавить отделение в Сыктывкаре, хотя до этого обсуждалось его назначение во Францию, и уже поздно что-либо изменить.
«ПАРАТЕАТР» шел всего часа три. Я никогда не видел, чтобы человек столь разительно переменился за столь короткое время. Ведь как и каждый в этом тренинге, она играла саму себя.
5.11 «Паратеатр»: проблема темпа
Мы проводим «ПАРАТЕАТР» не часто: он отнимает у ведущего много энергии и душевных сил, но, с другой стороны, почти каждый проведенный «ПАРАТЕАТР» – это событие, которое долго держится в памяти участников, нередко изменяя межличностные отношения между ними.
Однако у этой версии «ПАРАТЕАТРа» имеется один недостаток весьма естественного происхождения.
Если первые сцены проходят достаточно динамично, то, чем дальше, тем больше затягиваются диалоги между персонажами. Это вызвано тем, что «накапливается история», и персонажам «есть о чем поговорить». Как в жизни.
С человеком, с которым мы только что познакомились, мы нередко ограничиваемся обменом короткими репликами и дружелюбными взглядами, даже когда обоим сторонам хотелось бы поговорить побольше. А со старым знакомым можем говорить часами, даже когда обоим сторонам, в общем-то, хотелось бы закончить разговор да и идти по своим делам.
Это затягивание диалогов затягивает и сам «ПАРАТЕАТР», и проблема ведущего – успеть вывести тренинг на финишную прямую до наступления эффекта затягивания диалогов или же начать самому активно продвигать участников к результату, минуя «пустые разговоры». В последнем случае ведущий останавливает разговорившегося вопросами и репликами вроде таких:
– Ну, и что вы партнеру в итоге предлагаете?
– Что же вы в итоге решили: да или нет?!
– Переходите, пожалуйста, к итогам!
– Если хотите спросить или предложить нечто конкретное, то сделайте это и заканчивайте сцену.
Надо сказать, что такие вмешательства ведущего воспринимаются участниками очень конструктивно, и эти вмешательства, в общем-то, видимым образом не нарушают естественный ход событий в паратеатре. Для того чтобы эта деятельность ведущего была более «экологична», ему следует во время действий на сцене иногда передвигаться, подходить к участникам, внимательно слушая, что они говорят, для того чтобы примелькаться и участникам и публике, превратиться из живого человека в некий призрак, разгуливающий по сцене.
Чтобы читатель мог более отчетливо представить себе механизм влияния реплик ведущего на продвижение действия на сцене, можно предложить не очень эстетичный, но достаточно яркий образ:
два подростка вяло дерутся между собой. Вдруг появляются «болельщики», подбадривающие и подзуживающие бойцов своими репликами:
