Лея усмехнулась, но промолчала. Медиум протянул руку к кругу из двенадцати карт.
– Будущее нашей звезды.
Карты переворачивались медленно, но сулили только одно – проблемы с вероятностью смертельного исхода. Члены звезды переглянулись и посмотрели на стол. Двенадцать неоткрытых карт скромно лежали в сторонке.
– У вас у каждого по три вопроса. Будьте осмотрительны. Карен. Раз.
– Как мне победить стихиария Аро? Моего сводного брата, решившего меня убить.
– Принять свое наследство и подтвердить права на престол, – хмыкнул Стар, открывая первую карту. – Вир. Раз.
– Как я могу остаться с Кэриданой?
– Убей ее и Элию, – отозвался Стар. – Затем убей себя. В следующем повороте вы будете вместе. Нейл. Раз.
– За что меня так невзлюбила Мелинда?
– Она хотела твоей смерти не по своей воле. Ее попросили. Кто именно – я не вижу. Они очень сильны. Лея. Раз.
– Смогу ли я вернуться в Академию, после того как докажу, что я не демонесса без рода и племени, а глава пусть и мертвого, но все же рода?
– Нет. – Стар внимательно посмотрел на перевернутую карту. – Даже если ты что-то докажешь, то умрешь. Возвращаться будет некому. Вир. Два.
– Как обуздать сущность палача?
– Слиться с ней воедино. Нейл. Два.
– Где мое кольцо? – Дракон даже подался вперед.
Стар без ответа показал пустую карту.
– Карен. Два.
– Чем важна та шкатулка, которую я увела с Аранаса и не могу теперь открыть?
– Среди всего, что там лежит, есть одна ценность. Артефакт из запрещенной реальности. – Вампир немного подумал, потом очень неуверенно добавил: – Из мира, который является родиной нашего демиурга. Лея. Два.
– Можно ли снять проклятие?
– Одной тебе это не под силу. – Стар вздохнул, его лицо побледнело. На гадание уходило слишком много сил. – Вир. Три.
– Как спокойно прожить до конца первого курса?
Вампир перевернул карту эльфа и недоуменно посмотрел на руну старого алфавита, загоревшуюся в воздухе.
– Ответ скажу тебе чуть позже. Лея. Три.
– Как прожить без приключений до конца курса?
И вновь на открытой карте появилась руна, уже другая. Видя такое дело, и Карен, и Нейл повторили вопрос Вира. Но четыре открытые руны складываться воедино не хотели.
Тогда Стар перевернул последнюю карту, до сих пор остающуюся закрытой. Карта, которая должна была ответить на один-единственный, его вопрос, отличный от других. Но вампир все же присоединился к друзьям и открыл еще одну, пятую руну.
– Теперь читайте каждый свою руну в том порядке, в котором мы их открыли.
– На, – тихо шепнул эльф.
– Ги, – Лея.
– Ол, – сказала Карен. По ее спине пробежала стая мурашек, показалось, что кто-то огромный и недобрый открыл глаза, посмотрел на нее.
– Аш, – продолжил Нейл.
– Хан, – закончил Стар.
Звезда огляделась по сторонам. Не прозвучало грома. Не вспыхнули молнии. Не содрогнулись стены.
– Это что, был простой набор рун? – уточнила Карен, наблюдая, как карты сами собой переворачиваются и складываются в коробочку. Нить кровной связи неожиданно натянулась и дернулась. Девушка резко повернулась.
– Лея? – недоуменно спросила Карен. – Лея, что с тобой?
По мертвенно-бледному лицу расползлась зловещая улыбка.
– На’иол Ашхан, обряд тишины. И это вполне может сработать, если все получится.
– А если нет? – уточнил насторожившийся Вир.
– То мы просто умрем, – буднично сказала Лея, пожав плечами.
Ее сообщение словно поясом молчания оборвало все звуки. Все в ужасе посмотрели на демонессу.
– Началось… – Судьба отошла от окна, повернулась к директору Академии. Несмотря на все случившееся, Тер Аль уже с головой погрузился в бумаги. Спасало то, что его поддерживала своей силой демиурга Судьба, и еще то, что Лея отпаивала его зельями более сильными, чем студентов, и не такими щадящими.
– Что началось? – переспросил Тер Аль.
– Звезда решила обеспечить себе спокойствие хотя бы до конца курса и не нашла ничего лучше, как погадать. Карты Стара – надо будет его навестить, кстати, мальчик растет на глазах – дали ответ. Необходимо провести обряд тишины.
– Это что такое? И с чем это едят? – заинтересовался вампир, даже отодвинув в сторону бумаги.
– Один давний и очень интересный обряд. – Судьба нарисовала на стекле пять рун и подула на них. Со слабым мерцанием те исчезли. – Итак, этот обряд придумал немного чудаковатый и рассеянный алхимик, потом изобретение подхватили затягивающие воры. Подожди, – вскинула ладонь Судьба, – я все расскажу, не перебивай. Алхимик очень не любил делать сложные многокомпонентные зелья. Получалось у него все время очень глупо. То взорвется закупоренный флакон, то разольется склянка, то ни с того ни с сего погаснет зачарованный огонь под котлом, или принесет в разгар опыта случайного человека. Заметь, во всем этом я не была замешана никак, просто так складывалось… Мэтру Альбертини надоело это терпеть, и он придумал обряд, который создавал вокруг него вакуум. Склянки не бились, люди не приходили, не было ветра, зелья получались выверенными до мельчайших компонентов. Правда, после этого наступал откат, и неприятностей посыпалось в три раза больше… – Судьба устроилась в кресле. – Была у мэтра и еще одна слабость, его внучка. Талантливая до невозможности воровка. На службе у короля, правда, но сути это не меняет. Девушке безумно понравился обряд, но воспользоваться им для воровства – означало завязать, потому что потом даже на самой пустяковой краже могли поймать и казнить. Воровка решила сорвать крупный куш, использовала обряд и ограбила короля, а потом, прихватив деда, растворилась в неизвестном направлении. Королю осталась только бумажка с описанием обряда. Впрочем, и он нашел, как его можно использовать. Однако к истории это не относится.
Вампир удивленно вздернул бровь, но промолчал, только взглядом указав Судьбе, что он не прочь услышать продолжение. И она продолжила:
– Заклинание долго переходило из рук в руки, пока не попало к удивительно несчастливому человеку. Фортуна от него не просто отвернулась, она его не видела. И в этом тоже не было моей вины. Говорят, все гениальное просто. Это выражение из моего родного мира. Несчастный нашел способ убрать откат: достаточно во время срока, установленного на выполнение желания или в течение пары дней после него, принести искупительную жертву. Приносится она очень просто. В один прекрасный день человек открывает глаза и видит себя в другом месте. Тогда он должен спросить у первого встречного, дословно: «Что мешает тебе быть счастливым?» – и послушать ответ. Достаточно выполнить желание первого встречного, и искупительная жертва принесена.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
