решительно ответила я. — Когда ты злодей, вся штука в том, Верес, что ты в принципе можешь делать всё, что захочешь, если только кто-то не остановит тебя. И кто меня в этом остановит?
Чёрный? Если я что-то и знаю, так это то, что он злобно улыбается, подслушивая нас прямо сейчас.
Через несколько мгновений орчиха пришла в себя, её успокоившееся было лицо нахмурилось.
— Я окажусь под твоим командованием, — сказала Верес.
— Ты окажешься под чьим-то командованием, что бы ни случилось, — пожала я плечами. — Ты хочешь служить под сенью кого-то, кто заработал свои шпоры ещё во время Завоевания, или создать совершенно новый легион вместе со мной?
Я видела борьбу в её глазах, и это означало, что я побеждаю.
— Ты меня подкупаешь, — упрекнула она.
— Бесстыдно, — призналась я. — Но тот факт, что я стараюсь тебя подкупить, означает, что ты стоишь того, чтобы тебя подкупить.
Это заставило её фыркнуть.
— Ничья означает только то, что я признаю, что здесь и сейчас мы равны, — сказала я, глядя ей в глаза. — Я не слишком горжусь этим. А ты?
Я протянула ей руку. После долгой паузы она наклонилась вперед и сжала её.
— Ничья, — проворчала она.
— Ничья, — повторила я.
Дважды ударил гром, и оба наших знамени появились в небе, оранжево-красные. Мы поднялись на ноги, и я посмотрела в сторону.
— Вопреки правилам, как ты сказал. Видишь? Иногда я действительно слушаю, — прошептала я.
Том I / Эпилог
— Что скажешь ты, Императрица праэс?Вот лежишь ты на окровавленных развалинах своего владычества, окруженная трупами Легионов, которые когда-то кишели по всему миру. Сотни тысяч людей погибли из-за твоих жалких амбиций, из-за твоего безумного замысла подчинить себе царства людей. За всю историю Творения ни одна женщина не была так порочна, как ты, и я получу ответ. Почему, о Императрица Руин? —Она пожала плечами.— А почему бы и нет? —Последние строки из «Падения Императрицы Торжествующей, первой и единственной ее Имени»
(Шесть месяцев спустя) 1324 год нашей эры, 5-е Волны, Марчфорд
Год назад командир доставил бы ему немало хлопот. Сейчас же? Уильям небрежным движением руки вырвал клинок Кающегося Грешника из горла орка. Меч скорбно заскулил, унося с собой жизнь зеленокожего. Офицер погиб храбро, так храбро, как только мог один из его грязных сородичей, но с кровью орка на полу последнее сопротивление было закончено. К чести графини, ей удалось менее чем за месяц превратить отряд наёмников и крестьян в сплочённую боевую силу — хотя, конечно, помогло то, что их первым полем битвы стала её собственная вотчина. Если бы только все союзники, которых он собрал, были такими компетентными. Герцог Льес ещё не ступал в город, оставаясь с обозом под нетерпеливой охраной Изгнанного Принца.
Герой, о котором шла речь, был раздосадован тем, что сегодня ему не удастся позволить своим людям пролить кровь легионеров праэс, но графиня Элизабет была права, когда указала, что его войска совершенно не приспособлены к внезапным атакам. Без сомнения, герцог будет настаивать на триумфальном параде победы, когда придёт его время, и для этого отлично подойдут отполированные копейщики Серебряных Копий. Они создадут достаточно волнующий образ, и история распространится: герцог Лисс вернулся, чтобы освободить королевство от ига Башни.
К сожалению, Уильяму придётся смириться с тем, что он посадит на трон Кэллоу полного идиота. О, герцог действительно обладал своего рода звериной хитростью — он покинул Кэллоу ещё до того, как Лауэр пал, во время Завоевания, и забрал с собой свою казну, — но это была та хитрость, которой обладал бы таракан. Он был мастером выживания и немногим более, не говоря уже о безнадёжной самоуверенности. То, что он был созданием Первого Принца, проводило тонкую грань между добродетелью и ответственностью: все это восстание финансировалось процеранским серебром, но Уильям был не настолько глуп, чтобы не знать, что женщина с холодными глазами имела виды на само Кэллоу. Это было прекрасно.
Он уже возглавлял восстание против Империи и был более чем готов возглавить его против Принципата, если до этого дойдёт.
Царство Внизу было гораздо большим беспокойством. То, что две тысячи закалённых ветеранов-дворфов внезапно решили создать наёмную роту в Меркантисе как раз тогда, когда он скупал каждый контракт, который мог достать, не было совпадением. У гномов была история отправки смутьянов на поверхность, чтобы умереть в чужих войнах, но Сыны Камня не были обычными недовольными. Если Король Под Горами вмешивается в дела Верхнего Мира, Уильяму придётся очень, очень внимательно следить за этим. Более двух третей Калернии возвышалось над гномьими туннелями и городами: ни у одной нации не было армии, численность которой равнялась бы даже десятой части того, что могли бы собрать гномы, если бы захотели.
Но сейчас это не имеет значения.
Прошло всего восемь месяцев с тех пор, как он потерпел поражение от Оруженосца, но её слова до сих пор звенели в ушах, когда он закрывал глаза. Беги, прячься и собирай свои армии в темноте. Заключай сделки, о которых ты будешь сожалеть, пока у тебя не останется ничего, чтобы торговаться. Я буду ждать тебя по ту сторону поля боя. Проигрыш был для него ударом плетью по спине всю дорогу до Убежища, где он преклонил колени у ног Владычицы Озера и попросил взять его в ученики. Она отказала ему, безззлобно, но отказала. После поражения при Саммерхолме этого было почти достаточно, чтобы сломить его.
Что ты мог сказать, когда величайшая мечница в Творении сказала тебе, что ты недостаточно хорош, чтобы победить её прежнюю ученицу? Меч был единственным, на что он был способен. Его Имя было своего рода парадоксом: герои должны были побуждать других к чему-то большему, чем они сами, но его роль процветала в одиночестве. Глаза Империи не смогли найти его, потому что он никогда не был частью группы героев, избегая вопиющего героизма для тихой работы в темноте. Он нашёл свой ответ благодаря чистой случайности, той благословенной золотой удаче, которая улыбалась героям свыше.
Он нашёл ворота в Сверкающую Аркадию и обратился к Госпоже с просьбой разрешить ими пользоваться. Этот дар она сочла нужным даровать, и так начался его год в царстве фей. Целый год он провёл, сражаясь за свою жизнь с обитателями этого жуткого места, преследуемый ради забавы ужасами Дикой Охоты. Но он выжил и многому
