— То есть у тебя доступ к системе глобального наблюдения времен до катастрофы?! — догадалась я. — Ну ни чернухи себе!
— У меня есть игры и программы, которым более тысячи лет. Вот это — сокровище. А камеры — так, ненароком прихватил, когда по местной сети лазил.
— Охотно верю. — Я закивала так, что голова чуть не оторвалась. — Только я-то вам зачем? Хватит строить из себя придурков, ну ребята! Как маленькие. Прямо говорите, да и все.
— Твой хахаль, привязанный который, пришлый. Из тех чудовищ, что чистку пополам с апокалипсисом устроили, так? — Ну что за манера отвечать вопросом на вопрос?
— Ты же сам знаешь, не только подглядывал, еще и подслушивал, небось. И сейчас… подслушиваешь? — Да что за день такой, догадка за догадкой, и все на грани сумасшествия.
— Не твоего ума дело. — Очередной взрыв монстра на экране подтвердил его слова. — Итак, он из другого, более развитого мира?
— Насчет развития не в курсе, — пожала я плечами. — А так да.
Смысл отпираться? Если он наверняка все уже сам знает. Кстати! А только ли Пушишка за чужим сексом подглядывала? Ой, чернуху им обоим в зад, извращенцы малолетние!
— Я хочу этот мир, — на полном серьезе заявил парень.
— Э?! — Я слегка ошалела от такого заявления. — В смысле?! Зачем?! То есть… ну ни фига себе. Знаешь что! Вряд ли они согласятся признать тебя повелителем. С какой стати?
— Это уже не твои проблемы. Мы просто обменяем тебя на переход в иной мир. — На экране взорвался последний монстр, и заиграла победная музыка на фоне взлетающих поздравительных фейерверков.
— Кхм… — впервые в жизни я не знала, что сказать.
— Да не парься, не хочет он становиться их повелителем, — вдруг захихикала Пушишка. — Ну ты придумала, конечно… Ему даже трахаться лень, а ты решила, Гор согласится чужие проблемы решать и управлять кем-то? Щаз! Он просто хочет новые игрушки. У нас-то со времен катастрофы ничего больше не разрабатывают. А у него запас непройденных уровней кончился уже пару лет как. По второму, если не третьему кругу вон гоняет, только уже со своими дополнениями… э-э-э… как там, режим суицида?
— Самоубийственно высокая сложность, — буркнул парень, начиная новый раунд.
— Вы психи, — констатировала я грустный факт.
— А кто не псих? — философски пожала плечами Пушишка Сью. — Ты, что ли? Или этот твой, с ушами? Тот, с куцыром, кстати, тоже не совсем на голову здоровый. Короче, все сумасшедшие в этом мире. Так чего париться? — Девчушка снова крутанулась на кресле несколько раз, как бы подтверждая свои слова. — Кстати. Проход в другой мир мы хотим многоразовый. И чтобы кабель кинуть в ту сеть. А то нору жалко не за шушпаний хвост отдавать, и чернуха тут вкусная. Почти уже ручная, можно сказать. Как же ее бросишь? Кормилицу нашу! Я ей даже имя дала — Бурушка!
— На таких условиях мы готовы не только вернуть тебя твоему артефакту, но и показать свой способ охотиться в новых реалиях, — словно бы нехотя пробурчал Гор. — Мне не нравится мысль, что этот мир разрушится окончательно. А судя по тому, что творят осколки бывших артефактов, все к тому идет.
— С этого места поподробнее, — напряглась я. — Что ты имеешь в виду?
— Ты уже и так слышала проповедь про вырождение артефактов, так что повторяться не буду. Скажу только, что, когда твой пришелец выполнит наши требования, мы раскроем секрет нового взаимодействия оператора, артефакта и мры. Неужели ты еще не задала себе вопрос, почему и как Пушишка Сью становится хомяком? — Я впервые увидела улыбку на его лице. И знаете, она была реально жутковатая. Прямо бр-р-р…
Глава 28
Мез
Я еще раз развернулся вокруг своей оси, рассматривая лаз, проверил найденные зацепки и постарался собрать все воедино. Нора. Точнее, подземный ход. Из соседней подвальной камеры, в которую Лали бросила обезумевшая Сиира, вел самый настоящий подземный ход. Причем был он явно крупнее обычного для этого вида хомяков. В него вполне мог проползти человек. Новый питомец Лали страдает любовью к гигантизму?
Но это не самое главное. Широкий лаз заканчивался ровно через пять метров, а потом начинался маленький, который как раз был характерен для местной живности. И в него даже голова моя не пролезла. Зато с помощью следящей техники, любезно конфискованной нами у енота, мы точно проследили его направление. На задний двор, в кусты.
Итак. Вывод. Хомяк пробрался к Лали, прогрыз все, включая фундамент(!) дома, последние пять метров сильно расширяя проход, и куда-то исчез. Вместе с моим Мастером.
— Ваши звери на такое способны? — вылезая обратно в остатки комнаты, указал я Крыксу на отчетливые следы зубов на местном аналоге железобетона. — Замечали за ними когда-нибудь тягу к спасению хозяев?
— Знаешь, — Лесс почесал затылок, удивленно хмыкнув, — я, конечно, слышал, что у этих пушистых милашек крепкие зубы, но вот чтоб настолько…
— Угу, а еще добавь интеллект, сравнимый с человеческим. И вот это. — Я протянул еще одну зацепку, найденную в самом конце широкой части туннеля.
— Что это? — Муравей со скепсисом осмотрел небольшой круглый прибор. Точнее, часть какого-то прибора, похожую на искаженную линзу.
— Без понятия. Было внутри. Покажем облезлому, может, одна из его вещичек, которую Лали прихватила перед исчезновением.
— Понятия не имею, что это! — сразу открестился Гатто, когда ему сунули под нос непонятную штуку. — Но немного похоже… хм. Хм.
И замолчал. Намертво. Даже пинок по ребрам не помог, паршивый енот всерьез огрызнулся, с рыком и матами. И нагло велел не мешать ему думать.
Капец. Это существо умеет думать?
Впрочем, мой скептицизм разделил только Лесс. Который тут же предложил отобрать у придурка штуку и пойти предъявить ее Кобре. Дескать, у нее опыта больше и бюст внушительнее.
— При чем тут бюст? — не понял я.
— Ждать, пока она будет вспоминать, приятнее, — охотно объяснил Крыкс, возвращая себе дурашливую маску. А может, и не маску. Может, он и правда шалопай и раздолбай, пока дело не коснется серьезных вещей. Сейчас он отчего-то был уверен, что его сестра в безопасности, вот и перестал напрягаться.
— Идиот, — все равно констатировал я.
— Сам такой. Сеструха-то доска — два соска, так что в бюстах ты ни хрена не понимаешь. Просто поверь специалисту. Пошли!
— Похоже на линзу от стационарного телепорта. Только очень-очень сильно уменьшенную и сделанную из другого материала, — внезапно подал голос Скай, протягивая нам улику. — Если надо, можете на восточной городской площади глянуть, в столице. Но он нерабочий, его как древнюю достопримечательность демонстрируют. Для перехода требуется огромное, я бы даже сказал, колоссальное по нашим меркам количество мраа. Да и умельцев, способных точно задать координаты так, чтобы в процессе не расщепило, не осталось.
— Ну вот, а я хотел посмотреть на сиськи. И чего ты, мразь, такой умный-то? — пробурчал Крыкс.
— Что ж, если это действительно так, картинка начинает вырисовываться. Но мнение древней этого мира тоже стоит услышать. — Я забрал круглую мутную линзу из рук Гатто и в качестве жеста благодарности передал ему буквально каплю скверны. А то его перекатывания по полу уже начинали раздражать.
К удивлению, енот этой каплей чуть не захлебнулся. Его там, на полу, выгнуло дугой. Я даже остановился, недоуменно глядя на эти конвульсии.
Правда, Скай быстро отдышался и почти сразу встал сначала на четвереньки, а потом и на ноги.
Лучше бы лежал! Потому что придурок одной рукой вцепился в мой рукав, другой сцапал за плечо Крыкса и хрипло заявил:
— Я с вами!
— Пошел в жопу! — моментально окрысился Крыкс, стряхивая с себя енотью конечность. Точнее, пытаясь стряхнуть. Чертов калечный артефакт вцепился насмерть, у него даже пальцы побелели.
— Да пусть идет. — Я поморщился. — До тех пор, пока я не найду своего Мастера и не осмотрю ее собственными руками и аурой, мне плевать, какое дерьмо прилипло к ботинку.
