Сражение более походило на сенокос. После каждого достигшего цели смертельного удара мертвого воителя гоблины и люди, подобно колосьям в пшеничном поле, падали замертво.
Попытки горстки стрелков, выстроившихся позади своих вступивших в неравный бой с зомби товарищами, причинить хоть какой-то ощутимый вред заколдованной темной энергией мертвой плоти, выглядели воистину жалко. Словно ежи, утыканные множеством торчащих из прогнившией кожи опереньев стрел, зомби, как ни в чем не бывало, без труда сминали атаковавших их людей и гоблинов, своими мощными ударами переламывая кости, ребра, раздробляя черепа и ломая позвонки.
Не теряя времени даром, Раэль, в чьем запасе находилось несколько стрел с серебряными наконечниками, не преминул воспользоваться ими. Выбор охотника, конечно же, пал на зачинщика всей этой вакханалии — некроманта.
К несчастью для Раэля, колдун тоже не тратил время понапрасну. Посланная охотником точно в яблочко магическая стрела должна была отправить зазнавшегося некроманта туда, где ему было самое место — на кладбище. Только вот заблаговременно созданный колдуном незримый барьер заблокировал точный выстрел Раэля, проглотив пущенную в цель стрелу, звучно булькнув при этом.
— Ваши старания меня забавляют! — проскрипел некромант и зашептал себе под нос заклятие.
Истребление продолжалось. Боевой дух участников «траурного похода» или то, что осталось от него, был растоптан. Лишь одноглазлый гоблин Узур, скалясь на окружающих его мертвецов, не желал верить в поражение. После стольких бед! После стольких трудностей! И быть уничтоженным кучкой вонючих трупов?! Ну, уж нет!
Узур отчаянно отмахивался своей шипастой булавой от тянущихся к нему костлявых лап смерти, размашистыми ударами отбрасывая от себя подступающих зомби. Несколько раз подожженные рунными стрелами Раэля мертвецы падали под воздействием очищающего магического пламени. Но стрелы кончились. Споткнувшись о тело своего товарища, Узур не сумел вовремя уклониться от удара, и смертоносная культя мертвеца достала командующего ударными отрядами гоблинов, раскроив отважному ворчуну череп.
Почувствовав прилив ярости, Раэль без остановки начал спускать во врага стрелы с тетивы своего ясеневого лука. Охотнику было все равно, что обычное оружие не причиняло вреда мертвецам. Злость и отчаяние пронизали нутро Раэля, который только сейчас в полной мере осознал существо мрачных пророческих сновидений, посещавших его последние дни.
Тем временем мощная волна темной энергии сорвалась с кончиков пальцев колдуна и, набрав разгон, словно камнепад, обрушилась на оставшихся в живых участников неудавшегося похода. Сильнейший удар отбросил остатки людей и гоблинов на землю, а кожа несчастных, будто подвергшись воздействию серной кислоты, покраснела от ожогов. Душераздирающие мученические крики умирающих от темного заклятия, острейшими иглами впивались в сердце Раэля.
Но на этом страдания охотника, окруженного трупами товарищей и подступающими мертвецами, не окончились.
Мьяла! В пылу битвы он успел позабыть о ней!
Подобно степной рыси, девушка, воспользовавшись суматохой битвы, вооруженная позаимствованым у Раэля охотничьим кинжалом, прокралась в тыл к некроманту, дабы вонзить в спину негодяя, только что лишившего жизни ее товарищей, холодную сталь.
Целеустремленная, и, казалось, неподвластная царившему вокруг ужасу смерти, преисполненная храбрости Мьяла находилась в одном шаге за спиной у колдуна.
О, как много бы отдал Раэль, сумей он отговорить девушку от этого фатального броска и заставить ее бежать подальше от этого проклятого места!
И вот, нацелив стальной коготь в пространство меж лопатками нечестивца, Мьяла прыгнула к ничего не подозревающему врагу.
Сердце Раэля ойкнуло в такт произвденному разрядом энергии противному треску от созданного вокруг некромната магического барьера. Оглушенная электрическим ударом, Мьяла беспомощно лежала на траве возле колдуна, не в силах пошевельнуться. В глазах девушки, до сих пор не готовой поверить в неудачу, читалось огромное удивление. По комнаде заклинателя мертвое войско прекратило атаку, выстроившись заслоном между ним и охотником.
— А вот и наша храбрая дева! — воскликнул некромант, — я-то уж было подумал, что ты изволила покинуть нас! Кстати говоря, для тебя это было бы наилучшим решением, но, увы, — вздохнул он.
— Не прикасайся к ней! — прорычал Раэль.
— Все эти возвышенные фразы одинокого героя, окруженного злобными врагами, произносимые им чтобы спасти прекрасную девушку, так банальны, — зевнул некромант, — что вводят меня в тоску. В каждой захудалой книжечке про борьбу добра и зла они неприменно есть. Именно поэтому с самого детства меня привлекала только наука. В ней нет места легкомыслию и драматизму, — проскрипел он, — так что отбросим поэзию.
Отчаявшемуся охотнику не нужно было повторять дважды. Выудив из котомки проклятый браслет, размахнувшись, Раэль швырнул его через головы мертвецов прямо под ноги некроманту.
— Будь ты сообразительней, сделал бы это сразу, — подняв с земли артефакт, произнес заклинатель и, не дав Раэлю сделать и шага, вынул из кармана черный магический камень, после чего, подняв его вверх, выпустил на волю сокрытое в нем заклятие.
Выпорхнув из камня, волна темной энергии окутала не способного сопротивляться охотника, вызвав у него трупное окоченение, то самое заклятие, которое было не так давно применено против имперца Зильризом на Сэндк'хе.
— Ты не думай, что я какой-то там любитель чрезмерной жестокости, — поднимая с земли обмякшую Мьялу, произнес некромант, — просто для сотворения этого заклятия нужно довольно много человеческих мук и страданий. Для этих целей я и заготовил себе вон того замечательного юношу, — кивнул колдун в сторону деревянного стола, на котором, не подавая признаков жизни, лежал Фогульд, — но, к моему великому сожалению, он, похоже, испустил дух. Да и страданий из него уже много не выжмешь, — с грустью вздохнул заклинатель.
— Но вот вы! Вы да! Совсем другое дело! — воодушевившись, воскликнул некромант и, удерживая сзади одной рукой за шею беспомощное тело находящейся в сознании Мьялы, свободной рукой достал из матерчатой сумки, висящей у него на плече, ритуальный кинжал.
Раэль был парализован и не мог ни пошевельнуть головой, ни закричать.
«Мерлиния! Останови все это!» — пытался прорваться сквозь безмолвие внутренний вопль в голове Раэля.
О, как бы хотел охотник оборвать этот ужасный комар, возникший наяву.
«Умереть. Немедленно умереть. Чтобы не видеть и не чувствовать», — роились в голове у Раэля малодушные мысли.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
