В поле ее зрения появились две одинаковые пары ботинок. Одна из них приблизилась к туше сиала. Человек остановился возле неподвижной руки Мица. Шеррис могла разглядеть его ноги чуть выше коленей. Рядом с ботинками опустился в снег приклад громадной охотничьей винтовки. Ног другого человека видно не было, хотя Шеррис слышала хруст его шагов. Носки ботинок рядом с ней сморщились: человек присел на корточки. Перед глазами Шеррис возникли его колени, затем сцепленные в замок руки на фоне добротной форменной куртки цвета засохшей крови с незнакомыми знаками различия, наконец появилось и лицо.
Молодой человек с белесыми бровями на сияющем лице сорвал с головы фуражку, обнажив голый череп, и одарил Шеррис невероятно широкой улыбкой.
— Какими судьбами, леди Шеррис! — воскликнул он. — Как я рад видеть вас здесь!
Он оглянулся на своего близнеца: тот также присел на корточки, не выпуская из рук винтовки, и внимательно рассматривал мертвое животное. Увидев, что Шеррис смотрит на него, молчаливый человек с винтовкой радостно помахал рукой. Потом поднял лежавшую на снегу руку и повторил ею тот же жест.
Рука Мица! На глаза Шеррис навернулись слезы.
— Так значит, вы привели с собой еще и своих преданных маленьких друзей! — сказал молодой человек. — Как это мило. Вот жалость — мистер Годзикама, кажется, принял нашу критику слишком близко к сердцу!
Он рассмеялся. Шеррис почувствовала, как ее приподнимают и ставят на колени. Молодой человек поддерживал ее сзади под мышки.
— О, вы только посмотрите, — произнес он. — Какой стыд! Он пощекотал ее под мышками.
— Но Молгарин будет доволен.
Молгарин, тупо повторила она про себя. Молгарин, ведь именно это я и пыталась вспомнить. Молгарин…
Она посмотрела на исполинский труп сиала, рядом на снегу лежал приколотый к мертвому животному Миц.
На голове зверя торчала длинная пика, притороченная к крупу и шее животного, — полтора метра в длину и около десяти сантиметров в ширину у основания. Железный рог пронзил грудь Мица и почти на метр вылез из его спины, прорвав охотничью куртку. Снег вокруг тела набух кровью. Подобно лицу Роа, лицо Мица тоже хранило отстраненно-удивленное выражение.
Из глаз Шеррис потекли теплые слезы. Молодой человек осторожно уложил ее на спину. Она успела увидеть людей в защитных униформах с винтовками через плечо, выносивших из башни ящики, и заметила в небе над долиной две стремительные овальные тени; самолеты замедлили скорость и стали снижаться — их двигатели ревели все ближе.
Перевернутая на спину, Шеррис едва не задохнулась оттого, что язык начал проскальзывать в горло, но молодой человек перевернул ее на бок, и она снова смогла дышать.
— Не уходите, — услышала она его голос.
Захрустели, удаляясь, шаги.
Он положил Шеррис так, что она могла видеть лицо Мица. Она смотрела и не могла насмотреться на него.
Подошедший молодой человек присел на корточки перед телом, достал длинный вибронож и поднес его к шее Мица. Шеррис закрыла глаза.
Гудение смолкло. Выждав несколько секунд, Шеррис снова открыла глаза и увидела идущего мимо молодого человека с сумкой в руках.
Шум моторов вдруг послышался совсем рядом. Двигатели взревели, и над каменной площадкой взвился снежный вихрь.
Обезглавленный труп Мица лежал на снегу, истекая последней кровью.
Слезы из глаз Шеррис тоже хлынули на снег. Из-за паралича она не могла даже всхлипнуть.
Ее уложили на носилки и понесли к бомбовому отсеку одного из тяжелых налоговых бомбардировщиков вместе с награбленным в башне добром и столь же беспомощным, как и она, Ферилом.
Когда Шеррис несли через площадку, она заметила Длоана. Он сидел на краю леса недалеко от того места, которого они с Мицем и андроидом достигли пятнадцатью минутами раньше.
Длоан наблюдал за происходящим, сидя на открытом пространстве совершенно безоружный. Даже на расстоянии можно было почувствовать его безысходность, ужас и одиночество.
Шеррис смотрела на него, и не было больше у нее слез.
Потом Длоана заметил кто-то еще. Прогремел выстрел. Длоан привстал, пошатываясь; он что-то достал из кармана и медленно — слишком медленно — стал прицеливаться в людей на площадке.
Выстрелить ему не пришлось. Шеррис услышала грохот реактивных винтовок и щелканье лазеров. Длоан пошатнулся и упал, подняв облако снежной пыли.
Стрельба прекратилась.
Носилки с Шеррис занесли в темное брюхо огромного самолета.
Глава 23
Все замки из песка
— Разумеется, лично я — мы оба — не имели ничего против мистера Годзикамы. Но вы же знаете, приказ есть приказ, не так ли? Старых добрых друзей солипсистов тоже жаль, но такова жизнь. Они слишком далеко зашли. Мы нанимали их только для нападения на Эшелон, но потом у них появилась идея отобрать у вас Лентяя. Им следовало уйти со сцены, когда было велено. Итак, послушайте меня. Я не собираюсь гадать, что вам захочет сказать Молгарин. Но сейчас, милостивая леди, мы отправляемся именно туда — в Сохранность Молгарина за Запретными Землями. В Ландсхаар! — Он произнес это слово с каким-то наигранным удовольствием. — Весьма волнительно, не правда ли?
В бомбовом отсеке ведущего бомбардировщика находилось шестнадцать людей, крепко привязанных ремнями безопасности к своим сиденьям-люлькам: Шеррис, Ферил, два близнеца-эмиссара в своих добротных красно-коричневых униформах и двенадцать подчеркнуто безымянных личностей в камуфлированной одежде без нашивок. У одного из них был нейростаннер — по-видимому, тот самый, из которого стреляли в Шеррис. Она четко видела окружающее лишь благодаря тому, что была туго стянута ремнями, а голова привязана к переборке за спиной. И сделано это было вовсе не для того, чтобы обезопаситься от нее: остальные находились точно в таком же положении. С той только разницей, что ни она, ни Ферил не держали в руках пульт управления люлькой.
Перед ними, в центре отсека, возвышалась упакованная груда ящиков — трофеи из башни. Ящики подпрыгивали и раскачивались в такт малейшим колебаниям самолета; все это сопровождалось ужасающим треском и скрипом.
Молодой эмиссар прокричал, стараясь перекрыть шум:
— Не беспокойтесь! Нас не перехватят ни силы Повстанческих Государств, ни люди из Пояса. С первыми мы договорились, а вторые не смогут нас выследить. — Он обвел взглядом салон самолета. — Сейчас наша скорость в три раза превышает звуковую, а летим мы чуть выше верхушек деревьев. Такой полет считается самым рискованным, зато дает наилучшие шансы сбить преследователей с толку!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
