желающим пожечь костры. И нас-то пропустили со скрипом, пришлось показать бобби багажник, чтобы он удостоверился, что я не провожу ничего горючего. И ничего соломенного. Пока ехали Ал дергался и рефлексировал. Ругал то себя, то Машу, звонил ей, писал смс. Я же просто вел машину, сцепив пальцы на руле и стиснув зубы. Я убеждал себя, что Маша будет с принцем счастлива. Он ее любит, он заботливый и, похоже, готов ради нее на многое. Даже переступит через свой священный долг перед семьей. Я и половины его не стою. Так что, если я ее действительно люблю, то должен ее отпустить. Хватит болтаться за ней, хватит портить ей жизнь своим ворчанием, хватит ее доставать. Она же не понимает, что я ее люблю до ярости. В ее глазах я мерзкий сноб, которому претит возможный мезальянс друга. Я должен оставить Машу в покое. Пусть она будет счастлива.
Девица на ресепшне очень удивилась, когда мы с Алом ворвались в холл и наперегонки понеслись к ее стойке. Даже отшатнулась на всякий случай. Потом сообщила, что бизнес-зал снят для переговоров до утра. И нет, ее это совершенно не смущает. Оказывается, в Лондоне полным-полно людей, которые устраивают бизнес-встречи по ночам. Она подтвердила, что сорок минут назад в зал поднялась девушка. По ее описанию точно Маша.
— Кто заказал зал? — поинтересовался я.
Девица замялась. Информация не так чтобы конфиденциальная, но первому встречному сообщать ее она не обязана. Пришлось вытащить корочку королевской службы безопасности и помахать у нее перед носом. Она вздохнула, пробежалась пальцами по клавиатуре компьютера, глянула на результат своих манипуляций на экране и сообщила, что зал забронирован на имя Алексея Коновалова. То есть Лехи. Что ключ от зала взяла его помощница. Однако кроме рыжеволосой девушки в зал больше никто не поднимался. Но это, разумеется, ни о чем не говорит. Гости могли прийти туда сами по себе, если знали дорогу. Кто куда следует через холл вообще сказать сложно. Многие вообще приходят в ресторан.
— А если у них там и правда переговоры? — мы с принцем вышли из лифта в сопровождении портье, который вызвался нас проводить.
Ал нервничал. Оно и понятно. Предстать перед любимой девушкой в образе не то паникера, не то ревнивца ему не улыбалось. А мне было плевать. Холодный страх застрял в теле. Я уже был уверен, что у меня совсем не паника, а предчувствие чего-то нехорошего. Если я ошибаюсь, будет круто. Загляну в зал, увижу ее живой и здоровой, выдохну и расслаблюсь. Может быть и согреюсь тогда. А пока ничего не выходит. Организм требует разрядки. Я должен увидеть своими глазами, что я идиот и понапрасну затеял гонки с собственной фобией.
— Я сам, — я взялся за ручку. Ал не стал спорить. Думаю, что, если за дверью все в порядке, он предпочтет уйти не прощаясь.
Однако дверь оказалась заперта. Я постучал. Сначала деликатно. Потом погромче. Потом забарабанил кулаком.
Портье напрягся. Ну да, возможно на его памяти были случаи, когда бизнес-зал снимали совсем не для переговоров. Или не только для переговоров. И появление сначала симпатичной девушки в открытом платье, а потом двух парней с решительными лицами рождало в его скучающем мозгу мелодраматические фантазии. Мне же все это казалось настоящим кошмаром. Я приник ухом к двери. Из зала не доносилось ни звука. Похоже там не было никого. Или… мне послышался легкий стон. Я налетел на дверь плечом, пытаясь выбить.
— Сэр!
— Марко!
На мне повисли сразу двое. А я уже понял, что все плохо. Все настолько плохо, что я даже не знаю, смогу ли я что-то исправить. Черт, может быть прямо сейчас Маша умирает. Вот в эту секунду, а я тут, торчу за дверью.
— Ключ! Дайте ключ от этой чертовой двери!
Идиот портье оглянулся, как будто ключ мог скакать у него за спиной. Потом зыркнул на меня испуганно и развел руками.
— В отеле должен быть запасной ключ!
— Я спрошу на ресепшне, — он засеменил к лифту, желая убраться поскорее от бесноватого посетителя.
— Что там? — Ал отодвинул меня и сам прижался ухом к двери.
Потом глянул на меня удивленно:
— Там тихо, Марко.
Черт! Там не просто тихо! Там уже тихо!
Я отошел метров на пять по коридору.
— Ты с ума сошел? — возмутился принц.
Я не стал ему объяснять, что там, в зале каждая секунда дорога. И я не могу ждать, пока портье отыщет запасной ключ.
От удара о дверь плечо ныло. Жаль, что жертва оказалась напрасной. Такую хрен вышибешь без специального тарана. Не знаю, для каких целей бизнес-зал запирается так основательно, но факт остается фактом. К возвращению портье с группой поддержки в лице девицы с ресепшна, горничной и охранника я попробовал дверь на прочность еще раз десять.
— К сожалению, мы не можем найти ключ, — растерянно призналась девушка, — Но мы еще поищем.
— Может быть все уже ушли? — неуверенно предположил охранник.
— Вы видели, как выходила хотя бы рыжеволосая девушка?
Сотрудники отрицательно помотали головами. Мне казалось, что у меня сейчас сердце лопнет от напряжения.
Алу передалось мое состояние, и он забарабанил в дверь кулаком. Зачем? Если бы кто-то мог открыть, он бы уже открыл. Тут я понял, что сделаю. Теперь важно было убрать отсюда подальше работников отеля.
— Ладно, — я сделал вид, что принял действительность как она есть, и обратился к девушке-дежурной, — Вызовите полицию. И скорую. На всякий случай.
— Но…
— Пожалуйста, не спорьте. Очевидно, что нам придется открыть эту чертову дверь. Пусть это сделает полиция.
— А скорая?
— На всякий случай, — я посмотрел на охранника. Крепкий парень без проблеска интеллекта в глазах. Этот сделает все, то скажет старший по званию, — Вам нужно обойти здание снаружи. Возможно, найдете тело.
Все, включая Ала посмотрели на меня с ужасом. Я не стал их щадить:
— В же помните, как это было год назад! Когда девушка выпала из окна на вечеринке в вашем отеле?
— Но… — дежурная с ресепшна прикрыла рот рукой. Она эмигрантка? Англичанка не позволила бы себе такое бурное проявление чувств. Или куда катится гордая нация!
Когда все работники отеля рассосались, я повернулся к принцу:
— Нам нужно найти крепкую веревку и выход на крышу.
— Что ты задумал? Мы дождемся полицию! Успокойся, Марко!
Ал следовал за мной, бомбардируя мою спину призывами. Я делал вид, что слушаю. Сам же искал глазами возможность. Нашел, минуты через три — противопожарный шланг, бинго.
— Ты же не будешь…
Я решительно дернул на себя
