традиции формирует у каждого представителя этноса обусловленное этим отношение к миру и служат носителем социального опыта народа, сохраняя при этом его целостность.
Эпоха джадидизма вывела на качественно новый этап самосознания всех слоев татарского общества, а ключевая роль была отведена светской элите. Началось подчеркнуто направленное ознакомление с русской культурой и языком. В нач. XX столетия был выдвинут общероссийский мусульманский проект. Надо сказать, что муфтии не являлись противниками образования, но образование мусульман как направление не входило в круг компетенции ОМДС. Татарская либеральная буржуазия в лице Ш. Марджани, а затем Р. Фахретдина выражали открытое недовольство деятельностью ОМДС и лично муфтия С.-Г. Тевкелева из-за отсутствия каких-либо реформ в области образования и фактического отрицания и поддержки светской школы.
На Всероссийских мусульманских съездах 1906 г. татарская интеллигенция выдвинула проекты единой религиозной и национально-культурной автономии российских мусульман, контуры которой были определены еще в 1788 г. миллетом Оренбургского Духовного Собрания. В итоге была принята программа партии «Иттифак». В разделе о местном земском самоуправлении автономии (махалли мухтэрият) вся территория государства делилась на вилаяты (области), а также территориальные единицы более низкого уровня. Сами мусульмане должны были создать свой религиозный центр и избирать духовенство, администрировать работу мектебов, медресе, мечетей, мест поклонения, благотворительные организации и вакфы.
Проблемы самоопределения и положения нации обсуждались в условиях революционного кризиса 1905–1907 гг., и очень скоро эти процессы в среде российских мусульман превратились в политическое движение. Кабинет министров Столыпина ответил крайне негативной реакцией, которая проявилась в массовых, хотя и бескровных репрессиях. Ответом стала значительная радикализация национального движения, породившая в свою очередь республиканский проект, а целью стала идея единой мусульманской нации Волго-Уральского региона – проект «Идель-Урал», обладающей территориальной автономией.
Дальнейшие события были, как известно, обусловлены развалом страны.
Контуры первого проекта (религиозной автономии во главе с Раис аль-Улама) были заложены еще в петициях мусульманских депутатов Волго-Уральского региона в упомянутой нами Уложенной комиссии в 1767–1768 гг. и которые были в целом реализованы в едином ОМДС, закрепленного в постановлениях III Всероссийского мусульманского съезда 1906 г. Эти варианты самостоятельной автономии, несмотря на кажущиеся одинаковые цели и общий консенсус в вопросе автономии духовнического, управленческого аппарата, в большинстве вопросов крайне противоречили друг другу.
Клятвенное обещание имам-хатыба и ахуна Пензенской соборной мечети Исмаила Шарафеддинова Потиева Императору Николаю II о верности служения (1915 г.) (ГАПО, ф.6, оп. 1, д. 8329)
Неожиданно нагрянувшая Февральская революция 1917 г. внесла национальный вопрос в число приоритетных, а национальная автономия стала программным требованием всего националистического и политического истеблишмента. Если до этого времени автономия рассматривалась как альтернатива территориальному решению национального вопроса, то теперь автономия претендовала на статус государственной формы с полным обеспечением прав национальных меньшинств. Социально-политический курс Временного правительства был направлен на проведение демократических преобразований, был отчасти уничтожен репрессивный аппарат самодержавия: полиция, жандармерия, цензура и т. д. Сразу после революции национальные лидеры взяли под свой контроль ОДМС. Временно исполняющий обязанности муфтия России призвал все духовенство поддержать новую власть. Уже в марте 1917 г. Временное правительство приняло постановление «Об отмене вероисповедных и национальных ограничений». Таким образом, снова чудесным образом открылась широкая дорога для разработки плана и создания национальной государственности. В мае 1917 г. была провозглашена религиозная автономия мусульман округа ОМДС, но в дальнейшем реальное создание единой автономии по целому ряду причин стало фактически не осуществляемой.
II Всероссийский мусульманский съезд июля 1917 г. выдвинул сразу три варианта развития мусульманской общины Волго-Уральского региона – проекты религиозной автономии, которые были бы под контролем светских лидеров и территориальной автономии в составе Российской империи. Проект единой религиозной и национально-культурной автономии (НКА) получил большинство голосов делегатов съезда, в то время как проект татарской автономии, выдвинутый левыми татарскими социалистами, не был поддержан.
В Уфе с ноября 1917 г. по январь 1918 г. прошло заседание Национального Совета, на котором была принята конституция национально-культурной автономии тюрко-татар (мусульман) Внутренней России и Сибири, и было создано Временное национальное правительство во главе с Садри Максуди, с местопребыванием в Уфе. И, надо сказать, именно этот орган в дальнейшем объединит большинство татар и башкир вокруг советской власти. Три его министерства (назарата) состояло из трех могущественных корпораций: собственно ОДМС (Диния назараты), Министерства просвещения (Магариф назараты) и Министерства финансов (Малия назараты), представленное национальной буржуазией и их фондами. Представители общенациональных центров – Казани, Уфы и Оренбурга/Троицка – имелись в каждом из трех министерств. В нем было особо отмечено сохранение Духовного Управления, но «с условием невмешательства в политические дела».
Одновременно на той же сессии Милли Меджлиса сторонники федеративного устройства сумели добиться провозглашения Штата Идель-Урал. Однако у идеи создания национально-культурной автономии тюрко-татар нашлись противники. Этот, своего рода зарождающийся «пантюркизм», сразу не поддержали башкирские националисты – они требовали образовать отдельное башкирское духовное правление. Радикальное молодое учительство и военные выступили с планами создания территориальной автономии и воинских частей. Всё тюрко-татарское население Внутренней России и Сибири было разделено на национальные округа, в которых планировалось создать местные органы управления – городские и окружные меджлисы с исполнительными органами, ведающими духовно-религиозными, культурно-просветительскими и благотворительными направлениями. В конечном итоге этот чрезмерный либерализм позиций привел к распылению сил, а конкуренция между различными группировками за контроль над нацией резко взросла. В апреле 1918 г. было издано решение за подписями наркома по делам национальностей РСФСР И. Сталина и главы Мусульманского социалистического комитета Мулланура Вахитова о роспуске правительства НКА (Милли Идарэ). Но вскоре органы НКА возродились снова в виде религиозной автономии и действовали вплоть до конца Гражданской войны, невзирая на строгие взоры советской власти и репрессии режима Колчака.
Герб (проект) Автономной Татарской ССР в 1920 г.
Свержение господствующей буржуазии и помещиков в результате Октябрьской революции 1917 г. коренным образом изменила условия развития национальных отношений и заложила основы для решения национального вопроса. Если раньше в национальном вопросе «единой и неделимой России» проводилась политика насильственной русификации инородческого населения в лице монархических и черносотенных партий и насаждения русского языка в национальных школах, то теперь нации, как мы это показали выше, требовали культурно-национальной автономии, которая имела бы свободу самоопределения, вплоть до образования самостоятельного государства. Принятые Совнаркомом «Декларация прав народов России» (2 ноября 1917 г.) и «Декларации прав трудящегося и эксплуатируемого народа (январь 1918 г.) имели огромное значение, наряду с декретами советской власти «О мире» и «О земле», способствовавшие объединительным процессам.
Так, основные положения национальной программы большевиков включали: полное равноправие наций (без привилегий ни одной
