рот. Стакан тёплой воды завершил поздний обед. И, поди же ты, Юрий не сумел сразу подняться из-за стола. Он и в самом деле весьма и весьма плотно покушал.
Как пояснила Вика, очень скоро Юрий окончательно определиться, сколько именно ложек сухой «похлёбки» ему нужно для полного насыщения. Так что давиться «сырой бумагой» ему придётся максимум одной ложкой. В крайнем случае двумя. Разведённую «похлёбку» лучше не хранить. Заодно получится сэкономить на электричестве для холодильника. Мелочь? А всё равно приятно.
В общей сложности уборка квартиры заняла больше двух часов. Юрий вытащил и спустил в мусоропровод несколько мешков с мусором. Это просто удивительно, до какой, оказывается, степени можно засрать маленькую однокомнатную квартиру. Новое постельное бельё пришлось очень кстати. Ткань матраса на ощупь чем-то похожа на пластик, однако грязь сошла с неё без особых проблем. А вот простыни и наволочки от прежнего владельца квартиры засраны едва ли не в прямом смысле этого слова. Как подсказала Вика, в подвале их дома имеются стиральные машины для самообслуживания, но Юрий с ходу отказался тратить деньги на попытку отстирать эту дрянь. Бельё от прежнего жильца не привлекло его даже в качестве тряпок.
Одного комплекта белья на первое время вполне хватит. Конечно, если самому не забывать о гигиене собственного тела. Второй комплект Вика посоветовала купить со следующего пособия. Так, по словам новоявленной соседки, гораздо удобней: чистый комплект постелил, грязный тут же унёс, постирал и повесил сушиться прямо в квартире. В подвале дома имеются электрические сушилки, но ими лучше не пользоваться вовсе.
Пол в квартире пришлось мыть в трёх водах. Под конец капитальной уборки Юрий изрядно употел. Душ лишним не будет. Едва грязное содержимое последнего ведра с бульканьем стекло в унитаз, как в душе созрело озорство. В гостиной, прямо при Вике, Юрий стянул с себя тюремный костюм вместе с трусами. Однако не зря говорят, что шутить с женщиной опасно. Так оно и получилось.
— А фигурка у тебя не очень, — критично заметила Вика, вид голого Юрия её ничуть не смутил. — Для своих лет ты выглядишь хорошо, сказывается крестьянская закалка. Но жизнь в глубинах «Благодатного мира» не прошла для тебя бесследно.
— Ты это о чём? — Юрий встревожился не на шутку.
Вместо ответа Вика ткнула пальцем в зеркало возле входной двери. Юрий рысью подскочил к нему и принялся рассматривать собственное отражение. Чёрт побери, злость и раздражение скатились по пищеводу горькой слюной, Вика права. Крестьянский труд тяжёл. Чем, чем, а ожирением Юрий никогда не страдал. Однако беззаботная жизнь в Сочи 2.0 сыграла с ним злую шутку. Вот где самым неожиданным образом вылезли многочисленные и очень вкусные пиццы, конфетки, пиво и прочие «неправильные» продукты питания. Никогда ещё талия Юрия не была такой большой. Но, как говорится, через месяц-другой жизни в Сочи 2.0 она непременно начала бы свешиваться через ремень.
— Ну как же так? — Юрий удивлённо принялся щупать жирную складку на животе. — Ведь ничего подобного у меня никогда не было.
— А ты разве не знаешь, что в глубинах «Благодатного мира» можно как угодно изгаляться над собственной внешностью?
— В смысле изгаляться? — спросил было Юрий, но тут же осёкся.
Ну, конечно! Анастасия. В реальном Вельшино бывшая невеста была дурнушкой, жирной и с кривыми зубами. В базовой локации «Вельшино» она заметно похорошела. Как позже понял Юрий, персонал екатеринбургского «могильника» по доброте душевной поработал над её внешностью. Ведь в «могильнике» работают не только мужики. Как тут не вспомнить о женской солидарности. И уже в Новосибирске 2.0 Анастасия сама придала своему телу точённую фигурку глянцевой фотомодели.
— По лицу вижу, что слышал, — усмехнулась Вика. — Заодно распутная жизнь в глубинах «Благодатного мира» никак не отражается на твоей внешности. Ты как был стройным деревенским мальчиком, так им и остался.
Чёрт побери, Юрий повернулся к зеркалу боком, собственное отражение расстроило ещё больше. Вика снова права. В «Усладе», прости господи, в общине конченных наркоманов, из еды только два вида гамбургеров, зато самая разнообразная наркота без ограничений. Более нездоровый образ жизни чем в «Усладе» ещё нужно поискать. Однако все без исключения наркоманы хотя бы внешне остались людьми.
Особенно запомнилась тощая девица с длинными взлохмаченными волосами, чью весьма выразительную грудь перетянул белый топик. Прямо на его глазах она вколола себе в левый локтевой сгиб какую-то дрянь. И ничего, прямо на глазах крошечная ранка от иглы затянулась и пропала, кожа на локтевом сгибе вновь стала гладкой и чистой. Хотя, если разобраться, то этот самый локтевой сгиб должен быть утыкан иглами по самое не хочу. Да и не только он.
— Я так понимаю, — Юрий повернулся к Вике, — здесь, в Верхнеянске, все недостатки фигуры и нездорового питания тут же вылезают наружу.
— Верно понимаешь, — Вика кивнула.
— Тогда ты…, — Юрий выразительно уставился на Вику.
Вместо ответа Вика поднялась с кровати и неторопливо, будто дразня, задрала подол лёгкого платья с коричневыми узорами. Над белыми трусиками проступил подтянутый живот. Нельзя сказать, что сквозь кожу выперли кубики мышц, но то, что жировых складок нет, это точно.
— Да, я такая, как есть, — Вика отпустила подол платья.
Юрий стыдливо отвернулся. Невероятно! Неужели соседка и в реальной жизни такая? Ни или была бы такой, если бы не виртуальная капсула. Перед глазами очень не вовремя промелькнули воспоминания о старой женщине, в чью виртуальную капсулу уложили Юрия в момент переселения в «Благодатный мир». Тонкая, как пергамент, кожа и выпирающие через неё кости. Вот что значит полная атрофия мышц.
— Не переживай, — Вика по-своему поняла смущение Юрия, — на «похлёбке» без вкуса ты быстро потеряешь лишние килограммы. Однако, для полной гарантии, купи себе кеды и возьми привычку пробегать каждое утро не меньше пяти километров. В идеале не меньше десяти. Это не только полезно для талии, но ещё более полезно для социального рейтинга.
— Вика, — Юрий не выдержал и вновь повернулся к новоявленной соседке, — почему ты так часто поминаешь этот самый социальный рейтинг всуе?
Вика и в самом деле слишком часто говорит о социальном рейтинге. У Юрия сложилось впечатление, что все её думы, поступки и образ жизни в целом направлен исключительно на этот самый социальный рейтинг.
— Эх, «недобиток», — беззлобно произнесла Вика, — никогда ты не жил с социальным рейтингом. Даже не знаю, хорошо это или плохо.
