— А почему нельзя съездить в Стокгольм и выяснить все на месте?
— Он настолько хорошо воспитан, что сочтет своей обязанностью быть на месте, когда я приеду, хотя это будет очень трудно для него, и даже если он не будет хотеть этого… Знаешь, давай не будем на эту тему, хорошо?
Рой, то и дело сочувственно поглядывая на племянницу, украсила стол розами и веселенькими красно-белыми салфетками.
— Я разговаривала с Билли на днях, — сказала Рой, раскладывая серебряные приборы. — О себе он и полслова не сказал. Молчит о том, чем он занимается в Нью-Йорке. Уж не начать ли нам поиски женщины?
Сари поставила на стол миску с салатом и села.
— В прошлый раз, насколько я знаю, произошел разрыв из-за беременности, — сказала Рой. — Так что, он нашел еще кого-то?
— Тетя Рой, только не говорите маме. Она и так была страшно расстроена, когда Билли внезапно исчез. И потом… пока еще не все ясно…
Громкое шипение наполнило кухню, когда Рой открыла крышку сковородки и вилкой положила две большие отбивные на тарелку Сари.
— Обещаю молчать и вся внимание, — сказала она.
— В тот вечер, когда мы обедали во французском ресторане, Билли был очарован миссис Штольц.
— Алфея! — воскликнула Рой. Она зацепила тарелку, и отбивные едва не упали на пол. — Так значит она та женщина?
— Это пока догадка.
— Ну, это какая-то завиральная идея!
— Она сейчас в Нью-Йорке.
— Как и четыре миллиона других женщин. Ха, Алфея! Ведь она моя ровесница! А Чарльз даже старше Билли! — Ею руководило отнюдь не недоверие, а скорее ярость, которая и заставила ее извергать слова тоном морского сержанта. — Как ты могла до этого додуматься?
— Ну ладно, ладно, — пробормотала Сари. — Забудь об этом.
— Я вовсе не ругаюсь на тебя, — проговорила Рой, поглаживая племянницу по тонкой руке. — Но уж слишком невероятная вещь!
— Билли всегда привлекали женщины постарше… Помнишь Неллу?
Нелла, с которой Билли жил несколько месяцев, когда ему исполнилось двадцать лет, работала манекенщицей в «Патриции».
— Да, старая карга, ей было двадцать восемь, — раздумчиво сказала Рой.
— Я не могу сказать тебе ничего вполне определенного… кроме того, что Билли в тот вечер был явно увлечен миссис Штольц. И она все время улыбалась ему… Хотя Чарльз и говорил мне, что она очень сокрушалась по отцу.
Сари практически ничего не съела. Рой, позабыв о своей диете, навалилась на отбивные и аппетитный хлеб и почти полностью опустошила миску салата. Сигналы, регулирующие обмен веществ, не срабатывали, и пища сгорала в желудке, не утоляя голода. Высказанная догадка Сари вызвала в памяти Рой два воспоминания: темная купальня и вскинутые вверх длинные, тонкие, белые ноги Алфеи; и еще душная спальня в отеле Оахаки, где Джерри откровенно сказал ей о своей любви к Алфее.
После ухода Сари Рой стала возбужденно ходить по комнате. Она больше не считала предположение племянницы невероятным. Более того, чем больше Рой анализировала поведение Билли, его внезапный отъезд, невероятную секретность и сопоставляла это со склонностью Алфеи к распутству, тем крепче становилась ее уверенность, что подобная связь могла иметь место.
Внезапно Рой остановилась столь резко, что халат едва ли не дважды обвился вокруг ее ног. Ладно, подумала она. Сари либо права, либо ошибается. Мы с Мэрилин должны это выяснить.
На следующее утро Рой позвонила сестре около восьми часов.
— Как насчет ленча?
— Сегодня? — в голосе Мэрилин послышалась тревога. — Рой, у тебя все в порядке? Что-нибудь с мамой? Или у тебя проблемы с моим гардеробом?
— Ничего такого, о чем ты говоришь. Просто я хочу поговорить с тобой. Если ты сегодня очень загружена, мы можем встретиться, когда ты освободишься.
— Нет-нет! Я буду сразу после часа.
Сестры всегда завтракали вдвоем в «Патриции». Хотя в Беверли Хиллз привыкли к встречам со знаменитостями и не очень досаждали им, все же Мэрилин раздражали любопытные взгляды и шепот: «Ты не смотри сразу, но вон в той кабине Рейн Фэрберн».
Рой сделала заказ, и в час пятнадцать два деревянных блюда хрустящих нашинкованных овощей с ломтиками розовой ветчины, индейки и бекона и розетки с аппетитными соусами уже стояли на скатерти, покрывавшей тот самый видавший виды стол, который служил еще миссис Файнман.
Мэрилин принесла с собой запах тонких духов и свежести; лицо ее сияло удивительной чистотой. Рой оглядела сестру, как это мог бы сделать какой-нибудь молодой человек, и решила, что легкие морщинки на лбу и некоторая припухлость лица лишь придают ей дополнительное очарование, делая более земной.
— У меня испачкано лицо? — спросила Мэрилин с мягкой улыбкой.
— Прости, я просто думала о другом… Садись, Мэрилин… Тебе чаю или кофе?
— Чаю, пожалуйста.
Рой послала секретаршу вскипятить чайник. Помещение, предназначенное для склада, недавно было переделано в просторную, симпатичную комнату для служащих с плитой и холодильником.
— Так в чем все-таки дело? — спросила Мэрилин. — Что за тайны? На тебя это совсем не похоже. Или вчера вечером тебе что-нибудь рассказала Сари?.. Бедная девочка! Знаешь, Рой, я знала, что от Чарльза нельзя ждать ничего хорошего.
— Она была здорово расстроена. Я поняла, что поездка в Европу не состоится.
— Увы! — вздохнула Мэрилин. — Бедняжка Сари! Она все так тяжело переживает.
Рой полила салат соусом.
— Меня очень обеспокоило то, что она рассказала о Билли.
Красивые глаза Мэрилин подернулись дымкой, и она опустила их. Внезапный отъезд Билли без каких-либо объяснений она восприняла как отказ работать с ней. Вот уже два месяца Мэрилин чувствовала себя загнанной в какой-то темный туннель, но тот, кто загнал ее туда, был ее ребенком, которому она принесла в жертву свою любовь. Мэрилин то и дело возвращалась к мыслям о Линке, пытаясь представить, как сложилась бы их совместная жизнь, если бы много лет назад она не стала руководствоваться материнским долгом и приняла иное решение. Хотя Линк и не женился вновь, он ни разу не спросил Би-Джей о ней. Никакой человек не может ждать целые десятилетия. Линк был доволен своим статусом разведенного. Для него она без всякого сомнения значила гораздо меньше, чем та же Гудрун, которая была, кстати говоря, лишь одной из сонма экзотических иностранных подружек. И что она имеет после своего отречения? Сына, который отказывается от нее. Иначе говоря — ничего, абсолютно ничего.
Не имея сил посмотреть Рой в глаза, она наколола на вилку маленький кусочек ветчины.
