Рябой мандречен догнал маленького эльфа, схватил его за плечо.
– А, попался, поганый крысеныш, – с наслаждением прорычал мужчина.
Тот вскинул руку. У Дарины дрогнуло сердце, когда она увидела растопыренные в защитном знаке маленькие пальчики. Но метнуть заклинание мальчик не успел. Мужчина перехватил детскую ручку и перекрутил ее так, что даже ведьма со своего места услышала хруст кости. Финголфин закричал. Брызнула кровь.
Между ладоней Марфора проскочили синие искры. Дарина опомнилась и привычным жестом размяла пальцы.
– Бородач твой, – сказал эльф, и шрам на его лице дернулся. – Я постараюсь прикрыть тебя от той чудовищной девахи…
Теплая пустота выплюнула Ингвара. По ушам резанул пронзительный вой. Перед глазами воина мелькнули деревья, две девушки и алая полоса крови на вытоптанной траве. Дружинник ударился ногами о землю, упал на одно колено. Ингвар покосился на девушек – это они кричали. Вокруг них в беспорядке метались несколько подростков. Воин увидел, что у девушек совершенно одинаковые лица и платья – черные, с фиолетовой руной «V» на подолах. А может, это была какая-то другая руна, но сейчас этого было уже не разобрать – по подолам были разметаны желто-красные внутренности.
Резко запахло озоном, горячая струя воздуха полоснула Ингвара по лицу. Воин подавил желание отпрянуть, застыл, как статуя и зажмурился. Нестерпимо горячая сфера со свистом промчалась мимо него. Раздался глухой удар. Когда Ингвар открыл глаза, девушек уже не было. Над воронкой поднимался черный дым и пахло горелым мясом.
– Дерьмо, – пробормотал Ингвар на неречи. Огонь, который метнула ведьма, опалил дружиннику князя брови и усы.
– Дерьмо у тебя в башке, – хрипло ответили ему с неба, тоже на неречи. – А это – огненный шар!
Ингвар расхохотался. Воин узнал голос. С этой ведьмой Ингвар протанцевал всю вчерашнюю ночь напролет. Утром, когда князь объявил о своей помолвке с целительницей крыла «Змей», Ингвар и Ундина заявили, что исполнят старинную боремскую песню, очень подходящую к случаю. Выступление дуэта было принято очень благосклонно всеми, кроме самой невесты. Светлана единственная владела неречью и сразу поняла, что Ингвар и Ундина поют неприличную песню о сватовстве школяра.
– Еще один такой шар, – закричал воин, запрокинув голову. – И я останусь без своих шариков!
– Невелика беда, железные пришьешь! – отвечала ведьма.
Краем глаза Ингвар увидел, как дружки погибших девушек подбирают камни с земли и направляются к нему. Боевая ведьма прикончила раненых сестер из милосердия, спасти их было нельзя. Но подростки этого не поняли.
– Не, они звенеть будут! – крикнул Ингвар, вытаскивая из-за пояса кистень. – А мне в разведку ходить!
Один из подростков метнул в воина камень. В воздухе вспыхнул голубой щит – ведьма прикрыла дружинника, и камень, срикошетив, гулко стукнул парня по голове. Подросток упал, остальные остановились.
Рябой бородач вдруг отпустил маленького эльфа и осел, как будто его ударили обухом по голове. У Финголфина мутилось в глазах от боли, но маленький эльф понял, что сейчас не время падать в обморок. Качаясь, он пошел вперед, придерживая покалеченную руку второй. После трех шагов Финголфин упал без чувств. Но Кулумит успел подхватить сына, прижал к груди и опрометью бросился к дороге.
– Да благословят тебя боги, женщина! – крикнул он Дарине на бегу. Урсула бежала рядом с мужем, пытаясь придерживать маленькую ручку, болтавшуюся в такт шагам. Распустившаяся светлая коса хлопала по спине эльфки.
– Зря ты его не прикончила! – прошипела Елена с яростью. – Против баб и детей-то они молодцы!
Дарина рассеянно улыбнулась и отвела задумчивый взгляд от почти прогоревшего Купальца. Ведьма не смогла воспользоваться своей Чи – чудовищные близняшки успели заблокировать ее каналы. Удар пришел из-за костра, и судя по расстоянию и мощности, его провел очень сильный маг. Дарина попыталась прощупать, кто же это был, и ей это удалось.
Марфор покосился на Дарину. Ведьма, спохватившись, придала своему лицу восхищенное выражение и спросила, кивая на черную воронку и дрожащий над ней черный дым:
– Как ты это сделал?
Эльф на миг опустил глаза. Марфор ничего не сделал – девушки, почувствовав эфирную атаку, закрылись коконом из мертвой силы, который он пробить не мог. Эльф видел, как они ударили Дарину.
Это не Марфор разомкнул каналы сестер, распутал их в том самом месте, где Чи одной близняшки преобразовывалась в Цин второй. Их ауры из замкнутой системы превратились в две самостоятельные, из-за чего разорвались и тела сестер. Это сделал кто-то другой.
Кто-то, кто мог управлять мертвой силой.
Марфор почувствовал, откуда пришел удар, и ему очень хотелось просканировать пространство в том месте. Но увы, через Огонь Марфор, маг Воды, не видел.
– Да так, – уклончиво сказал эльф. – Как-то само получилось… Пойдемте скорее.
Николай подоспел к бородачу тогда, когда отец маленького эльфа уже скрылся в лесу с сыном на руках. Он услышал, как рябой бормочет:
– А-аа, убешал, шволочь маленькая… Ну нишего, от нас не убешишь…
Бородач начал подниматься на ноги. Огненный шар прочертил воздух чуть левее мужчин и с грохотом ударился о землю. Рябой обернулся, щурясь.
Николай ударил его в лицо, от души, с хрустом и коротким «чвак». Бородач снова упал.
– Сидхи наших бьют! – тонким, мальчишеским голосом крикнул кто-то позади Николая. Мужчина поспешно обернулся – у Чистильщиков, скорее всего, были ножи. Подростки приближались к Николаю. Мужчина узнал сына соседки и сказал удивленно:
– Светозар, и ты здесь?
Лицо парня исказила насмешка.
– Защити свой дом!– еще громче закричал он. – Бей проклятых магов!
Николай попятился.
– Отойди-ка, – сказал над его ухом голос с твердым боремским акцентом.
Николай изумленно обернулся. Синий кафтан неведомо как очутившегося здесь рослого мужчины украшала аппликация из черной кожи – тритон в геральдической позе. Из-под кафтана поблескивала кольчуга. «Дружинник князя», с неимоверным облегчением подумал Николай.
Слева от них воздух засиял, заискрился. Боевая ведьма, зависшая в воздухе над ними, шарахнулась в сторону от открывающегося телепорта. Из пустоты вывалился еще один дружинник. Через секунду в аршинах пяти от него – третий.
– Вы очень вовремя, – сказал Николай с чувством.
Дружинник усмехнулся и перехватил кистень из одной руки в другую.
Когда эльфы и их подруги оказались в оливковой роще, Марфор поцеловал ведьму и сказал:
– Ну все, девочки налево, мальчики направо. Приходи завтра в Хельмутов грот.
– Но я… – пробормотала Дарина.
– Я тебе покажу дорогу, – сказала княжна. – Встретимся у старого рудника сразу, как стемнеет, договорились?
Ведьма кивнула. Княжна обняла своего возлюбленного.
– Будь осторожен, – сказала она. – Бумаги береги…
– Не волнуйся. Может, там, в лесу, какого мужичка подберете, – сказал Ульрик.
– Прихватите с собой, ширинку расстегнуть не забудьте, и все шито-крыто будет, – добавил Марфор.
В этот момент кусты прямо перед ними раздвинулись, и оттуда появилась эльфка в коротком черном платье без плечей. И хотя черные «иглы» растрепались и торчали уже не так нахально, как в начале праздника, Дарина узнала ее. Эта эльфка за праздничными столами вовсю обнималась с Поджером, а потом убежала водить хоровод вместе с Кариной. «Какое-то сладкое у нее имя, кондитерское», подумала ведьма. – «Марципан, нет, лакрица, нет… А, Ваниль!».
– Я слышу, тут собираются в лес по мужики? – сказала эльфка. – Тут в роще как раз валяется один. Ширинка уже расстегнута.
Марфор улыбнулся.
– Ты неподражаема, Ваниэль, – сказал он. – Как всегда…
– Как вы вообще от них рожаете? – продолжала Ваниэль, обращаясь к девушкам. – Пятнадцать минут настаивал на том, чтобы взгромоздиться на меня. Очевидно, исключительно для того, чтобы я в полной мере могла насладиться оригинальным тонким ароматом из его рта. По чести говоря, этой вонью можно прикончить скунса за минуту. Два раза качнул и заснул! На мне!
