Я приезжаю к нему раз в ар, перед сезоном дождей. Он единственный мой близкий человек.
- Почему именно перед поводнем?
- В этих краях еще достаточно тепло, а самое холодное время я предпочитаю проводить в Мюрджене или Астрэйелле.
- Астрэйелле?! Говорят, между княжестовм и империей идет война, - скептически бросил Дим.
- Разве это может остановить того, кто по-настоящему что-то хочет? К тому же у меня всегда с собой есть пропускные билеты.
Мир никогда не изменится. Наличие золотых решает все.
- Мне нравится Эфранор и его пригород, я часто наведываюсь туда, но там дождливо и совсем тускло в миноры поводня, поэтому более холодное время я пережидаю в Мюрджене.
Благодарить небеса за подобный подарок не хотелось, но он все же не мог не признать, что встреча с Ланой оказалась очень даже кстати.
- И когда планируешь отплыть на этот раз? – поинтересовался он.
- Какое-то время я проведу с братом. До того, как окончательно испортится погода и море начнет штормить, есть еще как минимум семидневья два.
Дим едва сдержал возглас досады. Столько дней еще он будет вынужден проторчать здесь!
- Попутчика возьмешь? - небрежно спросил мужчина, переборов свое нетерпение.
- Ты хочешь вернуться в Мюрджен? – Лана довольно улыбнулась, - мне очень не хватает хорошей компании.
После завтрака вернулись на берег реки, где произошла их встреча.
- Здесь красивые места, - девушка смотрела на него.
- Да, - согласился Дим, - мне всегда нравилась ваша земля.
- Почему же ты не захотел остаться с нами?
Он пожал плечами.
- Я искал свою дорогу, однако каждый путь, выбираемый мной оказывался ошибочным, не моим. Пока я окончательно не заблудился. Теперь я уже и сам не понимаю, что мною когда-то двигало.
- Хочешь я покажу тебе окрестности? Или ты спешишь назад?
Дим не спешил. Несколько дней ушло на то, чтобы объехать местные красоты и насладиться окружающим миром. Возвращение он принял болезненно. Чем дальше он находился от этого дома, тем ему было легче. Для него и вовсе было бы лучше остаться в селе и подождать пока Лана отбудет на свой корабль.
Мазь, которую дала ему Олайя всего за несколько дней заметно улучшила состояние его раны. Спало воспаление и края стали затягиваться. Однако несмотря на избавление от физических страданий, это еще больше привнесло сумятицу в его душу.Зачем ей было о нем заботиться? Чувство вины? Или ее сущность целителя повелевает ей помогать всем страждущим? Или..? Он ей еще не безразличен?
Часто он видел Олайю в компании Бренны и ее двух сыновей. Он помнил свое ошеломление, когда первый раз увидел Стефана. Его будто швырнули в прошлое на тридцать пять аров назад, и он вновь увидел маленького Аурино. Дим не смог сдержать свое изумление и поделился наблюдениями с Бренной.
- Он всего лишь ребенок, - жестко ответила она и за ее плечами будто выросли крылья куда грознее, чем мечи воительницы.
Дим пожал плечами. Он не воюет с детьми.
Все эти дни он проводил много времени с Ланой. Девушка постоянно была рядом, но это не обременяло, а наоборот помогало отвлечься от тоскливых мыслей. Однако ничто не могло вытеснить из его головы думы о главном – о его цели.
Здравый смысл не давал ему забыть о том, что его враги могущественны и ненавидят его не менее, чем он их, и не менее чем он сам горят желанием уничтожить его. У него же нет ничего: ни его дара, ни былой власти, ни даже денег, хотя бы для того, чтобы нанять банду головорезов себе в помощь. У него есть только он сам.
А еще таинственные незнакомцы, которые развлекаются за его счет, наблюдая за его жизнью и внося в нее свои безумные коррективы, когда им заблагорассудится. Он же даже не мог понять или предугадать их действия. Будут они просто смотреть или же вновь вмешаются и пустят все наперекосяк. Единственное что он знал наверняка – помощи от них ждать не приходилось.
Затягивающаяся рана убрала скованность движений, а недавний бой на постоялом дворе, где он за несколько мен разобрался с тремя противниками говорил о том, что его тело помнит. Ары тренировок и беспощадной муштры не канули в Бездну вместе со всем остальным. Все, что у него осталось – его умения воина. Возможно не так много в мире, где правит другая сила, но и не совсем ничего. Он ввяжется в этот бой. А там уже ничего не останется – только дойти до цели.
Пока было время Дим занялся тем, что когда-то составляло огромную часть его жизни. Тренировками, отработкой навыков. Упражнения на выносливость, силу, владение мечом, метание любого холодного оружия, даже стрельба из арбалета. Благо арсенала, одолженного у хозяина дома хватало, на то чтобы вновь почувствовать себя мастером боя.
К тому же через несколько дней у него появились добровольные помощники. Бренна и Рамир не упустили такой возможности и влились в его занятия. Ему это было только на руку. Боевые спарринги, позволяющие отрабатывать навыки борьбы на настоящих партнерах увеличивали эффективность его занятий.
- Ау! – возмущенно вскрикнула Бренна, когда меч Дима прошелся ей по бедру, вспарывая штанину. Рамир бросился вперед, отвлекая внимание на себя. Дим пригнулся, уходя от широкого лезвия меча принца, отпрянул назад, коротким ударом клинка отбивая внезапную атаку воительницы.
- Вообще, у тебя бедро вспорото от колена до паха, - напомнил он ей.
- А я на морально-волевых, - нагло заявила ему та, поднимая свой клинок.
Меч и рапира блеснули, одновременно нанося скользящие удары, со скрежетом, скрещиваясь в воздухе. Атака, еще одна. Дим легким движением ушел в бок, меняя направления удара и делая обманный выпад в сторону Рамира. Бренна кинулась к нему, делая короткий замах и ее клинок прошел в волоске от щеки Дима. Он перехватил рукоять и резким движением меча назад достал до живота противницы. Задержал на мгновение, обозначая удар и протянул лезвие вверх, «вспарывая» ее до самой грудины. Бренна с досадным рычанием в сердцах бросила свой клинок на землю, признавая поражение. Рамир сделал стремительный выпад. Дим отвел его меч мощным поворотом запястья и ударил носком сапога по незащищенной голени. Принц оступился, пропустил удар в плечо, открылся, подпуская противника к себе на расстоянии вытянутой руки. И тут же узкое лезвие тонкого кинжала застыло у его шеи.
- Сегодня получилось чуть дольше, - Дим удовлетворенно хмыкнул. Нельзя
