осушена. А сколько еще таких она выпила? И вот теперь он стоял здесь, перед женщиной, которую любил, перед женщиной, с которой — он, наконец, осознал — хочет провести всю жизнь, а она была одурманена настолько, что находилась на краю безумия.
Она видела перед собой Эштона Мак-Кеггерса, глядя на Мэтью, это было совершенно очевидно. Но почему? Почему его? Что этот наркотик заставил ее почувствовать, каким образом затуманил ее разум и отравил зрение?
Он сказал.
— Так… — потребовалось мгновение, чтобы он смог продолжить. Она смотрела на него нетерпеливо и вдруг подалась вперед и взяла его за руку. Если она и способна была разглядеть татуировку между его большим и указательным пальцами правой руки, она предпочла ее не заметить. — Так… — повторил он. — Ты не нашла… — Господи, как же тяжело было говорить с ней вот так! Это был сущий кошмар. Он чувствовал, что вот-вот расплачется, но заставил себя продолжить. — Ты не нашла Мэтью?
— Нет, — ответила она, и глаза ее потускнели. — У нас есть друг здесь… он преподаватель в местном университете, как я понимаю. Его зовут… доктор Идрис. Да, кажется, правильно. Он говорит, что поможет нам найти Мэтью. Хадсон говорил с ним.
— Это Хадсон тебе сказал?
— Нет. Другой человек. Но он сказал, что Хадсон рассказал все доктору Идрису, и доктор пообещал помочь нам. Я его не встречала, но, похоже, он очень хороший человек, раз проявляет такое участие.
— Я в этом уверен, — процедил Мэтью сквозь плотно стиснутые зубы. Его желудок натужно сжался, и молодой человек испугался, что от напряжения его вывернет наизнанку прямо здесь, в этой опрятной и аккуратной гостиной. — Берри… пожалуйста… скажи мне, как вы с Хадсоном добрались до этого места?
— Со мной в Лондоне приключился несчастный случай, — сказала она без заминки. — Я помню… падение. С лестницы, похоже. Я думаю, что ударилась головой. Я помню поездку в карете… помню, как смотрела за мухой на стене. Я помню, что меня кормили с ложки говяжьим бульоном. Но, похоже, я немного путаюсь в воспоминаниях. Моя голова еще не достаточно прояснилась.
— Это Хадсон сказал тебе, что ты пострадала в несчастном случае?
— Нет, другой человек сказал. Тот, про которого я тебе уже упоминала. Его имя… ох, оно странное. Я помню его лицо, но никак не могу запомнить его имя. Ну… я как в тумане, Эштон. Мне кажется, я так сильно волновалась о Мэтью… я просто не могу держать это все в своей бедной голове, — она улыбнулась ему, и это было ужасно, потому что сейчас ее глаза выглядели мертвее, чем когда он только прибыл. — Как это случилось… эта женщина знала доктора Идриса, и она сказала, что он может дать нам убежище, пока я… ну, знаешь… не поправлюсь. А он большой человек с большими связями, и он может помочь мне найти Мэтью, но это может занять какое-то время. Ох! — воскликнула она быстро, и этот звук для Мэтью был сигналом тревоги.
— В чем дело?
— Так странно. Мне на секунду показалось, что ты без очков.
Мэтью опустил глаза в пол. Собравшись с силами, он сказал:
— Мне очень приятно, что ты была так рада нашей встрече.
— Я все еще не могу поверить, что ты здесь! И в этом — еще одна странность. Этот человек… его зовут… Дэнли? Или Дэниел… как-то так… он спрашивал меня, кого бы я выбрала… то есть, к кому бы пошла за утешением, если бы поиски мои были безнадежны. Ну, если бы Мэтью был… понимаешь… мертв. И я сказала ему о тебе.
— Ах… — шумно выдохнул Мэтью.
— А потом, — продолжила она. — Мне начали сниться очень странные сны о тебе. По-моему, я видела во сне твое лицо каждую ночь. Ты приходил ко мне… говорил, что все будет хорошо… ты хотел успокоить меня и просил доверять мистеру Дэниелу и доктору Идрису. Я видела тебя ясно, как днем: ты сидел у моей кровати и говорил со мной. И вот теперь ты здесь! Ах, Эштон! — воскликнула она, вновь бросаясь в его объятия, и в ответ на это по спине Мэтью пробежал холодок. — Я так благодарна тебе за то, что ты приехал!
— Я предполагаю… — с трудом ответил он. — Что когда этот мужчина спрашивал тебя обо мне, он просил описать меня в деталях. Верно?
— Вроде бы, да. Да, он просил. Мне кажется, что да. Впрочем, я уверена, что описывала тебя.
— И я уверен… — пробормотал Мэтью.
— Мы не задержимся здесь слишком долго. Пока что мне нужно поправиться и прийти в себя. А в это время доктор Идрис будет помогать нам. Он знает многих людей, у него много связей, и он может помочь нам найти Мэтью, но это может занять какое-то время.
— Да, — кивнул Мэтью. — Может.
Он прижал ее к себе сильнее, глаза его заблестели от слез, потому что он знал, что должен будет ее отпустить, как только выйдет из этого дома на искрящийся солнечный свет, заливающий это живое кладбище. Он боялся, что если не возьмет себя в руки, то сломается и рухнет на колени прямо посреди улицы, но он не хотел доставить Девейну удовольствие от такого зрелища. И Берри… милостивый Боже! Что, если Берри потеряна для него навсегда?
Но это было явно не то место, где он мог позволить себе поддаться чувствам.
— Мне нужно увидеться с Хадсоном, — мягко сказал он. — Я вернусь к тебе немного позже. Хорошо?
— Да. Пожалуйста. Мы можем вместе поужинать в таверне.
Мэтью сморгнул слезы перед тем, как поцеловать ее в щеку, затем посмотрел ей в лицо, но решил не вглядываться столь пристально, потому
