— Все хорошо, — солгала она, опуская голову. Ей не было хорошо. — Простудилась. Если мне не полегчает, я вызову врача, обещаю, — прошептала она и поцеловав меня в щеку, выбежала из кабинета.
Все навалилось одновременно. Стоило Насте выйти из помещения, как мой телефон снова зазвенел. Самойлов назначил мне встречу, и вот теперь, я на самом деле ощутил то, что назад дороги нет.
Посмотрел на часы: время близилось к вечеру. Что-то съедало меня изнутри, предчувствие чего-то нехорошего. Был ли у меня шанс разузнать все этим вечером и поставить точку на этом деле? Я должен был это сделать.
Ради Марины и ради Ксюши. И ради Насти, чтобы начать жить с ней в полную силу, никогда больше не оглядываясь назад.
Вдруг Евгений Самойлов не имеет к этому никакого отношения, и Ткачев ошибся и его внезапное богатство, и разорение — всего лишь стечение обстоятельств? Совпадение и не более. И мой тесть тоже здесь не причем.
— Михаил Альбертович, — звонил запыхавшийся детектив. — Вы дома?
— Да, — выдохнул с тоской.
— В общем, как я уже говорил, это ни черта не совпадение, — отрезал он. — Мне довелось узнать, что Самойлов и Шмелев на пару спонсировали Желудова и его напарника Каримова, — говорил он совершенно невозмутимо, а мое сердце обливалось кровью. — И заграницу Желудова тоже направил Самойлов. Помог ему бежать, в общем. Я могу прислать вам доказательства по электронной почте.
— Узнал причину? — сжимая телефон в руке, спросил я голосом с хрипотцой.
— У Шмелева был мотив, — ответил Ткачев. — Я узнал, что в девяностые, ваш отец работал на пару с его братом.
Он рассказывал мне историю из прошлого, а у меня перед глазами было лицо Насти. Построенные с большим трудом по-новой, с чистого листа, отношения, медленно скатывались вниз, в пропасть. Ну ведь она ни в чем не виновата…
— Альберт Михайлович подставил его, в результате чего, тот погиб, — сказал он. — Но это неофициальная версия, по официальной — брат вашего тестя разбился на машине.
— Может быть это неправдой? — уже в который раз я задавал ему один и тот же вопрос, чтобы смыть с отца Насти причастность к убийству.
— Да, — ответил мужчина. — Не отрицаю, что это могут быть слухи. Но, — добавил он. — Зачем тогда Шмелеву все это?
— Что насчет Самойлова? — отчаянно протянул я.
— Насчет него не знаю. В этом деле слишком много криминала, и если честно, мне было сложно все это разузнать. Думаю, за этим стоит кто-то очень серьёзный, — деловито протянул он. — Будем с вами на связи.
Я положил трубку. С огромным грузом в сердце сел в свое кресло, размышляя о его словах.
Пора было выезжать из дома на встречу, чтобы убедиться во всем лично и навсегда закрыть этот вопрос.
— Михаил Альбертович, — в кабинет постучала Екатерина. — Скоро будет готов ужин.
— Я не спущусь, — заметив, как кивнув, девушка потянула за ручку, остановил ее жестом. — Позовите ко мне Настю.
Зарылся пальцами в волосы, нервно отсчитывая время. Настя показалась спустя секунду, радостно улыбаясь и впорхнув в кабинет как бабочка. Легкая и воздушная. Слава богу, ее здоровье пришло в норму и прежний румянец вернулся на ее прекрасные щеки.
— Ты звал меня? — ласково спросила она.
Встав с кресла, быстрым шагом преодолел путь до нее и крепко обнял девушку. Настя захныкала, а затем сама прижалась ко мне, бормоча под нос разные нежности и признания в любви. Господи, я никогда не был верующим, религиозным человеком, но, сейчас, мне так захотелось помолиться, чтобы все обошлось, и эта девушка была счастлива. Со мной.
— Настя, — схватив ее щеки, я посмотрел на нее. — Мне нужно ехать на встречу, — посмотрев на настенные часы, прошептал я.
Лицо моей жены нахмурилось моментально.
— Но уже так поздно, — с дрожью в голосе протянула она. — Я пригласила на ужин Агату и Дашу. — Это встреча очень важна?
— Красавица моя, — перебил девушку, не в состоянии оторвать взгляда от глубоких зеленых, сияющих глаз. — Послушай меня внимательно.
Настя распахнула свои глаза и выдохнув, смиренно кивнула.
— Когда я выйду из дома, — произнес с трудом. — Закрой дверь и ни в коем случае не выходи. Дашу и Агату пусть встретят охранники.
— Хорошо, — ответила она, изгибая бровь в недоумении.
— Будь осторожна, — поцеловав ее ладонь, протянул я. — Никуда не ходи без Сергея или Мирона. Если тебе что-то понадобится — сразу звони моему отцу, хорошо?
Сказав это, я осекся, и зажмурил глаза, поняв, что произнес лишнего.
— Миш, — надломленным тоном произнесла она мое имя. — Зачем ты мне все это говоришь?
— Я еду на встречу, — стараясь сдержать приступ панической атаки, ответил я.
— Ты… прощаешься со мной? — добавила она и из ее глаз скатилась одиночная слеза. Разумеется, Настя не глупая, и ей стало все понятно. — Пожалуйста, не поступай со мной так.
— Меня не будет насколько часов, — убеждал ее я, но девушка уже была непреклонна.
