То было первое нападение Дингаана на белых людей.
Через несколько дней вождь прислал гонца сообщить, что ссора у него только с Кейном. Финн, лучший знаток языка зулу, взяв с собой брата, отправился в резиденцию. С ним было 80 носильщиков, которые несли подарки и одиннадцать ружей. К своему изумлению, он застал в королевском краале панику, вызванную рассказами Джекоба. Оказалось, Дингаан не только привел в боевую готовность всю свою огромную армию, но и отослал португальца, жившего здесь несколько лет, в Лоренсу-Маркиш, столицу Мозамбика, за ротой цветных солдат!
Финн вручил дары и вроде бы убедил Дингаана в том, что ему ничего не угрожает. Но когда он вернулся в Порт-Наталь, местный индуна заявил ему, что вождь снова собирается напасть на поселок. Колонисты снова попряталась, а индуна Сотобе поспешил доложить Дингаану, что белые попрятались вместе со скотом, который утаили от него, вождя! Дингаан выслал импи – вернуть скот, и поселенцы, в том числе и Финн, едва не расстались с жизнями.
Из неопубликованных записок Г.Финна, сохранившихся благодаря Э. Смиту.
(Эти строки были написаны Г.Финном в ответ на утверждения о том, что он постыдно бежал из Порт-Наталя. Написаны в Пондоленде, где Финн искал временного убежища. Эти же события описал и Айзекс, но на свой манер):
«17 июля прибыл к ама-пондо. До этого мы мирно жили в Порт-Натале вплоть до возвращения последней миссии из Капской колонии. Джекоб с Оглом вернулись раньше Кейна и доложили, что губернатор отверг слоновую кость, отосланную его Дингааном. Кейн был вынужден продать ее, чтобы купить Дингаану украшения.
Вскоре и Кейн вернулся, но разлившиеся реки затруднили его передвижение. За время его отсутствия прибыл посыльный от зулусов с приказом моему брату ехать к Дингаану. Они уехали вместе с Айзексом. Прошло десять дней, и прибыл вождь Умламбале и привез 4 быков и приглашение: все население с ружьями направилось на охоту за ворами, укравшими какой-то скот.
Тем временем я получил письмо от брата, в котором он рассказал мне, что слышал разговор Джекоба и Дингаана. Переводчик сказал вождю, что колония планирует напасть на зулусов. И тот снарядил отряды. То же самое повторил и Кейн, который видел на дороге несколько полков, марширующих в сторону поселка. Я срочно отослал людей и скот в соседний лес. Как раз в это время прибежал мальчик-зулус, с которым я дружил, и рассказал, что полки собираются напасть.
Прошло еще 4 дня (какие то были дни!), и прибежал гонец от Дингаана, сказав, что лично мне ничто не угрожает, а крааль Кейна окружен.
Вскоре мы снова отправились в резиденцию. На этот раз темой разговора были новости, которые Джекоб привез из Капской колонии. Джекоб начал с того, что был послан в колонию к губернатору Дингааном, чтобы забрать то, что тот даст. Губернатор отказался передавать подарки Дингаану. На обратном пути Джекоб встретил человека ндвандве – Имдвандо, который шепнул ему, что белые готовят атаку на зулусов и что лорд Сомерсет говорил: «Ждите, мы скоро придем!»
Прошло несколько месяцев, и «прогнозы» Джекоба не подтвердились. Дингаан понял свою ошибку и призвал поселенцев, покинувших свои места, вернуться и забыть страхи. Опальный Кейн даже взял на себя смелость посетить Дингаана!
Вся эта история оказалась настолько запутанной, что прояснить отдельные ее странички просто невозможно, да в этом и нет особой необходимости. Ясно одно: новый вождь зулусов не собирался повторять ошибки своего предшественника в отношениях с белыми пришельцами. Айзексу такие насыщенные событиями месяцы показались нестерпимыми. Он отбыл из Порт-Наталя в апреле 1831 г. на «Св. Майкле», чтобы никогда уже сюда не вернуться.
В 1832 г. поселок состоял из нескольких хижин, построенных по типу африканских. Да и все селение очень походило на крааль. Четверо Финнов жили в доме отдельно, а остальные – Кейн, Огл, Холстед и новый член колонии, 19-летний Ричард Филипп Кинг – внутри ограды. Тревога за свою судьбу не покидала никого. Вскоре стали прибывать новые колонисты. Дингаан пока никому не мешал.
Тот же 1832 г. был отмечен важным событием – прибытием научной экспедиции Эндрю Смита.
В истории Южной Африки сохранилось немного экспедиций, о которых было бы известно так же мало, как и о поездке Смита к Дингаану в 1832 г. Причина в том, что «научные» цели ее долго держались в секрете, а результаты так и не стали достоянием гласности. Ни одного отчета о ней до сих пор не найдено ни в южноафриканских, ни в лондонских архивах. Смит, наверняка действуя по какой-то тайной инструкции, пытался создать впечатление, что поездка в Наталь носит научный характер, и в этом он явно преуспел. Искаженными оказались даже сами сроки экспедиции.
Правда об этой таинственной миссии пробивала себе дорогу буквально по крохам, по обрывочным сведениям из дневников различных путешественников и миссионеров. Поиск велся десятилетиями. И вот Персивалю Кирби удалось отыскать в одной из 14 неопубликованных рукописей загадочные дневниковые записи, вернее, обрывки записей, помещенные под заголовком «Записки касательно Наталя». На бумаге видны водяные знаки 1828 г. Графологический анализ показал, что эти полевые дневники принадлежат Смиту. Они содержат сведения о племенах, которые встречались по дороге. Смит был дальновидным и практичным человеком и догадывался, что любые подобные сведения могут пригодиться в дальнейшем. Дорог в Наталь тогда проложено не было – кроме тех следов, которые оставили фургоны Грина и Коуи в 1828 г. и Бейна в 1829-м. За рекой Умтатой далее на север перед путешественником лежали неведомые земли. Им Смит пророчил большое будущее.
В 1832 г. он опубликовал в «Грэхемстаун джорнэл» свои путевые зарисовки, воспользовавшись уже упоминаемыми нами неопубликованными дневниками Финна и, конечно, собственными наблюдениями. Имелся у него и другой источник – дневники Фаруэлла, не увидевшие свет, но хорошо послужившие Смиту.
Вернувшись из путешествия в Наталь, Смит, несомненно, докладывал о результатах своих наблюдений, ибо интерес к тем землям возрос настолько, что 190 купцов собрались в Кейптауне и подписали «Мемориал» с требованием к правительству создать государственную службу в Порт-Натале с соответствующей военной охраной для торговли на местах. «Мемориал» содержит девять пунктов, в «семи из них упоминается Смит. Кроме того, «податели сего» попросили Смита написать «историческое сопровождение» к «Мемориалу», что и было исполнено 6 июня 1834 г.
Вот записи Смита, сделанные во время поездки из Порт-Наталя в крааль Дингаана с 28 марта по 14 сентября 1834 г. (сюда вошли не только его собственные наблюдения, но и те, что он старательно записывал за Финном, когда они путешествовали вместе):
