========== Глава 6 ==========
май 1998 г.
Поначалу время тянулось невероятно медленно. Миранда была полна всем тем, что произошло в тот октябрьский день, а заодно тем, что рассказал ей отец, и теперь каждое утро она вставала со смутным страхом, что что-то должно произойти. А сколько раз она спрашивала себя, могла ли ее трансгрессия из дома у моря прямиком в особняк Фростов указать лорду Волдеморту путь к ней домой, способ обойти Заклинание Доверия! Ричард, прекрасно знавший о ее переживаниях, успокаивал дочь и твердил, что это невозможно, хотя стопроцентной уверенности Миранда в нем не наблюдала. От самого знаменитого темного волшебника столетия ожидать можно было чего угодно.
Однако нежданные гости в особняк Фростов так и не заявлялись, дни тянулись один за одним, складываясь в недели, в месяцы, и снедавшее ее тревожное ожидание постепенно сменялось тягостным недоумением. Чем больше времени проходило, тем больше Миранда укреплялась в мысли, что явно чего-то не понимает. Она так боялась этого момента, страшилась встречи с Томом пятьдесят лет спустя – и все эти сомнения и терзания были ради… вот этого? Чтобы она и ее семья сидели дома так же, как раньше, словно ничего особенного вообще не произошло? Он просто выбросил ее из головы, так, что ли?!
Но поверить в это ей так и не удалось. Возможно, себе на беду, но она слишком хорошо знает этого человека. Знала. И если Том Реддл в самом деле махнул рукой на такой факт, как внезапное воскрешение жены, да еще оказавшейся дочерью предателя Ричарда Фроста, то она – Селестина Уорлок…
Меж тем пробежавшие месяцы сложились в полгода. Фросты все так же скрывались, изредка встречались с кем-то из знакомых, обменивались новостями. «Придира» Ксенофилиуса Лавгуда сменила курс и теперь поддерживала официальную власть – как слышали Фросты, чтобы надавить на Лавгуда, Пожиратели похитили Полумну. Зато вышел в эфир «Поттеровский дозор», и теперь все волшебники, не желавшие диктатуры лорда Волдеморта, с жадным вниманием дожидались новых выпусков у радиоприемников. Миранде всегда становилось легче, когда она слышала знакомые голоса – Кингсли, близнецов Уизли, Римуса Люпина, Ли Джордана… Они все были еще живы и не собирались сдаваться. Но радость от того, что члены Ордена Феникса все ещё были живы, быстро сменялась тревогой и отвращением, стоило услышать последние новости. Смерти скрывавшихся магглорожденных волшебников уже давно стали чем-то обыденным, и не единожды случалось так, что погибали целые семьи, вроде тех Лидсов, о которых рассказывал Ричард.
По версии «Поттеровского дозора», за этими убийствами чаще всего стояли Пожиратели Смерти; о так называемом «Главном Пожирателе Смерти» речь заходила редко. Но Миранде от этого легче не становилось: какая разница, кто убивал тех магглорожденных – Пожиратели или сам лорд Волдеморт! Это же с его позволения все происходит, он считает новые порядки чем-то нормальным!
О Гарри Поттере не было никаких известий, и поставить окончательную точку в этой войне так никто не мог. Лишенная волшебной палочки, Миранда теперь почти все время сидела в библиотеке с книгами. Из дома она выбиралась еще реже, изредка палочку ей одалживала Тея – но палочка сестры из шиповника плохо лежала в руке и слушалась с неохотой. Правда, Ричарда это не останавливало, и он все так же упорно тренировал их, и Миранда после месяцев тяжелых учебных дуэлей даже как-то наловчилась сражаться чужой палочкой, но успехи были гораздо слабее, и ощущалось это так, будто ей пришили чужую руку. Время от времени Миранда превращалась в птицу и летала где-нибудь в окрестностях, и полеты помогали ей слегка стряхнуть с себя оцепенение, но ненадолго. Без волшебной палочки, буквально взаперти она чувствовала себя отвратительно – как, впрочем, большинство ее знакомых в эти дни. И этот клубок из ожидания, страха, тревоги, неопределенности все сплетался, все уплотнялся…
Ситуация переменилась вечером первого мая. Миранда сидела в своей комнате с книгой. За окном стояли сумерки, и лампа на столе была единственным источником света. Поставив локти на стол, Миранда подперла голову и пыталась читать сложный текст, посвященный магической медицине, когда вдруг ощутила что-то необычное – локтю стало странно тепло. Миранда оторвалась от страниц и с удивлением уставилась на стол – в последние недели она не особо утруждала себя уборкой, и потому перед ней хватало всякого мусора: школьных конспектов, перьев, пузырьков с чернилами, старых газет. А сейчас прямо под рукой лежал фальшивый галлеон, когда-то зачарованный Гермионой Грейнджер, чтобы оповещать членов ОД о новом занятии. Дрожащей от волнения рукой Миранда взяла монету. Та ощутимо нагрелась, а цифры на ребре стали сами собой меняться, превращаясь в буквы: «Гарри в Хогвартсе. Трансгрессируйте в «Кабанью голову»».
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Миранда не заметила, как очутилась на ногах, и вылетела в коридор, сжимая галлеон в руках.
– Папа! – завопила она на весь дом, из-за чего благородные предки Фростов уставились на нее со своих портретов с крайним неодобрением. – Папа, Гарри в Хогвартсе!
Распахнулась соседняя дверь, и на пороге возникла недоумевающая Тея, а внизу, у подножия лестницы, показались родители, сидевшие до этого в гостиной.
– Мири, что ты орешь, будто мы в лесу?
– Гарри в Хогвартсе, прямо сейчас! Что-то происходит, весь Отряд Дамблдора сейчас там соберется!
– Ты хочешь присоединиться? – спросил отец ровно.
На несколько мгновений она замешкалась, прислушиваясь к своим ощущениям. После всех этих месяцев, наполненных то давящим ожиданием, то полной опустошенностью, остаться дома, сделав вид, будто ничего особенного не произошло? Да ни за что!
– Да, – наконец решительно кивнула головой Миранда. – Я должна быть там, должна знать, что происходит. У меня больше нет сил просто сидеть в стороне и прятаться.
Родители молча переглянулись. Сверху Миранде в тот момент был виден лишь затылок Ричарда, но Амелия, заглянув мужу в лицо, обреченно вздохнула.
– Я свяжусь с Орденом Феникса, выясню, известно ли им что-нибудь, – отец теперь выглядел полностью сосредоточенным и собранным. – Тея, отдай Миранде на этот вечер свою палочку. Мири, если ты уверена, отправляйся. Но очень прошу тебя – будь осторожна.
Сестра не выглядела довольной решением Ричарда, но вступать в пререкания не стала, а послушно протянула Миранде волшебную палочку.
– Потеряешь – убью, – пробормотала она отчетливо, и Миранда усмехнулась.
Вернувшись ненадолго к себе, она быстро причесалась и переоделась – джинсы, толстовка, кроссовки. Амелия крепко обняла ее на прощание, а когда семья вышла на крыльцо, внезапно выяснилось, что соглядатаи, дежурившие у их дома с прошлого лета, исчезли. Вот только облегчения это открытие не принесло, и Ричард ощутимо напрягся.
– Ты права, что-то этим вечером явно изменилось, – сказал он задумчиво и кивнул ей. – Отправляйся. Я догоню тебя.
Не тратя более времени, Миранда трансгрессировала в «Кабанью голову». Вся сонная одурь, что владела ею последние полгода, испарилась без следа, голова стала восхитительно ясной, и Миранда испытывала прекрасное ощущение собранности, целеустремленности – словно жизнь в один момент заново обрела краски.
Едва очутившись в довольно неприглядном трактире, где ей доводилось бывать однажды на пятом курсе и где она прожила три недели в 1944 году, Миранда сразу поняла, что все делает правильно – в полутемном помещении с не очень чистыми дощатыми столами и камином, где догорало пламя, помимо недовольного трактирщика с всколоченной длинной бородой обнаружились Фред, Джордж и Джинни Уизли, а с ними и Ли Джордан. Она чуть вздрогнула – у Джорджа не хватало одного уха.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Какие люди! – восхитился Фред, когда Миранда расплылась в широкой улыбке и устремилась к ним, не в силах сдержать радости от встречи со знакомыми лицами. – Не стыдно тебе будет смотреть в глаза новому директору после того, как ты прогуляла почти весь учебный год?
