На работу в «третью смену»
Современные организованные преступные формирования Дальнего Востока начинают свою историю с появлением в 70- 80-х годах прошлого века так называемой «третьей смены» - преступных группировок, промышлявших грабежами, разбоями, а также шантажом и угрозами в адрес тех, кто и сам нечист на руку, а следовательно, в правоохранительные органы жаловаться не побежит (теневики, контрабандисты, фарцовщики, коррумпированные чиновники).
Во Владивостоке «третью смену» создавал Анатолий Ковалев (Коваль). Большим авторитетом в ту пору считался также его соратник Леонид Ивлев (Кабан). Основу этих группировок составляли спортсмены - как бывшие, так и пока ещё находящиеся в обойме. По одной из версий, название «третья смена» появилось с легкой руки Коваля, который любил приговаривать, что грабежи и разбои - это та же работа, которую люди выполняют в третью смену, когда обычные трудяги уже отстояли первую и вторую. Как уже отмечалось, ярким представителем этого движения был Леонид Ивлев. После окончания нынешней Дальневосточной морской академии (а тогда Высшего инженерно-морского училища) он стал работать стивидором в порту. Занятия спортом (штангой) дали серьезный приработок в качестве… вышибалы в ресторанах Владивостока. Но отнюдь не это было пределом мечтаний молодого человека, и Леонид Ивлев пошел учиться дальше - в престижный в ту пору Дальневосточный институт советской торговли, что дало ему возможность вскоре получить место инженера-снабженца в артели «Россия» в Артёме. Любой другой советский человек был бы засим доволен и счастлив, но Ивлеву все равно чего-то не хватало. «Новые горизонты» открылись после знакомства с Ковалем.
По данным СМИ, Ковалев и Ивлев считались подручными некоего Сергея Клигера, известного в криминальном мире под именем Отто Скорцени. Дважды осужденный «специалист по золоту» в свое время работал в старательской артели «Восток» под началом будущего губернатора края, а затем министра Госкомры-боловства Евгения Наздратенко. До того он трудился в золотодобывающей артели «Север» треста «Амурзолото» в Хабаровском крае, где предприимчивые товарищи сбывали похищенный песок за границу. Ковалеву и Ивлеву в то время, отводилась роль снабженцев руководства артели валютой, импортными товарами, автомобилями.
Говорят, что через некоторое время бурная деятельность артели попала в поле зрения правоохранительных органов, однако благодаря высоким покровителям следствие было прекращено…
Впрочем, надо отметить, что на протяжении многих лет спортсмены занимали лишь второе место среди лидирующих группировок преступного мира Дальнего Востока, уступая Пальму первенства членам воровского Общака, но при этом оставив за собой этнические группировки - азербайджанские, чеченские, корейские и китайские. Ничего не поделаешь: общак - понятие тюремное, а тюрем на Дальнем Востоке издавна было немало. Еще в царские времена регион служил задворками России, на которые ссылался уголовный элемент. До сих пор здесь действует больше десятка разнорежимных ИТК. Именно они-то и стали школой профессиональной уголовщины - местом, где рождались своды законов и правила поведения авторитетов уголовного мира. И на последних, как на дрожжах, в 80-е годы и поднимался воровской Общак.
Джем и Пудель: война миров
С некоторых пор на Дальнем Востоке понятие «воровской общак» ассоциировалось в первую очередь с именем Евгения Васина - иначе Джема. Вот уж воистину: говорим «партия», а подразумеваем…
Джем стоял у истоков формирования местного Общака, о чем свидетельствуют не только милицейские оперданные и публикации в СМИ, но и «воспоминания современников», передающиеся из уст в уста, как былины, либо опубликованные - как мемуары. «Путь к свету» - так называется книга ещё одного весьма авторитетного на Дальнем Востоке человека - Владимира Податева, которого в определенное время и в определенных кругах больше знали как Пуделя. Кстати сказать, самого автора такое обращение вполне устраивало, а посему порой и мы здесь будем называть его этим милым прозвищем.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
По свидетельству Пуделя, «в то время на Дальнем Востоке воров в законе не было. Существовало огромное количество преступных группировок, деятельность которых отличалась беспредельностью, не считавшихся ни с кем и ни с чем».[165] Освободившись из мест лишения свободы и столкнувшись с беспределом, Податев стал продвигать идею воровского братства. Наводить порядок он принялся с Хабаровска, и в первую очередь именно посредством Общака. Потом пришел черед взяться за Приморский край, Сахалинскую, Магаданскую области. И так по всему региону. В конце концов, под лозунгом «Сидельцы всех времен, объединяйтесь» этот авторитетный товарищ создает две ассоциации - сначала «Свободу», а затем «Единство».
Понятно, что, отвечая за Хабаровск, Пудель не мог не контактировать с ответственным за весь Дальний Восток Джемом.
«Оказавшись в конце восьмидесятых годов единственным вором в законе на Дальнем Востоке и не желая ни с кем делить власть, - пишет в своей книге Податев, - Джем проводил политику, не допускающую появления других законников. Но после того как залетные воры в начале девяностых едва не подмял и под себя весь Дальневосточный регион, Джем, для закрепления своих позиций, наштамповал в период с 1990 по 1993 год только в своем городе Комсомольске ещё шестерых воров: Волчка, Сахно, Турбинку, Стрелу, Еву и Литвина, причем почти все были выходцами из одного района Дземги» [166]. Отчасти это было сделано и для того, чтобы создать подконтрольную, а значит, управляемую дальневосточную группу воров в законе и собственный воровской совет.
При этом в своей книге Податев представляет Джема-Васина как человека жесткого и злоупотребляющего алкоголем, во время очередных запоев которого «его темная внутренняя сущность вырывалась наружу, наводя страх на окружающих своей жестокостью и непредсказуемостью». Вполне возможно, что столь нелестные отзывы о Джеме слишком субъективны и, вероятно, навеяны стремлением «свалить» Пуделя, о чем тот опять же пишет не таясь и безо всяких экивоков.
Война с Джемом началась в 1994 году, когда Васин вышел из тюрьмы, отсидев семь месяцев за «похищение» двух милиционеров из магазина, в котором «Васин со товарищи» шумно затоваривались водкой и были обижены замечанием стражей порядка. Вот они якобы и вывезли тех за город, дабы объяснить, кто в городе хозяин. Так, по крайней мере, интерпретирует эту историю Податев. Освободился Васин неожиданно, но вполне предсказуемо - «по состоянию здоровья». После этого, по словам Пуделя, Джемом и была объявлена война хабаровскому смотрящему [167]. Сам Податев описывает ход дальнейших событий так.
В 1994 году на Дальнем Востоке стараниями Васина появился ещё один законник - Вадик Беляй из Николаевска (остальные были из вотчины Джема Комсомольска-на-Амуре). Он возглавил оппозицию против Пуделя и даже пытался его устранить (якобы по приказу Джема), но не успел, погибнув в августе 1995 года в Москве в криминальных разборках. Через год у Пуделя появился новый оппонент - Витя Кисель из Хабаровска, но через два месяца после его коронации Кисель также ушел в мир иной (по официальной версии, заказчиком его убийства явился некто Сергей Конкин - представитель спортсменов). Таким образом, в какой-то момент на Дальнем Востоке снова остались исключительно «комсомольские» воры.
Но на этом сердце Джема не успокоилось: в том же году он сделал ворами Лепеху и Лешего, которым в момент коронации было едва за двадцать. (Причем оба несудимые и о тюремной жизни знавшие разве что с чужих слов.) Одновременно с этим Джем лишил воровского звания Стрелу, Турбинку и Литвина, которые ему чем-то не угодили. А в 1999 году погиб, катаясь на водном мотоцикле, близкий друг Васина Волчок, которого он сделал самым первым после себя вором в законе ещё в далеком 1990-м.
