Вскоре после задержания Сахнова и его коллег прошла утечка информации в местные СМИ касательно содержания изъятых при арестах документов. В результате каждый пытливый местный житель смог прочитать и примерно представить себе «а как это, собственно, у них там было все устроено?». В частности, газеты, со ссылкой на изъятые документы, рассказывали, что в городе существовала разветвленная бандитская сеть с «базами» и «Штаб-квартирами» в каждом квартале. Соответственно, из «штабов» поступали команды «низовым». Технически базы оснащались много лучше, нежели отделы милиции. Преступные доходы фиксировались скрупулезно: все поступления, равно как и расходы, заносились в гроссбухи и базы данных. Благодаря такой педантичности история отныне, в частности, знает, что освободившимся браткам в качестве подъемных выплачивалось от 70 до 100 тысяч рублей (практически столько же - их женам во время отсидки мужей).
А теперь, собственно, о легенде. В самом начале 2007 года суд Центрального округа Комсомольска-на-Амуре вынес приговор Эдуарду Сахнову - за вымогательство он получил семь лет лишения свободы. Параллельно Сахнов также проходит по делу об организации преступного сообщества, сиречь Общака, но следствие по нему ещё продолжается. Однако к моменту вынесения первого приговора журналистам было категорически запрещено называть Эдуарда Сахнова вором в законе. Дело в том, что, находясь в местном СИЗО, он подал гражданский иск о защите чести и достоинства к газете «КоммерсантЪ» и заместителю прокурора города Валерию Козлову. Суть претензий в общих Чертах сводилась к двум моментам: во-первых, само понятие «вор в законе» юридически не закреплено, а следовательно, его не существует вовсе, а во-вторых, поскольку причастность Сахнова к руководству ОПС Общак в суде ещё не доказана, то формально он к ней не причастен вовсе. Как минимум, пока не причастен. Принцип «Знают двое - знает и свинья» в данном случае не прокатил, и суд счел возможным удовлетворить требования Сахнова по защите его честного имени. С этого момента казалось бы неопровержимые факты автоматически превратились в легенду. Поможет ли это Сахнову во время второго судебного процесса - время покажет.
Между тем, случайно или нет, но в год разгрома общаковцев после десятилетнего отсутствия в Хабаровск вернулся Владимир Податев.
Теперь он возглавляет правозащитную организацию «Единство» и собирается создавать казачьи формирования, дабы наводить порядок, опираясь в первую очередь на суды и прокуратуру. Однако злые языки утверждают, что Пудель вернулся исключительно для того, чтобы подмять Хабаровск под себя, поставив на город своего человека - Общак-то после арестов ослабел…
Как уголовники во Владике с ворами бились
А теперь немного истории из не слишком давнего прошлого.
Особая страница в летописи дальневосточного воровского 06-щака приходится на конец 80-х-начало 90-х годов, когда союзные воры в законе, интересы которых представлял господин Иваньков, делили власть с новыми кавказскими ворами,
Сибирь и Дальний Восток кавказцы попытались подчинить себе в 1991 году. Так началась одна из первых браткоубийственных войн, в ходе которой кавказцы отправили на тот свет Моисеева (Масю), контролировавшего в ту пору значительную часть Сибири. В ответ на это в разных уголках СНГ были убиты «пиковые» Лео, Анзор, Цао Большой [171]. Хотя, если точно соблюдать хронологию, первые попытки со стороны московских и сибирских воров заставить дальневосточных авторитетов платить в российский воровской обшак относятся к лету - 1990 года. Тогда во Владивосток приехал грузинский вор Ватулик. Приехал - да там же и упокоился навеки.
А в 1991 году из Иркутска на жительство в Приморский край прибыл вор в законе Банин (в определенных кругах известный как Бандит), с чего, собственно, и началась битва на Дальнем Востоке. К тому времени ответственным по Владивостоку от дальневосточного Общака был местный авторитет Билл. Банин же представлял иркутский воровской Общак и на постоянное место жительство в Приморье прибыл с благой целью - переподчинения дальневосточных иркутским: Заручившись поддержкой воров Уссурийска, Дальнегорска и других городов, он создает альтернативный Общак, не подчиняющийся Хабаровску, а значит, и Джему
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Дальше - больше. Люди Бандита находят Билла, избивают его и лишают полномочий, а на его место ставят Сергея Бауло (Баул) - владивостокского авторитета, в открытый конфликт с Джемом не вступавшего, но и не подчинявшегося ему. Возможно, что такую «свободу» ему давали знакомства с выходцем из «третьей смены» Самосвалом, который, сблизившись с солнцевскими, обретался сначала в Москве, а затем в Италии (его считают первым русским мафиози, получившим итальянское гражданства). К знакомцам Бауло причисляют и не менее известного в России вора в законе Коку - крестного Джема. Был знаком Бауло и с Иваньковым, к которому он даже ездил в Нью-Йорк - решать насущные вопросы.
Поведение Бандита не понравилось не только Джему, но и его оппонентам - владивостокским авторитетам Ковалю, Михо и иже с ними. Этим ребятам тоже не хотелось идти под Иркутск. Так сколотился временный альянс, силами которого 23 декабря 1991 года Бандит и двое его телохранителей были убиты. Правда, большого веса это показательное убийство общаковцам в лице Билла нс прибавило - все лавры достались вышепоименованным авторитетам.
Тем временем спортсмены ставят в качестве положенца во Владивостоке своего человека - вора в законе Монгола. Да вот беда - Джем его так и не признал (Монгол был коронован московскими ворами в 1992 году без благословения Васина) и при поддержке своих воров в законе, а также уже известного нам Пуделя отстранил Монгола отдел. Формальным поводом стало увлечение положенца наркотиками и залет по этому поводу в милицию.
После этого Билл вернулся на свое место. Коваль, Михо и Баул хотели было подыскать другого человека, но все приемлемые кандидаты от подобных предложений отказывались, резонно опасаясь расправы Джема. Так что в 1993 году Билла окончательно утвердили положением по Приморскому краю.
А в 1994 году в Приморский край вновь наведался представитель иркутских воров, также имевший поддержку в Москве Тюльпан. (Интересно, и за что это москвич и так любят иркутян?) Встречаясь с джемовской оппозицией, Тюльпан опять-таки пытался заручиться их поддержкой для создания общака, ориентированного на Иркутск. Примерно тогда же из Москвы приехал на этот раз уже грузинский вор, который доказывал авторитетам Уссурийска, что Билл «правитель никакой». Узнав об этом, Джем пригласил этого грузина в гости к себе, в Комсомольск-на-Амуре. Окрыленный оказанным доверием, тот продолжил проповедовать и здесь. Понятно, что наверняка этого не может знать никто, но, по всей видимости, чем-то этот джигит Васину приглянулся, а посему ему разрешили обосноваться в Уссурийске. Однако «джемовское» подобное радушие не понравилось ни Ковалю с Михо, ни уссурийскому положенцу Банзаю.
Грузин почувствовал, что «его здесь не хотят», и, опасаясь за свою жизнь, стал осторожничать. Вскоре к нему на помощь из Москвы приехал некто Мираб, заручившийся поддержкой владивостокских авторитетов - Баула и Алексея. Мираб рьяно принялся за дело, которое его товарищ чуть было не загубил, и эта самая рьяность, расцененная как грубое вмешательство в дела местных авторитетов, опять-таки понравилось далеко не всем.
Как результат - весной 1994 года во Владивостоке состоялась эпохальная встреча представителей преступного мира России и Дальнего Востока. Приморский край представляли Билл, Михо, Свирид и другие авторитеты. На повестке дня стоял один вопрос - как относиться к непрошеным гостям? Постановили - противостоять! После этого Билл отправился в Комсомольск к Джему, от которого получил письменное предписание сломать оппозицию, симпатизирующую грузинским ворам. Но не успел Билл вернуться во Владивосток, как тут же был похищен неизвестными. (Впоследствии его так и не нашли.)
