там постреляют, там пожгут…
— И? Это происходит уже третий год, ничего нового.
— Да я бы не сказал, что все как обычно… Нас это точно никак не касается?
— Нет. Парни ничего такого не говорили, да и я сама не замечала.
— Даш, угроза есть всегда.
— А сейчас-то что? Какая ещё угроза? Ну пожгли кого-то, и что с того? Если бы им нужны были мы, то и пришли бы к нам, а не к каким-то мутным типам.
— Перестраховаться все же стоит.
— И сколько нам еще перестраховываться? Все спокойно, пора возвращаться, тебе так не кажется?
— Нет, но ещё не время, — Артем отрицательно покачал головой, драматично выдохнув дым, а затем широко улыбнулся. — Я зря, что ли, устроил такой спектакль? Если я вернусь раньше, чем надо, весь эффект пропадет.
Даша вздохнула, поняв, что ей его не переспорить. Она искренне не понимала, почему Артём до сих пор сидит здесь и не хочет вернуться домой. С цыганами они давно разобрались, угроз никаких нет, никто их не трогает и не собирается сживать со свету, а Артём все продолжает отсиживаться на даче. В первые месяцы она верила, что здесь ему лучше, что здесь безопаснее и надежнее, но сейчас, когда уже столько времени тихо и спокойно, она не понимала, зачем ему продолжать жить отшельником в этом дачном посёлке.
Решив перевести тему, девушка спросила:
— Откуда ты знал, что это приехала я?
— По звуку. Работал двигатель одной машины, а потом дверца хлопнула только раз. Бандиты сюда по одному не ездят.
— А вдруг чужой кто?
— Думаешь, я собственное БМВ по звуку двигателя не отличу? Или по звуку доносящейся по радио «Гражданской обороны»?
— А вдруг в машине не я, а кто-то другой?
— Как будто Цезарь еще кого-то так радостно побежит встречать. И я что, не отличу тебя по шагам? — улыбка спала с его лица. — А ты чего… Разве может приехать кто-то вместо тебя?
— Да все в порядке…
— Полгода тебя это не особо интересовало, а тут вдруг решила спросить. И ещё ты весь день будто сама не своя… Выкладывай.
— Мне кажется, дед знает, — тихо произнесла Даша и выразительно посмотрела на него. После предшествующего этому разговора это было явно не самое удачное время признаваться в этом Артёму, но девушка была уверена, что всё-таки должна ему рассказать.
— В смысле? Что я?..
— Да.
Князев резко посерьёзнел, и Юдина несколько напряглась. Напряженный взгляд Артема буквально прожег ее изнутри, отчего у девушки невольно сперло дыхание. Ей не хотелось об этом говорить, не хотелось выдавать деда, но она знала, что обязана рассказать об этом Артёму.
Сигарета как раз догорела до фильтра, Князев тихо чертыхнулся и затушил ее в маленьком блюдце, которое использовал как пепельницу. Прикуривая новую сигарету, он молчал, напряженно думая о чем-то, и Даша занервничала, уже пожалев о том, что решила рассказать об этом.
— Но откуда? — выдохнул вместе с сигаретным дымом он.
— У тебя хотела спросить, — у девушки отлегло после этих слов. — Ты в городе спалился?
— Нет, конечно! Ты же знаешь, что я сам не езжу туда. Где бы он ещё мог меня видеть? Не приезжал же он сюда… Не приезжал же?
— Да кто его знает. Он-то и про существование этой дачи даже не знает, так что вряд ли.
— А ты ему… ну, не намекала никак?
— Нет, с чего бы?
— И случайно не обмолвилась обо мне?
— Нет, конечно же.
— Но тогда откуда он узнал? — Артем затянулся и взглянул Юдиной в глаза. — Как?
— Я не знаю! — воскликнула Даша. Потом значительно тише повторила: — Не знаю. Догадался, видимо.
— Что он сказал?
— Да ничего конкретного. Просто… просто пожелал не медлить, ведь потом может быть поздно. Про тебя он ничего не сказал, но я по взгляду догадалась, что он намекал о тебе.
— Он же не?..
— Нет, он не расскажет никому, — быстро заверила его Даша. — Это точно.
— Ох, Даш, ты же знаешь…
— Знаю, и дед тоже понимает и знает. Даже если он догадался, то не скажет никому. Даже матери. А та уж точно сама не догадается.
Они напряженно смотрели друг на друга, не решаясь сказать что-либо еще, но ситуацию спас Цезарь. Он пару раз гавкнул на Князева, а потом взгромоздился передними лапами ему на колени и щелкнул зубами прямо перед его лицом.
— Ладно, дружище, ты прав, я загнул, — потрепав его между ушей, вздохнул Артем и извиняющееся взглянул на Дашу. — Прости, если я… был резок. Я просто…
— Я понимаю, все нормально, — Даша улыбнулась и ловко стянула у него сигарету. Артем возмущенно цыкнул, но смолчал, лишь усмехнувшись.
Далее они решили отвлечься наконец от проблем и поговорить о чем-нибудь другом. Ведь у них есть один лишь вечер, поэтому глупо тратить его впустую.
Уже когда стемнело, они вдвоем сидели на крыльце и, завернувшись в один плед, курили и шепотом переговаривались о чем-то. Рядом лежала гитара, на которой до этого Артём играл ей Цоя. Цезарь мирно спал в комнате, поэтому им никто не мешал, кроме громко стрекочущих цикад.
Даша сидела, обхватив его широкую руку своей и уложив голову ему на плечо, и все боялась нарушить их покой. Она знала, что ей скоро придется уезжать, и хотела оттянуть этот момент подольше.
— Когда ты приедешь? — произнесла она, потершись щекой о его плечо. — Я скучаю.
— А когда ты позволишь мне приехать? — усмехнулся Артём, затягиваясь.
— Давай на следующие выходные, — Даша проигнорировала его подколку. Его слова были чистейшей правдой — он приезжал домой только тогда, когда она разрешала ему приехать, а не по собственному желанию. И за эти полгода он приезжал лишь трижды.
— Как скажешь. Я Сереге тогда скажу, он меня отвезёт.
— Мне не доверяешь? Я бы сама тебя забрала.
— Доверяю, но так будет лучше.
— Ну и ладно. Какая, собственно, разница? Наконец не придётся одной дома сидеть. Не могу я там одна.
— Я тоже скучаю, — вздохнул Артём и почувствовал кожей, как Даша улыбнулась.
— А знаешь что? — произнесла Даша, отодвинулась от него и внимательно поглядела ему в глаза. — К черту. Ты возвращаешься домой. Хватит тебе тут сидеть.
— Даш…
— Ты живешь тут полгода. Эти полгода тебя никто не искал. Все тихо, спокойно. Зачем тогда тебе одному тухнуть? Пожалуйста, давай ты вернешься домой?
— Не могу, Даш, — он покачал головой и выдохнул дым в сторону. — Очень хочу, но не могу. Пока не могу.
— Когда?
— Тебе пора, — вместе честного ответа на ее вопрос произнёс он. Он не хотел давать ей ложных обещаний. — Пойдём, помогу тебе собраться.
Даша также нехотя отлепилась от него, поднялась
