того, как вы ее… нейтрализовали, — Марго усмехнулась, — но это лишь на короткое время. Ведьмы невероятно упорны, а темные — тем более. Думаю, нужно ждать неприятностей.
— А делать-то что? Не могу же я ее убить, я не могу убивать…
Губы задрожали, вдруг опять стало страшно, я готова была опять пустить слезу.
— Прекратите истерику! — наставница совсем не была расположена меня жалеть. — Тут не реветь, тут думать надо. Не верится мне, что и бывший ваш оставит вас в покое. Вот ведь, защиту мою снял, негодяй. Это уж точно работа Морлан. Ну, да ладно. Нужно вас куда-нибудь спрятать, хотя бы на время, — она задумалась.
Спрятать, меня спрятать? Куда? А как же выставка, а как же вся моя нормальная жизнь? И сколько времени займут эти прятки? Нет! Я не согласна!
— Знаете, Марго, я не буду прятаться. Придумайте какой-то другой выход, я не смогу так жить, прячась. У меня выставка, открытие через два дня. Что ж мне так и бегать все время?
— Не все время. Нужен план. Я подумаю. А пока сидите дома.
Андрей переводил взгляд с Марго не меня, понимая, что сам он ничем не может быть полезен в данной ситуации. Маргарита некоторое время сидела молча, задумавшись, потом оглядела меня и Андрея:
— Ладно, я пошла, — она встала и, уже надевая пальто, повернулась к Ратманову, — Андрей, присмотрите за ней. Постарайтесь, чтобы наша дорогая Александра не натворила новых глупостей.
Когда за Маргаритой закрылась дверь, Ратманов решительно изрек:
— Вот что, Саша, хочешь ты, или не хочешь — я перебираюсь к тебе, хотя бы до открытия выставки. Слышала, что Марго сказала? Буду тебя охранять.
А я только и могла, что пожать плечами. А что еще оставалось? Он прав, одной оставаться было, действительно, опасно.
Глава 52. Все хорошо, что хорошо кончается
Париж, Марэ. Начало марта. 2019 год.
Все последние дни я совсем не спала и держалась только на крепчайшем кофе, тонизирующих напитках и, конечно, энтузиазме. Орели уговаривала меня поспать хотя бы несколько часиков, чтобы не выглядеть на открытии как кладбищенская нежить.
Но все когда-то заканчивается, галерея была готова. День открытия настал. Инаугурации Фонда Ильи Завадовского в поддержку молодых талантов должна была состояться в тот же день. Мы ждали очень важных гостей.
Был прекрасный очень яркий мартовский день. Зима уступила свои позиции, и, хоть настоящего тепла еще ждать и ждать, на душе было радостно от того, что весна уже пришла в город.
Накануне мы с Андреем ушли из галереи, как все последние дни, за полночь, убедившись, что для завтрашнего торжества все готово. Мое похищение, Марина и Жорж отошли на второй план, не было времени вспоминать ни о ведьме, ни о Д'Иссеньи, я запретила себе мысли об этом, прошло и прошло. Будет еще время, тогда и подумаю.
По правде говоря, я могла с гордостью сказать себе «браво». Команда "Парижских кошек" полностью выложилась, чтобы выставка работ Андрея Ратманова стала настоящим культурным событием столицы. Подготовка была проделана качественная. Реклама "уникального русского художника" была организована по высшему разряду. Денег на нее ушло немеряно. Но Илья не возражал. Это была инвестиция в проект и он, как деловой человек, это знал.
Ратманов дал интервью арт-блогерам, которых я подписала на проект, и они честно отработали полученные деньги, написали хорошие статьи, где отрекламировали «Парижские кошки» и предстоящую выставку. Информация о новом открытии сезона — Андрее Ратманове появились и в гламурных изданиях, и в серьезных журналах о современном искусстве. Инстаграм27 Ратманова просто дымился от восторгов фолловеров. Число подписчиков зашкаливало и комменты поклонников к фотографиям Андрея и его картинам представляли собой, в основном, длинные строчки из пылающих сердечек. И, что совсем уже смешно, на художника посыпались приглашения от модельных агенств. Они сразу оценили его потенциал. Хотя, думаю, здесь не обошлось без подачи сладкой парочки Люк-Дени. Очень уж они восторгались внешностью своего нового друга и сделали все возможное в своей среде, чтобы раскрутить Андрея. Ратманов ворчал, что не собирается светиться среди голубы, он нормальный стрейт и дурная слава ему не нужна.
Мой протеже был фигурой абсолютно новой, никому не известной, поэтому, то, что художник Андрей Ратманов так стремительно стал почти брэндовым именем, было скорее заслугой кошелька Завадовского, чем таланта самого художника.
Словом, казалось, беспокоиться не о чем, предусмотрено все до мельчайших деталей, только на душе у меня скребли кошки. Дело была в Завадовском. Мой с ним конфликт так и не был закрыт. Нет, по работе, конечно, были официальные контакты, все-таки Фонд финансировал все мероприятие, но сам Илья ни разу не сделал попытки со мной объясниться. Неужели настолько обиделся? А за что? Сама я не чувствовала себя ни в чем виноватой и поэтому тоже молчала. Орели общалась с Завадовским по делам Фонда, я же не была удостоена с его стороны ни звонком, ни даже самой жалкой смской. Если честно, меня это сильно напрягало. Всегда ненавидела подвешенные состояния, недоговоренности. Было совершенно непонятно за что он продолжает на меня дуться. Тем не менее, от него пришло подтверждение, что на открытие вернисажа он приедет. А как же иначе? Он ведь был основателем и главой Фонда поддержки молодых талантов и это его детище ждала инаугурация.
Была пятница, открытие выставки было назначено на шесть вечера, все было готово, наши с Орели наряды в том числе. По такому случаю моя подруга решила одеться во все черное, купила страшно модные дорогущие ботинки на подошвах-протекторах и сменила синюю окраску волос на бордовую. Крис не заморачивался улучшением своей внешности — привычный худи и приспущенные штаны. Что касается меня, то, обсудив с помощницей вопрос о том, в чем я буду лучше всего смотреться на фотографиях, мы пришли к решению одеть меня в брючный костюм и туфли на шпильке — стиль самодостаточной деловой женщины
В день открытия, с костюмом в чехле, перекинутым за спину, ровно в полдень я подошла к "Парижским кошкам". Возле уже стояли телевизионные фургоны, техники тянули кабели, Крис распоряжался куда им подключить аппаратуру. Еще я заметила "людей в черном", это была служба безопасности, которую мы наняли, они, в свою очередь, проверяли помещения. На повышенной безопасности, учитывая последние события с моим похищением, настоял Андрей, а Завадовский выделил просто сумасшедший бюджет.
Вместе с помощницей мы обошли залы, проверили еще раз малейшие детали: таблички к картинам, освещение, словом, это были последние штрихи перед открытием. Мари, наша
