Сжав зубы, я вонзил пальцы в запястье левой руки, оторвав кусок кожи. Холод между колоннами усилился, как будто в портале появилась щель…
Уколов указательный палец я выдавил несколько капель крови. Приготовившись написать о своем сожалении, я погрузился в воспоминания… Я шептал слова, эхом отдававшиеся в моем разуме.
— Я сожалею о всех смертях, которым стал причиной, здесь и повсюду во Вселенной.
Я написал фразу эту на клочке кожи, но из- за способностей к регенерации мне приходилось вновь и вновь резать палец, выдавливая капли крови. Наконец, я закончил; кровь моя блестела на коже… моя плоть, моя кровь, мое раскаяние.
Я глядел, как кровь высыхает, и волна холода объяла меня. Черные колонны по обеим сторонам от арки слабо засветились, клочья синего тумана возникли между ними, создав сверкающую занавесь. А за ней можно было различить очертания каменного коридора, ведущего во тьму. Я спросил Нордома, готов ли он последовать за мной.
— Вопрос: Получен. Ответ: Нордом готов и ждет указаний. Готов к исполнению дальнейших директив.
— Падшая Грэйс?
— Я уже зашла так далеко и было бы некрасиво с моей стороны оставить тебя в сей последний час. — Она нежно улыбнулась. — Даже если бы ты вежливо попросил оставить тебя, я бы этого не сделала.
— Значит, у меня выбора нет… Анна?
— Я.. — Анна бросила быстрый взгляд на Падшую Грэйс, затем обернулась ко мне, в глазах ее полыхало пламя. — Если идет она, иду и я, так-то вот. Пока что я не собираюсь поворачиваться к тебе задом.
— Понял. Дак'кон? Ты со мной?
— Твой путь — мой путь.
— Морти? Ты готов?
— Ну… — Морти помедлил, поглядел на портал, на меня, снова на портал, и тяжело вздохнул. — Понимаешь, я не собирался много тут разглагольствовать, но… я должен кое- что сказать тебе.
— И что же, Морти?
— Ну, насчет того, куда мы идем… вообще-то, мы там… уже… были.
— Мы УЖЕ были? О чем ты говоришь?
Краем глаза я заметил, как полыхнул меч Дак'кона, края его притупились. Когда я взглянул на него, он опустил руки, будто изготовившись к бою.
— Ну… мы уже не впервые ступаем через эту арку… Понимаешь, мы уже посещали Крепость Сожалений раньше… но мы… я… тогда этого не знал.
— Морти, я требую объяснений, и не потерплю лжи или двусмысленных речей, только не сейчас.
— Сложно описать, что там было… ты ведь не знал того, другого тебя — он был не из тех, кто любит поговорить. Я знал, что он ищет какое-то место, но я не знал, зачем, где оно находится и что из себя вообще представляет, потому не мог тебе ничего рассказать, ведь я НИЧЕГО не знал! Я… лишь знаю, что случилось, когда мы оказались там… — Я понял, что Морти говорит о моей практичной инкарнации, той, которая осовободила его из Колонны Черепов.
— И… что же случилось?
— Ну, мы пошли в эту… Крепость, и лишь только ступили туда, как оказались далеко друг от друга, занятые тяжелейшими сражениями… — Он содрогнулся. — Потому, первое, что я должен сказать тебе, есть большая вероятность, что, пройдя в портал, мы окажемся вдали друг от друга. Но даже будучи разделенными, мы можем оказаться твоей последней надеждой…
— Как это?
— Потому что ты, что ждет тебя в Крепости, шеф, однажды уже одержало верх над тобой… до сих пор я не знаю, как ты умудрился выжить, но если ты снова падешь, кто-то должен будет вытащить тебя из Крепости…
— Морти, расскажи мне все, что помнишь о Крепости… это важно!
— Эта Крепость Сожалений… она простирается на целые лиги, шеф. Это Крепость, но похожа она на целый План из тьмы, камня и теней — тени повсюду! Отправляясь туда, лучше быть готовым к противостоянию с ними.
— Что случилось, когда мы впервые оказались там?
— Шеф, не знаю, что произошло с ТОБОЙ, но прекрасно знаю, что было со МНОЙ… Я улепетывал из одного покоя в другой, а тени наседали со всех сторон, стремясь покончить со мной… а потом, неожиданно… мы оказались снаружи, будто что-то выдворило нас оттуда…
— Погоди- ка минутку. Ты говоришь «нас» так, будто имеешь в виду не только меня и тебя. Морти замолчал; за него ответил Дак'кон.
— Знай, что я много раз следовал твоему пути. — Дак'кон говорил медленно, взвешивая каждое слово; карах его стал туманно- серым, как будто отражая воспоминания своего владельца. — Частица твоего пути ведома мне. Пятеро прошли до Крепости. Каждый умер своей смертью.
— Но… кем они были? Как они умерли?
— Я умер смертью веры. Череп умер смертью доблести. Женщина умерла смертью горя. Слепой лучник умер последней и самой милосердной — смертью тела. Ты… ты умер смертью памяти.
Я знал, о ком он говорит; об этих же спутниках упоминал и Фелл. Череп — это Морти, женщина — Дейонарра, а слепой лучник — Ксакария.
— Да… — проскрежетал Морти, содрогаясь. — Шеф, в этой Крепости… там повсюду тени!
— Там была тьма, и каждая тень была Шра'кт'лором, — прошептал Дак'кон, взгляд его мертвых черных глаз был устремлен в пространство. — Они испытывают невообразимые страдания. Раны твоего духа ведомы им. Они нанесут тебе вред через них.
— Они обращались ко мне так же, как и Колонна Черепов… — пробормотал Морти. — Они знали…
— Хорошо, вы, двое: я должен знать все, что вы можете поведать мне о Крепости…
— Тени страдают. Им ведомы муки. Они знают, как причинить тебе боль тем, что ранит твое сердце. Когда встретишься с ними, знай, что ты противостоишь тому, что однажды уже тебя убило.
— Дак'кон… ты, я и Морти выжили. Что случилось с лучником и Дейонаррой?
— Лучник познал смерть тела. Женщина познала смерть духа. Я не мог спасти женщину, ибо ты был против этого. Слезы не пролились на ее могилу. Никто не знал о гибели женщины, чтобы оплакать ее.
— Но… почему я не хотел, чтобы она была спасена?
— Причины были известны лишь тебе одному, — отвечал Дак'кон.
— Мне больше нечего рассказать тебе, шеф, — сказал Морти, — кроме того, что мы будем разделены сразу же после того, как пройдем в портал. Это место воистину ОГРОМНО и кишит тенями… и где-то в этой Крепости находится нечто, куда более могущественное, нежели любой из нас. Больше добавить нечего…
— Там нет жизни. Стены — из тьмы, — добавил Дак'кон.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
