— Но как ты оказался за пределами Колонны?
— Ну… ты помог мне, шеф. Когда ты подоспел к Колонне Черепов, я пробился на поверхность. Мое всезнание и шарм привлекли твое внимание — ты понял, что я был той головой, которая знала больше всех. Потому я заключил с тобой сделку…
Слова Морти прозвучали, а взор мой застлала алая пелена и я услышал вой, страшное эхо тысяч голосов, молящий о свободе, и голос Морти… слабый, еле слышимый в какофонии. Он звучал отчаянно, испуганно и… совершенно потерянно.
Эхо:
— Ты. Череп. Говори.
Вой затих и я разглядел обратившийся ко мне маленький черепок, очерченный алым адским сиянием. Кровь и слизь стекали с него, а зубы стучали, будто от холода.
— Я… Я м- м- могу помочь тебе. Я знаю, ч- ч- что ты ищешь… все эти головы… все их знание… но пожалуйста, молю тебя, освободи меня. Позволь мне помочь тебе. Я все тебе расскажу, все.
— Расскажешь? Поклянись, череп. Поклянись, что будешь служить мне до конца дней моих, или останешься в этой Колонне.
— Я клянусь. Я клянусь… но пожалуйста, пожалуйста, вытащи меня… Я… — Я видел, как Морти судорожно сглотнул, будто глотая свою гордость. — Я… молю тебя. Позволь мне помочь тебе. Пожалуйста.
— Прекрасно. Я вызволю тебя.
Движение, и ужасающая какофония голосов разразилась вновь, кошмарный поток воя, насмешек и угроз… Руки мои погружаются в Колонну… ощущения укусов… они смыкаются на маленьком черепе и тянут, вырывают из Колонны, как старый нарост…
— Готово.
Я глядел на окровавленный череп в моих покрытых шрамами руках, глаза его заливала слизь Колонны, а зубы все стучали. Он походил на новорожденного, беспомощный и — в глазах человека, которым я был Когда-то — жалкий.
— Я вызволил тебя. Теперь твоя жизнь… и смерть принадлежат мне… Морти.
Туманы прошлого развеялись, а Морти все продолжал болтать.
— Мы поговорили немного, шеф, ты и я… Поглядели, сработаемся ли, и оказались весьма впечатлены друг другом, потому ты вырвал меня из Колонны, предложив последовать за тобой, и с тех пор мы вместе.
— Ну… и что было потом?
— Ну, я не знал, что, покинув Колонну, утрачу большую часть ее знания… Как я мог знать, если раньше никогда не покидал ее… но ты очень понимающе отнесся к этому…
— Ты утратил все знания, которыми, как утверждал, обладаешь…
Вновь вернулись картины прошлого; я слышал треск кости и крики Морти — крики боли, мольбы остановиться и не убивать его… и моя рука, наносящая удары снова и снова…
— Будь ты проклят, череп, ты лгал мне. Я засуну тебя обратно в эту проклятую Колонну и оставлю там подыхать.
Звук удара кости о металл — о пол или о стену, и застучавшие по поверхности выбитые зубы. Морти, как побитый пес, молил меня прекратить.
— Знай, что страдания твои в Колонне — ничто по сравнению с тем, через что я заставлю тебя пройти.
Крики Морти затихали, обращаясь в неясный гул. Я сомневался в нем, а он был самым верным из моих спутников. Все эти годы с практичной инкарнацией и с прочими — теми, которые сразу не отвергали его, они относились к нему по меньшей мере с подозрением. Он мог оставить меня в любое время, но не сделал этого.
— Ты понял, что я могу тебе еще пригодиться, и с тех пор я пребываю с тобой.
— Морти, что мне было нужно от Колонны? И сколько времени прошло с тех пор, как я вызволил тебя?
Морти немного поразмыслил.
— Ну, сейчас я уже не помню, как долго, шеф — века, наверное. Каждый раз я делал все, что в моих силах, чтобы помочь тебе, но… — Морти вздохнул. — Это нелегко. А что ты хотел от Колонны изначально я не знаю: позабыл об этом сразу же, как ты выдернул меня оттуда.
— И ты оставался со мной все это время?
— Ну да, шеф. Я же сказал, что останусь. Морти всегда держит обещание. — Он помедлил. — Большинство, по крайней мере. Хе-хе. Была одна цыпочка на Арборее, которая… — Неожиданно я заметил, что тон Морти изменился — пытаясь шутить, он явно что-то скрывал. Что-то насчет того, почему он оставался со мной.
— Морти, серьезно, почему ты все еще странствуешь со мной?
— Шеф, я же сказал — потому что обещал, ясно? — Казалось, он начинает раздражаться. — В чем еще может быть причина?
— Не знаю. Тебе не нужно было оставаться после того, как я вызволил тебя.
— Ну, конечно нет, шеф, но я… — И неожиданно я понял, почему он пребывал со мной все эти долгие столетия.
— Ты чувствовал вину. Потому что Когда-то давно стал причиной моей смерти, так? С тех пор ты и страдал.
— Да брось, шеф. Что я почувствовал вину? Я, Морти!
— Нет, думаю, причина именно в этом. Когда я пришел, чтобы освободить тебя от уготованного судьбой, ты не мог ничего поделать с собой и решил помочь мне. И когда ты мог покинуть меня после освобождения, ты все равно оставался рядом. Потому что чувствовал, что ты в долгу передо мной.
Морти долго молчал, глядя на меня.
— Может, и так. Знаешь, что во всем этом забавно? Сначала я и сам не понимал, что это за чувство — ну, оно вроде как медленно ест тебя изнутри, знаешь, да? Сперва я полагал, что это какой-то побочный эффект заклинания, которым ты привязал меня к себе… но через несколько столетий я понял, что это нечто куда большее… более глубокое. Я чувствовал притяжение, какую-то связь с тобой. Может, все дело в твоих страданиях, шеф… в твоих муках. Я не знаю. Может быть, я чувствовал… не знаю, ответственность за то, что я сделал. Что, если в таком состоянии ты находишься из- за меня? Вообще-то, я не думал, что я — кем я там был при жизни — познаю последствия всей моей лжи и обманов, и когда я впервые увидел тебя, будучи заключенным в Колонне, каким-то образом я знал, что ты и есть тот, кого я предал. Однажды… давным-давно. — Морти вздохнул. — Это все, что я знаю.
— Понятно. Спасибо за откровенность, Морти.
— Не благодари… — Морти снова вздохнул; к моему удивлению, голос его стал более сильным, более уверенным. Некоторые из трещин и изъянов в черепе исчезли, будто исцелились. — Нет, благодарить нужно тебя — сейчас я чувствую, будто у меня План упал с плеч… фигурально выражаясь.
Как бы то ни было, Морти сполна выплатил свой долг мне. Я думаю, в этом он уверился, поведав мне свою историю, а последняя выплата произойдет, когда я закончу свой жизненный путь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
