Читаем без скачивания Письма. Том I (1896–1932) - Николай Константинович Рерих

радость. Я был глубоко тронут Вашим сообщением о том, что граждане Брюгге намерены провести свою традиционную религиозную процессию под покровительством нашей «Мадонны Мира». Вы, конечно, понимаете, как дороги моему сердцу подобные проявления. Меня очень тронуло и то название, которое Вы дали картине. Следуя Вашим благим мыслям, решил именно так назвать картину.

Из последнего письма д-ра Шклявера я понял, что Вы болели. Надеюсь, что сейчас Вы уже здоровы. В связи с Вашей будущей лекцией в Этнографическом обществе я послал в наш Центр копию своего письма президенту Археологического института Америки д-ру Ральфу Магоффину[1257], в котором Вы можете обнаружить несколько интересных подробностей о Лахуле. Вся эта информация, прямо или косвенно имеющая отношение к великому переселению гóтов и других могущественных племен, чрезвычайно интересна в связи с истоками так называемого романского стиля, из которого берут свое начало великие идеи готики. Форма мечей, изображенных на скалах, представляет особый интерес, потому что те же характерные черты встречаются и в бронзовом веке.

Я надеюсь, Вам понравилась моя статья об экспедиции Ситроена. Я твердо убежден в том, что каждый благожелательный знак подобен посеву плодоносных зерен. Я также выражаю надежду, что моя статья «Ангелюс» пришлась Вам по сердцу. Трудно представить, что испорчено одно из наиболее прославленных французских творений, но и самой идее, выраженной в картине, нанесено оскорбление. Какой это стыд для человечества, если все еще живет в нем подобное варварское отношение. Остерегайтесь варваров!

Только сейчас получили из муниципалитета Аллахабада повторную настоятельную просьбу разрешить им посвятить специальный зал моим картинам. Ну что же, подобная оценка весьма трогательна, но откуда же взять столько картин, чтобы удовлетворить все благие запросы?

Убежден, что деятельность нашего Парижского Центра разрастается. Мы все шлем Вам самые сердечные приветствия и пожелания доброго здравия. Надеемся, что Благословения «Мадонны Мира» будут сопутствовать Вам во всех Ваших устремлениях.

[Преданный Вам][1258],

[Н. Рерих]

Только что получили Ваше письмо от 19 сентября. С большой печалью узнали о внезапной смерти заместителя начальника экспедиции Ситроена[1259].

Возвращаю Вам письмо в[икон]та де ля Ноя[1260]. Радуюсь, что под Вашим просвещенным руководством установится еще одна дружественная связь.

Я не настаиваю на том, чтобы мою статью об экспедиции Ситроена помещали в газетах. Важно передать ее начальнику экспедиции и самому г-ну Ситроену, но только полностью.

Сердечно радуюсь Вашей программе для Брюгге. Примите самую искреннюю благодарность.

Приложение: Письмо виконта де ля Ноя.

402

Н. К. Рерих — А. А. Олесницкому

13 октября 1932 г.[Наггар, Кулу, Пенджаб]

Многоуважаемый Алексей Акимович,

Сердечно благодарю Вас за письмо Ваше от 16 сентября с.г. Истинно буду рад увидаться с Вами в тридцать четвертом году, когда программа моих работ позволит мне радость побывать и в дорогих сердцу моему Славянских Землях. Очень рад был слышать о Ваших научных трудах, ибо лишь сравнительно немногим из нас, в рассеянии сущих, удалось приобщиться к культурной работе. Радовался я и Вашим сведениям о сердечном отношении к Вам президента Академии Манойловича. Драгоценно видеть, когда настоящий ученый широко поддерживает задачи знания и во всех окружающих.

До чего сейчас нужна культура, и как глубоко отпадают от нее сейчас не только многие страны, но даже целые материки. Прискорбно видеть, что и молодое поколение часто отходит от просвещенных традиций. Весь мир разделился уже не по нациям, [не] по классам, но по черте света и тьмы. Это очевидное соображение тем более обязывает всех мыслящих о культуре держаться вместе и пренебречь всеми разлагающими уловками тьмы. Тьма только и живет тлением и разложением, но не может дух человеческий еще более разрушаться. И так уже глубоко обеднели люди духовно. Вот во имя духовно-культурного объединения и сотрудничества я и приветствую Ваше письмо, и Вы должны почувствовать в словах моих, как я буду рад встретиться и обменяться живым словом.

Посылаю Вам одну из последних статей моих «Твердыня пламенная»[1261]. Для меня пламенная твердыня есть культура. И по письму Вашему вижу, что и Вы живете ради той же твердыни. Будьте добры, передайте мой искренний привет проф[ессору] Манойловичу и членам Академии. Через все препятствия, через все пагубные разделения все-таки будем стремиться к сердечному культурному единению.

Отдельным пакетом посылаю Вам также мою книгу «Держава Света». И буду искренно рад слышать или видеть в печати Ваше мнение. В том же пакете найдете Вы и некоторые приложения, которые введут Вас в орбиту нашей работы. Если будете писать, пишите прямо в Индию по адресу на заголовке письма.

Сердечный привет и лучшие пожелания.

Искренно Ваш.

P. S. Перед отправкой этого письма дошло Ваше от 30 сентября. Спасибо за все Ваши столь интересные сведения об Угуз-Хане[1262]. Поистине, велик еще не открытый материал Азии. Настоящее письмо уже найдет Вас в Загребе, куда еще раз шлю мои горячие приветы.

[Приложения]:

открытки: «Пакт Культуры», «Святые гости», «Земля славянская», «Кулу», «Приказ», «Царица Небесная», «Зарево»[1263];

«Держава Света», Дювернуа[1264], «Искусство и мировая культура»[1265], «Форпост»[1266], «Оружие Света»[1267], Тибетский словарь[1268], «Сколар, Мир»[1269], Джагадисварананда, Сарти[1270], Годовой отчет «Урусвати» [19]29/30, Бюллетень Музея Рериха, вып. II, № 1, 2.

403

Н. К. Рерих — М. А. Таубе

№ 44

13 октября 1932 г.[ «Урусвати»]

Дорогой Михаил Александрович,

Хотя я и остаюсь еще пока при Вашем письме из Стокгольма от 1 сентября за № 12, но все же не могу отступить от моих традиций, тем более что каждую неделю набегают новые соображения. У Вас, вероятно, их еще больше, ибо, конечно, Вам приходится видеть такое множество самых разнообразных людей, в особенности же теперь, когда наши группы, руководимые Вами, вступают в новый деятельный год. Даже в астрологическом сборнике наступающий год назван годом, полным событий. Не берусь судить, насколько точно перечислены там эти события, но одно несомненно, что, конечно, наступающий год будет полон крупными событиями.

За эти дни во мне еще более укрепилось сознание необходимости начать наш Восточный Институт хотя бы самой скромной сессией. Важно, чтобы он был.

Конфиденциально, не скрою от Вас, что я был очень огорчен получить из Америки уведомление, что один из членов нашего Общества, Лабарт, посетивший Брюгге и наш Центр, неоднократно дал в Нью-Йорке следующую характеристику, которую прилагаю в том виде, как я ее получил из разных источников. Если нас не могут трогать безумные нападки