остаюсь на крыше, мне надо увидеть всю ситуацию сверху. Я не полезу, пока не пойму. Внезапно мне приходят воспоминания от клона, который побежал за поддержкой, и я поняла, что он не придёт. Двойник просто не добежал, его уничтожил один из врагов.
На несколько мгновений мне становится страшно: подмога не придёт, мы одни, а вражеских шиноби я чувствую довольно много. В мыслях поселяется сомнение и неуверенность. Стоит ли мне туда лезть? Идти туда, где победить нереально?
Я встряхнула головой, подбежала к краю крыши и присела. Через секунду я поняла, что правильно сделала, ведь мне открылась такая картина, от которой в душе всё сжалось.
На площади, с которой мы изначально убежали, было множество трупов. И большинство из них были наши. Наши люди. От тех двоих близнецов-братьев практически ничего не осталось. Одного покромсали на части, у него не было рук и ног, а всё тело было как игольница, только вместо иголок — кунаи. Второго изуродовали не меньше, а потом сожгли. Огонь до сих пор горел, используя его тело, как топливо. Кажется, этот запах горелой плоти навсегда останется в моей памяти.
На его теле уже не было одежды, а кожа стала чёрная, как уголь. Хотя не уверена, что это кожа, скорее всего это мясо. Приглядевшись к лицу, я поняла, что это он тогда так кричал. Кричал, потому что заживо горел. Остальные это, кажется, небольшая подмога, что прибыла после того, как мы убежали.
Крыша была довольно высокой и я, оглядевшись, вдруг осознала, что это война… Многие здания разрушены, какой-то огромный змей, кажется, это призыв, бушует в северной части Конохи, а языки пламени пожирают такие привычные родные дома. Где-то иногда кричат, где-то что-то взрывают. Наш дом, нашу родину хотят уничтожить.
Увидев весь этот ужас, я сжала зубы. Вот почему я хочу спасти этот мир! Я мечтаю жить в мире и спокойствии, я хочу жить без войн! Я не хочу, чтобы дети и близкие умирали. Не желаю, чтобы их убивали.
— Что вы сделали! Твари! — услышала я голос Ясуши и поняла, что слишком отвлеклась, рассматривая разрушенную Коноху.
— Стой! Не лезь туда! — крикнул командир, но парень его не послушал. Он побежал в самый эпицентр и скопище врагов.
«Придурок!» — первое, что возникло у меня в голове, и я, мигом создав клона и сделав подмену, прыгнула вниз. Его надо остановить.
— Не лезь хоть ты! — услышала я голос Такаши-сана, когда спустилась и почувствовала, как меня оттолкнули в стену. Ударившись и осев на землю, я с ужасом наблюдала, как командир спасает раненого Ясуши, откидывая его в мою сторону, а сам подставляется под атаку.
Я сразу срываюсь с места и бегу к товарищу, который упал недалеко от меня.
— Эй, ты как? Дружище! — кричу я, пытаясь привести друга в чувства, но он оказывается без сознания. Чёрт! Я создаю клона, который хватает его на руки и прыгает на крышу здания.
Далее, не медля, использую шуншин и встаю рядом с командиром. Он сидит на одном колене, а по его бороде стекает кровь.
— Вы в порядке?! — не оглядываясь спрашиваю, отражая летящие в нас кунаи. Парень, что кинул кунаи, побежал на меня, но я, парировав атаки, быстро отбросила его в сторону.
— Да, Саито, бери Ясуши и… убегайте, — говорит он, не переставая тяжело и часто дышать, а потом медленно встаёт рядом со мной. Видимо, ему очень больно.
— Я не могу бросить вас тут! Вы и так уже ранены. Вы просто погибнете! — отказываюсь я, продолжая в мыслях. — «Если судить по ранам, то из-за потери крови он уже скоро потеряет сознание, и это я ещё не учитывала чакру, которой почти не осталось. Он не сможет победить их. Да, многие ранены, кто-то имеет очень мало чакры (по сравнению с количеством моей, это ничтожно мало), а у кого-то уже кончились боеприпасы, как и у меня. Но… их десять! Десять вражеских шиноби уровня чуунина и джоунина. Драться одному при таком раскладе — самоубийство! Если ты, конечно, не Мадара».
— Я тебя не спрашиваю! — чуть ли не рявкает он, но я, сжимая в руке тёкуто и напрягая тело, не двигаюсь с места. — Выполняй приказ!
— Хах, против нас раненый старик и маленькая девчонка, которые возомнили себя героями, — усмехается один из них, но нападать не спешит.
— Я понимаю вас, Такаши-сан, но я не могу. Не могу и всё. Я хочу защитить не только вас, но и всех, кто позади нас в убежище. Ведь если они преодо… — не успеваю я договорить, как в центре Конохи, где-то в районе арены, происходит огромный взрыв, который поднимает тонны пыли в воздух. Спустя секунду мы все чувствуем на себе ударную волну, которая приносит с собой кусочки пыли. — Проклятие! — начинаю я судорожно вытирать глаза, в которые попал песок, а когда мне всё же удалось от него избавиться, я, сфокусировав взгляд, посмотрела в сторону взрыва и обомлела.
На месте арены в центре деревни был демон.
Однохвостый…
Монстр-биджу поднял свою морду в небо и засмеялся так громко, что хотелось закрыть уши, дабы не оглохнуть. Этот зверь немного походил на тануки жёлто-коричневого цвета, вот только по всему его телу, как проклятая печать, распространялся тёмно-синий узор. Он что-то говорил, но до нас доходили лишь непонятные обрывки фраз.
— Быть того не может… — с удивлением проговорил старый командир. — Песчаный демон Шукаку...
— Теперь победа точно за нами! — радостно крикнул какой-то ниндзя. Казалось, что они вот-вот рванут на нас.
— Уходим, — говорит капитан, и я для отвлечения внимания складываю печати и выдуваю гигантский огненный шар. Это должно хоть на секунду сбить их с толку. Надеюсь, никого не убьёт.
Я сделала несколько шагов, чтобы прыгнуть на крышу, но неожиданно заметила, что командир не может пошевелиться.
Мгновенно поняв, в чём дело, хватаю его и запрыгиваю на здание.
— Такаши-сан, что с вами?! — прикладываю я его к стенке.
— Да… н-но меня… п-пара… лизовали. Я… не могу по-ше-велить, — запинаясь, прохрипел он. Лицо не выдавало никаких эмоций, но по глазам было видно, что он злится. И злится на свою беспомощность.
— Там пока что сражаются мои клоны, я оставлю одного и вам. Он вас подлечит, — объяснила я, предполагая, что на оружии, которым его
