class="p1">— Гульбулькуль? Почему оно было глупым?
— Мы не знали про миры, думали, что воюем с захватчиками наших земель, оказалось, что он водил нас в другие миры и заставлял сражаться с войсками, для которых эти миры были родными. Выходило, что это мы были агрессорами. Нас погибло очень много, но Гульбулькуль говорил такие пламенные речи, что мы ему верили. Но в один день, нас просто увели от него и привели сюда. Потом, все было, как у всех. Вернулись назад не многие, но те, кто овладели искусством перемещения, вернулись в Транзабар.
— А где этот Гульбулькуль сейчас? Вертиног его схватил?
— Не знаю. Думаю, он сбежал, чтобы набрать новую армию. — Воспоминания заставили патрульного передернуть плечами. — Вы так больше не шумите, ладно? — Мягко попросил он.
— Ладно. — Пообещали мы хором.
Дома мы снова занялись тем, что стали выяснять, по каким вещам можно понять, что в этом мире есть злоупотребляющий умением иномирец.
— Отторжение. — Неожиданно произнес Антош. — Они не смогли пройти эту стадию. Не пройдя путь до конца, они не познали гармонию всех миров. Так что, в любом мире, кроме родного, должно существовать напряжение от их присутствия.
— Очень замечательное предположение. — Скопировал я манеру раздавать комплименты у Археориса. — Теперь стоит просто представить себе мир, в котором оно есть. Ну-с, приступим или попьем чай перед дорожкой?
— Приступим, чай попьем позже, в качестве вознаграждения. — Решила Ляля.
— Кто первый? — Спросил змей.
В его голосе я почувствовал нерешительность.
— Давайте, я. Проверю на себе свое предположение.
— На нас. — Поправила меня кошка.
— Как знаете. Идемте ко мне.
Мы собрались в кучу, скрепленные Антошем в одно целое. Я попытался представить себе мир, в котором есть инородный предмет, типа занозы, против которого работает иммунная система. Никаких конкретных образов у меня не возникло, так, обтекаемая формулировка в общих чертах. Воображение поблуждало по вариантам, и выбрало первый попавшийся.
Это был рынок, похожий на земной, из какой-нибудь первой половины девятнадцатого века. Деревянные разборные палатки, накрытые грубой тканью, стояли в несколько рядов. Между рядами втиснулись телеги с деревенскими продуктами. Гвалт человеческий и животный стоял невообразимый. Все пытались перекричать друг друга, чтобы завлечь «жоржеобразных» покупателей.
Мы, как я думал, должны были вывалиться возле того самого места, где напряжение от присутствия иномирца было самым высоким. И оказался прав. Рядом с нами, под навесом палатки слышалась какая-то возня. Мы заглянули внутрь и увидели разгорающийся конфликт.
Продавец и покупатель дубасили друг друга кулаками и всем, что попадалось под руку, по большей части товаром. Верх одерживал обманутый покупатель. Лицо продавца уже было разбито в кровь, он выдыхался и бил только наотмашь. В кутерьме, любой проходящий мимо человек, мог запросто брать с витрины все, что вздумается и никто бы этого не заметил. Мы, разумеется, были здесь не за этим. Я покашлял, а после того, как поймал взгляд продавца, дал ему понять, что мы не просто любуемся спаррингом.
Деловому человеку наш интерес придал сил. Он огрел ножкой сломанного стула покупателя, лишив того сознания. Оттолкнул его под прилавок, немного поправил на себе одежду и приветливо ощерился испачканными в крови зубами.
— Что вас интересует?
Мужчина заметил Лялю и Антоша и его глаза забегали. Так мог отреагировать только иномирец, знающий о существовании каких угодно людей. Коренной житель мира уже давно бы закричал благим матом и сбежал бы отсюда.
— Товар-то у вас не соответствует эпохе. — Обратил я его внимание на предметы, сделанные из яркого пластика.
— А что мне делать? У меня такой бизнес, продаю, то, что стоит в моем мире копейки, — он обвел взглядом свою витрину, — и покупаю то, что стоит копейки в этом мире, натуральные продукты. Я не ворую, никого не обманываю, зарабатываю, как могу.
— А чего этому надо было? — Кивнул я в сторону лежащего у него в ногах покупателя.
— Он пытался подогреть молоко на печи в пластиковом ковше. Решил, что я надул его, подсунув плохой товар.
— М-да, не кошка в микроволновке, но тоже тупость. Откуда ему знать, что пластик плавится.
— Я всех предупреждаю, что это тара для хранения, только они тупые, раз за разом пытаются ее сунуть в огонь. — Оправдался иномирец.
— Они не тупые, просто вы опережаете события. За это и расплачиваетесь недопониманием и разбитым лицом. — Изрек змей, заставив несчастного замереть на несколько секунд.
— Вы пришли, чтобы наказать меня? — Глаза мужчины округлились. — У меня семья, дети, голодные.
— Не дешево ли размениваете свое умение? — Не дав ответа, спросил я у горе торгаша.
— А чего оно стоит-то? — Продавец искренне удивился. — Я за него ни копейки не заплатил. Если бы перевозка между мирами стоила денег, тогда другое дело.
— Ясно. Какие мы разные, дружище. Мне ума не хватило рассматривать в коммерческом плане свое умение. Все, что стоит денег, уже дешево.
— Как это понимать? — На лице коммерсанта отразилось искреннее удивление.
Вкупе с подсохшей кровью, гримаса выглядела не очень.
— Вы же вместо того, чтобы постичь суть иномирства, занялись какой-то мелочью. — Упрекнул его Антош. — Это все равно, что забивать гвозди микроскопом. Вы научились проницать пространство, но привычки, присущие людям без воображения, оставили при себе. Зачем? Вы же так деградируете.
— У меня семья большая, их кормить надо. Что толку шляться по мирам, когда они могут помереть с голоду. — Мужчина начал нервничать.
Покупатель под витриной начал двигаться и снова получил ножкой по голове.
Мы поняли, что так просто этого иномирца переучить не получится.
— Нам надо пошушукаться. — Предупредил я продавца.
Мы отвернулись на одну секунду. Мужчина воспользовался моментом и исчез, оставив товар.
— Первый блин комом. — Произнес я, хотя знал, что бизнесмен из другого мира так и поступит.
— Что дальше? — Спросила Ляля.
— Мне кажется, что это его дело, как поступать со своим умением. — Змей заглянул за витрину. — Если не считать этого пострадавшего, то он почти ничем не провинился. У нас нет семьи, мы свободны от необходимости заботиться о ком-то ежедневно, так что, он по-своему прав. Его не ждет большое будущее, это точно, но надеюсь, что он не опустится до откровенного криминала.
Тут наконец-то обратили внимание на нашу странную компанию. Антош рефлекторно затянул нас потуже, как в моменты возможной опасности.
— Счастливо оставаться. — Пожелал он местным жителям, готовым начать голосить и вернул нас домой.
— Да-а-а. — Протянула кошка. — Может быть, нам надо было найти его семью и передать из запас еды, чтобы у отца семейства появилось время подумать о чем-то другом. А то мы как-то сразу наехали на него. Денек у него и так не задался.
