этого? — Спросил Лиам, его внимание было приковано к Киану. — Я считал тебя вожаком, ты знаешь это, парень?
— Да, — согласился Киан, откидываясь на спинку стула. — Но я этого не хочу. Я имею в виду, я польщен и все такое, что ты думаешь, что я подхожу, но это просто не по мне. Я хочу уйти. Я хочу устроить свою собственную жизнь, дедушка. Вот и все.
Лиам затянулся сигаретой, его глаза сузились, как будто он искал выход из сложившейся ситуации, затем он медленно выдохнул, выпустив в нашу сторону облако дыма.
— Хорошо, — наконец согласился он, и моя грудь сдулась, когда я закрыл ноутбук и убрал его обратно в сумку. — Друзья. Но не думайте, что я не воспользуюсь этим предложением. Пара таких досье на кого-нибудь из моих врагов — это как раз то, что доктор прописал.
— Считайте, что дело сделано, — согласился я. — Как только я убью своего отца.
Найл отрывисто рассмеялся, и Лиам на прощание хлопнул Киана по руке.
— Ты был бы всем, что нужно этой семье, — серьезно сказал Лиам, в его глазах светилось сожаление, когда он был вынужден отпустить его. Но он не смог бы создать такую могущественную империю, не понимая, как выбирать сражения, и он ясно видел, что в этом ему не победить. Умный человек. Он бы мне понравился, если бы не был таким невыносимым придурком.
— Но это не то, что мне нужно, — так же серьезно сказал Киан.
Лиам кивнул, и мы ушли, сопровождаемые хриплым смехом Найла, который подбадривал нас криками в спину. Сумасшедший ублюдок.
— Готово? — Спросила Татум, когда мы вышли обратно в коридор, и лицо Киана расплылось в широкой улыбке.
— Полностью свободен, детка, — объявил он, подхватывая ее на руки и заставляя рассмеяться, когда сорвал поцелуй с ее губ.
— Пойдемте вернем моего отца, — прорычал Блейк, ярость в его глазах горела злобно, и я знал, что демон в нем жаждал освобождения.
Мы развернулись и направились к двери сплоченной группой, и Нэш приложил ладони ко рту, что-то крикнув в ответ, прежде чем мы вышли на холодный ночной воздух.
— Прощай, Фелиция! (Фраза, обычно используемая для того, чтобы уволить раздражающего человека.)
Я фыркнул от смеха, когда дверь за одной из наших проблем захлопнулась, и задрал подбородок, глядя на низко висящую в небе луну. Я просто хотел, чтобы моего отца было так же легко победить. Но я сомневался, что шансы на нашей стороне.
Мы ехали на север несколько часов, и я с нетерпением ожидала прибытия в наш следующий пункт назначения. Потому что, как только мы прибудем туда, куда бы ни вел нас Сэйнт (до сих пор он был чертовски уклончив в деталях), я знала, что пройдет совсем немного времени, и мы будем добиваться справедливости за все, что натворил Трой, и заставим его крики эхом отдаваться в ночи. Нам пришлось ехать проселочными дорогами, чтобы избежать армейских блокад, и у меня было ощущение, что это путешествие заняло гораздо больше времени, чем было бы, если бы мы могли ехать по шоссе. Но мы были так близки к уничтожению Троя и не могли рисковать быть пойманными сейчас. Я знала, что Сэйнт подошел бы к этой задаче даже более тщательно, чем необходимо.
Блейк погрузился в мрачное молчание рядом со мной на заднем сиденье машины, его рука сомкнулась на моей, когда я предложила ему любое утешение, какое только могла. Мое сердце наполнилось болью из-за страха, который, должно быть, преследовал его. Я не успокоюсь, пока его отец не будет в безопасности, не вернется к своему сыну. Но до тех пор я знала, что мой золотой мальчик будет продолжать страдать, боясь худшего и пребывая в той боли, которую он уже испытывал из-за потери матери.
Мы направились в долину под горами, и густой лес раскинулся вокруг нас, словно мазки художника на волнующемся пейзаже, освещенном морозным лунным светом.
Сэйнт свернул с дороги и поехал по извилистой тропинке через раскинувшиеся сельхозугодья, и в конце концов мы подъехали к красивому старому фермерскому дому с длинным деревянным крыльцом, свет в окнах придавал ему уютную ауру.
— Оставайтесь здесь. — Сэйнт вышел, направился к дому и постучал в дверь.
Вышла женщина с дорожной сумкой под мышкой, кивнув Сэйнту, когда они обменялись несколькими словами, прежде чем вложить ему в руку ключ. Она подошла к синему грузовику, села внутрь и уехала по той дороге, с которой мы только что приехали.
Сэйнт поманил нас к выходу из машины, и я вышла вслед за Блейком со вздохом облегчения, отчаянно желая размять ноги. Я посмотрела на небо, когда появились первые звезды, подмигивающие мне, и мое дыхание облачком поднялось надо мной. Воздух здесь был намного холоднее, и я предположила, что сегодня ночью будет мороз, судя по блестящим ледяным каплям, уже образовавшимся на траве.
— Что это за место? — Блейк хмыкнул.
— Остановка, — объявил Сэйнт.
Блейк развернулся к нему лицом, оскалив зубы.
— Я не собираюсь ждать еще одну ночь, чтобы спасти своего отца. — Он поравнялся с Сэйнтом, которого, казалось, не смутило его проявление агрессии, и мое сердце потянулось к моему золотому мальчику.
— Это зависит не от тебя. Мы не сможем добраться туда, где он сейчас, — сказал Сэйнт, подходя ближе, чтобы прижаться лбом ко лбу Блейка. — Ты доверяешь мне, брат?
Блейк замолчал, его губы сердито скривились, затем он натянуто кивнул.
— Тогда сдержи свой гнев, побереги этот огонь до того момента, когда придет время направить его на моего отца, — сказал Сэйнт. — Но это будет не сегодня вечером.
— Когда же тогда? — Прошипел Блейк.
— Я объясню это в помещении, — ответил Сэйнт, отходя от него. — Я не буду вести этот разговор, пока Татум здесь, на холоде.
— Я справлюсь с небольшим морозом, дьявольский мальчик, — сказала я, скрестив руки на груди, и он прошел прямо мимо меня к машине.
— Я прекрасно осведомлен об этом, Сирена. Но для моего собственного спокойствия я все же настаиваю, чтобы мы зашли внутрь.
В сердце Сэйнта действительно жил мини-Волан-Де-Морт, но там определенно гнездился и милый маленький Уизли.
Парни забрали все из машины, не позволив мне взять ни единой вещи, когда мы направились в фермерский дом, и меня обдало жаром костра.
Мы вошли в большую гостиную, и я, Блейк, Киан и Нэш вместе плюхнулись на диван, греясь у камина.
Сэйнт встал перед ним, заложив руки за спину, словно какой-нибудь принц королевской крови, собирающийся произнести
