Как два сцепившихся зверя на секунду расходятся, чтобы перевести дух, так и два флота отпрянули друг от друга. Нет, сражение не прекратилось! Ведь корабли по-прежнему вели огонь, но беспрецедентный в своей слепой ярости ближний бой остановился.
***
Пришедшая в сознание Ли Хан смотрела из иллюминатора катера на противоборствующие корабли, которым тоже, казалось, требовалась передышка.
Затишье оказалось на руку республиканцам. В тот момент, когда Ли Хан поднялась на борт «Сабуро Ято» и побежала к бортовому электромобилю, десятки истребителей пополняли боезапас на борту уцелевших авианосцев Кондора и Магды. В мозгу у Ли Хан боролись противоречивые чувства. Скорбь по погибшему Цинг Чангу смешивалась с преисполненной благоговейным ужасом гордостью за человека, избравшего для себя такую смерть. Впрочем, Ли Хан было некогда предаваться размышлениям о происшедшем. Сейчас у нее хлопот невпроворот! Ей еще надо выиграть сражение! Она будет скорбеть и гордиться позже! Потом у нее будет достаточно времени, чтобы оплакать Цинг Чанга!
Она поднялась на флагманский мостик «Ято», и адмирал Стивен Бутецкий встал со своего места. Она поблагодарила его коротким кивком и буквально упала в адмиральское кресло. Тем временем потрясенный Томанага негромко сообщил начальнику штаба адмирала Бутецкого, что теперь сам будет выполнять его обязанности.
– Доложите о потерях! – резко приказала Ли Хан. На самом деле ей совершенно не хотелось о них слышать. Ее заранее приводил в ужас страшный список собственных потерь и даже потерь противника, но она должна была выполнять свои обязанности. – Благодарю тебя, Господи, за эту передышку! Может, я все-таки сумею…
– Адмирал Ли Хан! – На нее удивленно смотрел незнакомый связист, и Ли Хан с трудом проглотила комок, подступивший к горлу при мысли о товарищах, погибших на борту «Арарата».
– Слушаю вас! – Ее голос был совершенно спокойным.
– Мы только что получили сигнал от какого-то вице-адмирала Сони Десай! Она хочет вступить в переговоры!
Ли Хан сначала непонимающе посмотрела на связиста, потом с трудом удержалась от злорадной усмешки и кивнула. При этом ее мозг лихорадочно работал: «Что это за вице-адмирал Десай?! Где это слыхано, чтобы какой ни возьмись офицер предлагал начать переговоры своему противнику, пока пространство еще кишит ракетами и силовыми лучами?! К чему бы это?!»
Ли Хан не знала смуглую женщину с резкими чертами лица, появившуюся на экране коммуникационного монитора. Ее скафандр был залит кровью. Впрочем, сама она, судя по всему, была цела и невредима, так как сидела в адмиральском кресле прямо и держала себя очень уверенно.
– Где адмирал Тревейн? – бесцеремонно спросила Ли Хан.
– Он в корабельном лазарете. Я приняла командование на себя. – Десай, как всегда, сохраняла спокойствие и, мгновение помолчав, продолжала:
– Адмирал Ли Хан, полагаю, что сложилась следующая ситуация: мы можем драться до конца и победа наверняка будет за нами. Возможно, вы со мной не согласны. Однако независимо от того, кто из нас прав, победитель в этом сражении останется только с парой боеспособных кораблей и не сможет воспользоваться плодами победы, доставшейся такой ценой. В качестве альтернативы этой бессмысленной бойне предлагаю немедленно заключить соглашение о бессрочном прекращении огня, чтобы каждый из нас смог поставить свое правительство в известность о происходящем. – Неподвижное лицо Сони стало немного грустным. – Возможно, нам придется попросить вас переправить нашего посланника во Внутренние Миры. Дело в том, что с нами находится высокопоставленный чиновник Земной Федерации, который сможет передать премьер-министру свои впечатления от этого сражения.
Ли Хан сидела с каменным лицом и лихорадочно думала: «Смогу ли я выиграть сражение, если оно возобновится? Пожалуй, да! Наши истребители пополнили боезапас, а дистанция между нами слишком мала, чтобы тяжелые стратегические ракеты супермониторов сыграли решающую роль… Да, я могу победить!»
Ли Хан покинули последние сомнения, и она подозревала, что Десай тоже об этом знает. И тем не менее Соня была права. Тяжелые корабли Ли Хан понесли ужасающие потери. Ожесточенные атаки авангарда Тревейна повлекли за собой намного больший ущерб кораблям Магды, чем кто-либо мог предвидеть, а эскадра Кондора сильно поредела. Кроме того, Ли Хан не знала, сколько еще смогут продержаться огромные супермониторы противника. Три были уже уничтожены, а другие тяжело повреждены. Один из них несколько минут назад вообще прекратил огонь. Может, от него остался только изрешеченный корпус?! Ли Хан знала, что сумеет их захватить, отомстив таким образом за капитуляцию республиканского флота во второй битве при Зефрейне. В то же время ей было ничего не известно о том, как идут дела там, где наступают силы Земной Федерации. Кроме того, она с ужасом понимала, что даже в случае победы у нее действительно не останется сил, чтобы двинуться на Зефрейн…
И все же!…
Черт возьми! Где же Тревейн?! Он что, действительно погиб?! Вряд ли они признались бы в этом! А впрочем, какая разница?!
Ли Хан решила тянуть время и ответила:
– Заключение такого рода соглашения скорее всего выходит за рамки моих полномочий. Вы просите меня взять на себя очень большую ответственность.
– Я беру на себя точно такую же ответственность.
– Это не так. Не забывайте, что вы оккупировали четыре звездные системы, принадлежащие Республике Свободных Землян, и мне приказано их освободить…
– А мне приказано очистить коридор между Внутренними Мирами и Пограничной Фе… и оставшимися верными законному правительству Пограничными Мирами. – Теперь Соня казалась немного менее напряженной. – Давайте посмотрим правде в глаза. Сейчас здесь все зависит только от нас. Мы не можем выполнить имеющиеся у нас приказы, не начав бойню, выходящую за рамки здравого смысла и элементарных представлений о человечности. Что же нам делать? Попытаться открыть нашим правительствам глаза на истинное положение вещей? Или, несмотря ни на что, выполнить их приказы?
Соня Десай буквально пронзила взглядом Ли Хан.
– В конечном итоге, – добавила она, – мне кажется, что сейчас все зависит от того, как мы понимаем наш долг, о котором пришлось серьезно задуматься в последние несколько лет, не так ли?
Женщины пристально смотрели друг на друга.
«Я могу выиграть это сражение! – говорила себе Ли Хан. – Я могу выиграть крупнейшую битву в истории войн в космосе! Или мне так только кажется, потому что очень хочется победить? И если это так, то отчего? Из чувства долга или от ненависти? Может, мне стыдно, что меня когда-то взял в плен адмирал, которого, возможно, уже нет в живых? Или я жажду славы? Ну и чем же прославится человек, ответственный за такую кровавую баню?! Неужели я действительно в состоянии их всех истребить?»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
